В книге делается попытка соотнести классические методы изучения литературы с системно-синергетической парадигмой, прочно вошедшей в современное научное сознание. В основе учебного пособия идея системно-синергетической парадигмы, получившей развитие в теории науки XX века, в частности в работах нобелевского лауреата И. Пригожина и основоположника синергетики Г. Хакена. В книге рассматриваются подходы к изучению литературы, базирующиеся на теории систем. Особое внимание уделяется слову как "архетипу культуры". Основные разделы книги дополнены и переработаны. Добавлены разделы о рецептивной эстетике, категории "смысла", концепте и дискурсе в литературе.
Книга предназначена лингвистам, литературоведам, культурологам и переводчикам.
Содержание:
От кота Бахтина до ящиков Павича 1
Введение 2
Тема 1 Художественная литература 2
Тема 2 Система "Литература" 4
Тема 3 Системный подход 6
Тема 4 Биографическим метод 7
Тема 5 Культурно-исторический метод 10
Тема 6 Сравнительно-исторический метод. Компаративистика 12
Тема 7 Социологический метод 20
Тема 8 Психологические подходы 25
Тема 9 Формальный метод 30
Тема 10 Метод литературной герменевтики 34
Тема 11 Структурный метод 38
Тема 12 Рецептивная эстетика. Эстетика воздействия 41
Тема 13 Категория "Смысл" в контексте системно-синергетического подхода к изучению литературы 44
Тема 14 Концепт в литературе 49
Тема 15 Литература как дискурс 53
Заключение 56
Ключевые понятия 56
Темы рефератов и докладов 59
Рекомендуемая литература и источники в интернете 60
Примечания 61
Виктор Георгиевич Зинченко, Валерий Григорьевич Зусман, Зоя Ивановна Кирнозе
Литература и методы ее изучения. Системный и синергетический подход: учебное пособие
Посвящается памяти ВИКТОРА ГЕОРГИЕВИЧА ЗИНЧЕНКО
(29.03.1937-30.10.2009)
От кота Бахтина до ящиков Павича
25 ноября 1975 г. писатели России и творческое объединение критиков и литературоведов организовали встречу по случаю 80-летия Михаила Михайловича Бахтина (1895–1975). В пригласительном билете он был скромно назван литературоведом, а само мероприятие приурочено к дате его смерти. Недлинный список планируемых выступлений содержал имена С.С. Аверинцева, В.В. Иванова, С.Л. Лейбовича, В.В. Кожинова и Г.М. Фридлендера.
Серый осенний день и подчеркнутая будничность события не предполагали многолюдства. В малый зал Центрального Дома литераторов пропускали строго по приглашениям. И хотя книги М.М. Бахтина "Проблемы поэтики Достоевского" (1972) и "Творчество Франсуа Рабле" (1965) уже получили признание в отечественной и мировой науке, подлинный масштаб личности ученого в России оставался неизвестным. Власть настораживала и биография Бахтина, и его подозрительная теория "диалогизма", где в качестве Третьего, Нададресата признавался не только суд истории, но также и Бог, Совесть. Проведший большую часть жизни в изгнании, в Казахстане и в провинциальном Саранске, где был допущен читать лекции на заочном отделении, студенты и преподаватели которого по лени или осторожности избегали профессора, обвиненного в контрреволюционной деятельности, Бахтин неохотно открывал свои мысли случайным собеседникам. Дотошные "бахтиноведы" имели немного случаев рассказать о личных контактах с философом, совершившим настоящий переворот в литературоведческой науке.
На вечере памяти Бахтина, организованном через несколько лет после его переезда из Саранска в московскую больницу, а затем и в дом престарелых в городе Климовске, С.С. Аверинцев и В.В. Иванов впервые в полный голос сказали о гениальности Бахтина. Но наибольшее впечатление произвела речь В.В. Кожинова, посетившего Бахтина в домашней обстановке. Вели разговоры о высоких материях, о мифоритуальной традиции карнавала, о загадочном характере поэтики Достоевского. Но загадочность В.В. Кожинов подметил и в самом Бахтине, вдруг прервавшем разговор и пристально глядевшем на спрыгнувшего с подоконника кота:
– О чем Вы задумались, Михаил Михайлович?
– О коте. Потому что столько ученых знают о мыслях Рабле или Шекспира, а я не могу понять непредсказуемого кота.
