Влетел мотылек, и с цветка на другой,
Притворно-беспечный, он начал порхать.
О, полно кружиться, мой гость дорогой!
Могу ли, воздушный, тебя не узнать?
<1828>
Весенняя гроза
Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
Как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.Гремят раскаты молодые,
Вот дождик брызнул, пыль летит,
Повисли перлы дождевые,
И солнце нити золотит.С горы бежит поток проворный,
В лесу не молкнет птичий гам,
И гам лесной, и шум нагорный -
Все вторит весело громам.Ты скажешь: ветреная Геба,
Кормя Зевесова орла,
Громокипящий кубок с неба,
Смеясь, на землю пролила.
<1828>, <1854>
К N. N.
Ты любишь, ты притворствовать умеешь, -
Когда в толпе, украдкой от людей,
Моя нога касается твоей?
Ты мне ответ даешь – и не краснеешь!Все тот же вид рассеянный, бездушный,
Движенье персей, взор, улыбка та ж…
Меж тем твой муж, сей ненавистный страж,
Любуется твоей красой послушной.Благодаря и людям и судьбе,
Ты тайным радостям узнала цену,
Узнала свет: он ставит нам в измену
Все радости… Измена льстит тебе.Стыдливости румянец невозвратный,
Он улетел с твоих младых ланит -
Так с юных роз Авроры луч бежит
С их чистою душою ароматной.Но так и быть! в палящий летний зной
Лестней для чувств, приманчивей для взгляда
Смотреть в тени, как в кисти винограда
Сверкает кровь сквозь зелени густой.
<1829>
Летний вечер
Уж солнца раскаленный шар
С главы своей земля скатила,
И мирный вечера пожар
Волна морская поглотила.Уж звезды светлые взошли
И тяготеющий над нами
Небесный свод приподняли
Своими влажными главами.Река воздушная полней
Течет меж небом и землею,
Грудь дышит легче и вольней,
Освобожденная от зною.И сладкий трепет, как струя,
По жилам пробежал природы,
Как бы горячих ног ея
Коснулись ключевые воды.
<1829>
* * *
Еще шумел веселый день,
Толпами улица блистала,
И облаков вечерних тень
По светлым кровлям пролетала.И доносилися порой
Все звуки жизни благодатной -
И все в один сливалось строй,
Стозвучный, шумный и невнятный.Весенней негой утомлен,
Я впал в невольное забвенье;
Не знаю, долог ли был сон,
Но странно было пробужденье…Затих повсюду шум и гам,
И воцарилося молчанье -
Ходили тени по стенам
И полусонное мерцанье…Украдкою в мое окно
Глядело бледное светило,
И мне казалось, что оно
Мою дремоту сторожило.И мне казалось, что меня
Какой-то миротворный гений
Из пышно-золотого дня
Увлек, незримый, в царство теней.
<1829>, 1851
Утро в горах
Лазурь небесная смеется,
Ночной омытая грозой,
И между гор росисто вьется
Долина светлой полосой.Лишь высших гор до половины
Туманы покрывают скат,
Как бы воздушные руины
Волшебством созданных палат.
<1829>
Зальцбург(?)
Снежные горы
Уже полдневная пора
Палит отвесными лучами, -
И задымилася гора
С своими черными лесами.Внизу, как зеркало стальное,
Синеют озера струи,
И с камней, блещущих на зное,
В родную глубь спешат ручьи.И между тем как полусонный
Наш дольний мир, лишенный сил,
Проникнут негой благовонной,
Во мгле полуденной почил, -Горе́, как божества родные,
Над издыхающей землей
Играют выси ледяные
С лазурью неба огневой.
<1829>
Зальцбург
Полдень
Лениво дышит полдень мглистый,
Лениво катится река,
И в тверди пламенной и чистой
Лениво тают облака.И всю природу, как туман,
Дремота жаркая объемлет -
И Сам теперь великий Пан
В пещере нимф покойно дремлет.
<1829>
Могила Наполеона
Душой весны природа ожила,
И блещет все в торжественном покое:
Лазурь небес, и море голубое,
И дивная гробница, и скала!
