Сборник "Викиликс" - Поэзия Крыма. Сборник стихов русских поэтов стр 7.

Редеет облаков летучая гряда.
Звезда печальная, вечерняя звезда!
Твой луч осеребрил увядшие равнины,
И дремлющий залив, и черных скал вершины.
Люблю твой слабый свет в небесной вышине:
Он думы разбудил уснувшие во мне.
Я помню твой восход, знакомое светило,
Над мирною страной, где все для сердца мило,
Где стройно тополи в долинах вознеслись,
Где дремлет нужный мирт и темный кипарис,
И сладостно шумят таврические волны.
Там некогда в горах, сердечной думы полный,
Над морем я влачил задумчивую лень,
Когда на хижины сходила ночи тень
И дева юная во мгле тебя искала
И именем своим подругам называла.

* * *

Прекрасны вы, брега Тавриды,
Когда вас видишь с корабля,
При свете утренней Киприды,
Как вас впервой увидел я;
Вы мне предстали в блеске брачном:
На небе синем и прозрачном
Сияли груды ваших гор,
Долин, деревьев, сел узор
Разостлан был передо мною.
А там, меж хижинок татар…
Какой во мне проснулся жар!
Какой волшебною тоскою
Стеснилась пламенная грудь!
Но, муза! прошлое забудь.
Поклонник муз, поклонник мира,
Забыв и славу, и любовь,
О, скоро вас увижу вновь,
Брега веселые Салгира;
Приду на склон приморских гор,
Воспоминаний тайных полный,
И вновь таврические волны
Обрадуют мой жадный взор.
Волшебный край, очей отрада!
Все живо там: холмы, леса,
Янтарь и яхонт винограда,
Долин приютная краса,
И струй, и тополей прохлада -
Все чувство путника манит
Когда, в час утра безмятежный,
В горах, дорогою прибрежной,
Привычный конь его бежит,
И зеленеющая влага
Пред ним и блещет и шумит
Вокруг утесов Аю-Дага…

Нереида

Среди зеленых волн, лобзающих Тавриду,
На утренней заре я видел Нереиду,
Сокрытый меж олиф, едва я мог дохнуть:
Над ясной влагою полубогиня грудь
Младую, белую как лебедь, воздымала
И пену из власов струею выжимала…

М. Розенгейм

Черное море

Зубчатый. Ай-Петри синеет во мгле.
Один я стою на прибрежной скале.
Далеко, широко, в раздольном просторе,
Лежишь предо мною, ты, Черное море!
Как полог лазурный, навис над тобой
Безбрежного неба покров голубой.
Облитое солнцем, как зеркало, гладко,
Ты, кажется, дремлешь так тихо, так сладко.
Стою и любуюсь лазурью твоей! -
За что же ты черным слывешь у людей? -
Нет, грозное имя ты носишь напрасно,
Черно ты в день черный, в день ясный – ты ясно.
Ты бурно, ты страшно тогда лишь, когда
Борьбы с ураганом придет череда;
Когда, весь одетый в громовые тучи,
Он дерзко нарушит покой твой могучий.

К. Р.

1879

Задремали волны,
Ясен неба свод;
Светит месяц полный
Над лазурью вод.

Серебрится море,
Трепетно горит…
Так и радость горе
Ярко озарит.

Крым. Май

А. Рославлев

У моря

В условный час, в тиши прибрежных скал
Бродил я вновь, и шуму волн внимая,
Следил вокруг и беспокойно ждал.

Дул сильный ветер, лунный путь качая.
Спеша и падая, шел за хребтом хребет,
И пена их скользила, как живая.

Я тщетно ждал, но вкрадчивый рассвет
Вновь примирил меня с моей печалью,
И море, стихнув, изменило цвет.

Обворожен загадочною далью,
Забыв тебя, как лунную мечту,
Я отдался себе и безначалью,

И видя, как взмахнув на высоту,
Белела чайка, падала мгновенно,
И вдруг брала добычу на лету,

Смущался я, и сердце билось пленно,
И как-то больно-сладостно томим,
Ее крылом любуясь вдохновенно,
Хотел я быть крылатым и морским.

Воспоминанье

Она пришла в вечерний смутный час,
И на плечо мне голову склонила,
И в целом мире стало двое нас.

* * *

Облокотясь на белые перила,
Я слушал волны, слушал и следил,
Как черный камень пена серебрила.