Любопытно, что почти те же слова сказал другой гений XX века – физик Илья Пригожин, соединивший рассуждение о коте с загадкой живой жизни. Ибо вопреки логичности и исчерпанности любой схемы, воплотившейся в самую современную систему, остается загадочным и до конца непредсказуемым все живое, "вечно зеленое древо жизни", как и смысл великих произведений литературы.
Именно о смысле – самой трудной философской категории – размышлял и Виктор Георгиевич Зинченко, обдумывавший систему "литература", в которой порождается смысл. Смысл по-своему осознается в истории теории литературы XX–XXI вв. Так, в романе классика постмодернизма Милорада Павича "Ящик для письменных принадлежностей" смысл спрятан в ящиках каталога и кодах Интернета и лишь демонстрирует окончательную неразгаданность смысла и бытия.
Этот роман М. Павича "имеет два завершения – одно в книге, другое в Интернете". В бумажной версии романа Павич указал электронный адрес для активных и увлеченных созданием собственных текстов читателей. В сети Интернет может возникать совершенно другой финал романа. Павич сознательно переуступает читателю функцию творца. Аналогичный ход делает и другой классик постмодернизма Ален Роб-Грийе, один из ключевых авторов Нового романа. В книге "Романески" он утверждает, что "каждый видит свою собственную действительность". Происходит "возвращение зеркала".
В литературе постмодернизма проза имеет "нелинейную интертекстуальную структуру". Наличие общего смысла в ней не исключается, но его нахождение читателем не обязательно. В постмодернистском тексте автора интересует прежде всего процесс повествования, а не его смысловой итог. "Роман", пишет Роб-Грийе, "занят не выражением, а поиском", "роман не ставит своей целью кого-то информировать". Он сам образует действительность и "также постоянно ставит все под вопрос".
Постмодернистский автор работает над порождением текста, создаваемого приемами самыми сложными, как это происходит, к примеру, у Павича, у которого проза постоянно хаотизируется, порождая саморегулирующееся свойство и переходя в новое качество через синергетический скачок. Однако при всей сложности постмодернистской и вообще любой системы, ни одна из них не может решить загадку живой природы.
Применительно к изучению литературы в ее системных качествах старый нерешенный вопрос заключается в попытке понять, как слово, становясь образом, начинает воздействовать на природу человека. И хотя общее определение художественной литературы давно известно и даже зафиксировано в школьных учебниках, оно остается спорным, побуждающим к размышлению. Соединение буквы, "литеры" с художественностью принадлежит скорее сфере декларации. Проблема текста в лингвистике, филологии и других гуманитарных науках остается до конца нерешенной. Спор филологов-лингвистов и литературоведов о соотношении "текста" и "художественного произведения" продолжается.
У М.М. Бахтина уже рассматривалась проблема текста в лингвистике и в литературоведении. Выше текста он ставит произведение как эстетический факт, в котором смысл персоналистичен, "в нем всегда есть вопрос, обращение и предвосхищение ответа…".
Над этой же проблемой размышлял в последние дни своей жизни и один из авторов книги о литературе и методах ее изучения – Виктор Георгиевич Зинченко. Он определял литературу как особую фазу текста, в котором вследствие синергетического скачка рождается новый смысл. Рождение это происходит исключительно благодаря присутствию автора в тексте. Именно поэтому текст переходит в литературное произведение. В этом заключается замысел и главный вывод книги о синергетическом подходе к методам изучения литературы.
Здесь же итог многолетних занятий проблемами межкультурной коммуникации. Биография В.Г. Зинченко и его научная деятельность во многом связаны с Одессой, где он родился и получил образование: окончил с медалью школу, поступил на филологический факультет в университете, в котором прошел все должности от лаборанта до заведующего кафедрой и декана.
И хотя В.Г. Зинченко с юности интересовался историей и литературой, это не мешало ему также увлекаться логикой и математикой, что особенно проявлялось в последние годы жизни. После защиты диссертации о чешском романе он опубликовал ряд работ по истории и теории литературы. Последними из них стали "Словарь по межкультурной коммуникации" и предлагаемая книга "Литература и методы ее изучения. Системно0синергетический подход". Она подводит итог научных поисков В.Г. Зинченко и его жизни.