Древа кругом покрылись новым цветом,
И тени их, средь общей тишины,
Чуть зыблются дыханием волны
На мраморе, весною разогретом…Давно ль умолк Перун его побед,
И гул от них стоит доселе в мире…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
И ум людей великой тенью полн,
А тень его, одна, на бреге диком,
Чужда всему, внимает шуму волн
И тешится морских пернатых криком.
<1829>, <1854>
* * *
< Из Мандзони >
Высокого предчувствия
Порывы и томленье,
Души, господства жаждущей,
Кипящее стремленье
И замыслов событие
Несбыточных, как сон, -Все испытал он! – счастие,
Победу, заточенье,
И все судьбы пристрастие,
И все ожесточенье! -
Два раза брошен был во прах
И два раза на трон!..Явился: два столетия
В борении жестоком,
Его узрев, смирились вдруг,
Как пред всесильным роком.
Он повелел умолкнуть им
И сел меж них судьей!Исчез – и в ссылке довершил
Свой век неимоверный -
Предмет безмерной зависти
И жалости безмерной,
Предмет вражды неистовой,
Преданности слепой!..Как над главою тонущих
Растет громадой пенной
Сперва игравший ими вал -
И берег вожделенный
Вотще очам трепещущим
Казавший свысока, -Так память над душой его,
Скопившись, тяготела!..
Как часто высказать себя
Душа сия хотела,
И, обомлев, на лист начатый
Вдруг падала рука!Как часто пред кончиной дня -
Дня безотрадной муки, -
Потупив молнии очей,
Крестом сложивши руки,
Стоял он – и минувшее
Овладевало им!..Он зрел в уме: подвижные
Шатры, равнины боев,
Рядов пехоты длинный блеск,
Потоки конных строев -
Железный мир и дышащий
Велением одним!..О, под толиким бременем
В нем сердце истомилось
И дух упал… Но сильная
К нему рука спустилась -
И к небу, милосердая,
Его приподняла!..
<1829>
Видение
Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья,
И в оный час явлений и чудес
Живая колесница мирозданья
Открыто катится в святилище небес.Тогда густеет ночь, как хаос на водах,
Беспамятство, как Атлас, давит сушу;
Лишь Музы девственную душу
В пророческих тревожат Боги снах!
<1829>
Олегов щит
1
"Аллах! пролей на нас твой свет!
Краса и сила правоверных!
Гроза гяуров лицемерных!
Пророк твой – Магомет!.."
2
"О наша крепость и оплот!
Великий Бог! веди нас ныне,
Как некогда ты вел в пустыне
Свой избранный народ!.."Глухая полночь! Все молчит!
Вдруг… из-за туч луна блеснула -
И над воротами Стамбула
Олегов озарила щит.
1828?, <1829>
Императору Николаю I
< С немецкого >
О Николай, народов победитель,
Ты имя оправдал свое! Ты победил!
Ты, Господом воздвигнутый воитель,
Неистовство врагов его смирил…
Настал конец жестоких испытаний,
Настал конец неизреченных мук.
Ликуйте, христиане!
Ваш Бог, Бог милости и браней,
Исторг кровавый скиптр из нечестивых рук.Тебе, тебе, послу его велений -
Кому сам Бог вручил свой страшный меч, -
Известь народ его из смертной тени
И вековую цепь навек рассечь.
Над избранной, о царь, твоей главою
Как солнце просияла благодать!
Бледнея пред тобою,
Луна покрылась тьмою -
Владычеству Корана не восстать…Твой гневный глас послыша в отдаленье,
Содроглися Османовы врата:
Твоей руки одно лишь мановенье -
И в прах падут к подножию Креста.
Сверши свой труд, сверши людей спасенье.
Реки: "Да будет свет" – и будет свет!
Довольно крови, слез пролитых,
Довольно жен, детей избитых,
Довольно над Христом ругался Магомет!..Твоя душа мирской не жаждет славы,
Не на земное устремлен твой взор.
Но Тот, о царь, кем держатся державы,
Врагам твоим изрек их приговор…
Он Сам от них лицо свое отводит,
Их злую власть давно подмыла кровь,
Над их главою ангел смерти бродит,
Стамбул исходит -
Константинополь воскресает вновь…
Октябрь 1829
Последний катаклизм
Когда пробьет последний час природы,
Состав частей разрушится земных:
Все зримое опять покроют воды,
И Божий лик изобразится в них!
<Не позднее 1829>