* * *

Вдали маяк чуть видный ворожил,
Шел пароход с мерцавшими огнями,
Гудок тяжелый в горы покатил.

* * *

Овеянный задумчивыми снами,
Распыливая брызги, пел фонтан,
И сонный кипарис шептал над нами.

* * *

От роз и олеандр был воздух прян.
Ас моря ветерок, лицо лаская,
Будил мечту о далях новых стран.

* * *

Томила сердце сказка золотая,
И руку нежно гладила рука -
Такая благодарная, родная.

* * *

К щеке приникла жаркая щека,
Чуть волновало близкое дыханье,
И жизнь казалась ясно-глубока.

* * *

Молчали мы в блаженном созерцанье
Земной красы… Хотелось вечно длить
Прекрасное, священное молчанье…
Без слов все понимать, без слов любить.

* * *

Как хорошо и больно быть поэтом!
Стоял бы здесь веками, недвижим,
Следил бы облака, пронизанные светом,
Над морем голубым.
Как чуждо мне здесь все, чем жил еще вчера:
Муть ресторанная, столбцы газет,
Свет электрический и пьяная игра
С кричащей улицей, игра на "да и нет".
Держусь за выступ царственной скалы,
Вознесшей к солнцу недоступный гребень.
Дорога вниз свивается кольцом,
Мажары скрип, хрустит под нею щебень,
Ступают, нехотя, угрюмые волы,
Кричит погонщик с бронзовым лицом.
Как чуждо мне здесь все, чем жил еще вчера.
Когда рука в руке, и к груди никнет грудь,
Рассвет и жесткое привычное: "пора"
И шепот страстный: "нет, еще побудь".
Да, хорошо и больно быть поэтом!
Стоял бы здесь веками, недвижим,
Следил бы облака, пронизанные светом,
Над морем голубым.

Байдарские ворота. 1905 г.

Б. Садовский

Крымские напевы

I

Над крутизной нависли глыбы.
Тропинка вьется по гор.
Под нею пруд, – застыли рыбы
В его прозрачном серебре.

* * *

Холодный ключ бежит из дуба,
И нежно обвивает плющ
Скамью, изваянную грубо
Средь лавровых, зеленых кущ.

* * *

Вверху на солнечном просторе
Беседка-башня замерла.
Там безграничный ропот моря
Приветствует полет орла.

* * *

Там солнце, пьяное от зноя,
Вращает в небе яркий круг…
А здесь лишь вечный шум прибоя
Да шелест ящериц вокруг.

* * *

Брожу. Смотрю. Нависли глыбы.
Скамью и дуб обвесил плющ.
Испуганно сверкнули рыбы,
Но тих навес зеленых кущ.

* * *

Часы, как волны, идут мимо.
Шуршанье ящериц вокруг,
Полдневный, сладкий воздух Крыма,
Горящий, яркий солнца круг.

II

Плывут лениво дни за днями,
И каждый день, в урочный час,
Хрустя горячими камнями,
Я близко вижу, волны, вас.

* * *

Все тот же дымчато-зеленый
Туманно-мглистых вод просторе,
Как свеж и чист их вздох соленый,
Летящий к высям желтых гор!

* * *

Светло-зеленые громады,
Вспеняясь, рушатся у ног
То от рыдаю идей Наяды
Седых Тритонов гонит бог.

* * *

И, между них качаясь плавно
На белопенных бородах,
Я сам руки его державной
Широкий чувствую размах.

К. Случевский

Ханские жены
(Крым)

У старой мечети гробницы стоят, -
Что сестры родные, столпились;
Тут ханск:я жены рядами лежать
И сном непробудным забылись…

И, кажется, точно ревнивая мать,
Над ними природа хлопочет, -
Какую-то думу с них хочет согнать,
Прощенья от них себе хочет.

Растить кипарисы, их сон сторожить,
Плющом, что плащом, одевает,
Велит соловьям здесь на родине быть,
Медвяной росой окропляет.

И времени много с тех пор протекло,
Как ханское царство распалось!
И, кажется, все бы забыться могло,
Все… если бы все забывалось!..

Их хитростью брали, их силой влекли,
Их стражам гаремов вручали
И тешить властителей ханской земли,
Ласкать, не любя, заставляли…

И помнят могилы!.. Задумчив их вид..
Великая месть не простится!
Разрушила ханство, остатки крушить
И спящим покойницам снится!