Всего за 33 руб. Купить полную версию
Калерия (с беспокойством) . На сохранении.
Экипажев . Ну да. На сохранении. Лежали. Царство небесное… то есть что я… Лежали…
Калерия . Лежали? А теперь? Они пропали?
Экипажев . Собственно, они не пропали, но они… исчезли.
Калерия (убитая) . Когда?
Экипажев . На днях.
Калерия . Что ж это будет? Эжен так рассчитывал. Мы с Эженом так рассчитывали!
Экипажев . Вы с Эженом рассчитывали – это ничего! Мы с Евгением Николаевичем – оба интеллигентные люди и, надеюсь, всегда поймем друг друга. Можешь вполне положиться на мой такт. Но Парасюк! Что скажет Парасюк! (Вспомнив.) Парасюк! О-о-о! Ну не могу я примириться с этой фамилией. Не могу! Он меня бить будет! Просто бить по морде! А с Эженом мы быстро договоримся.
Калерия . Ох, нет! Ты не знаешь Эжена!
Экипажев . Я знаю Эжена. Эжен интеллигентный… Эжен хрупкий.
Калерия . Ох, не очень хрупкий.
Экипажев . Нет, хрупкий, хрупкий. Уверяю тебя. Хрупкий. Я знаю.
Стук в дверь.
Антрэ!
Явление X
Заглядывает 1-й жилец.
1-й жилец . Анатолий Эсперович, дайте ключик.
Экипажев . Вы сегодня сколько раз пользовались?
1-й жилец . Один раз, Анатолий Эсперович.
Экипажев . Ой ли?
1-й жилец . Честное, благородное слово. Все жильцы могут подтвердить. Дайте ключик.
Экипажев . Э, нет. На руки ключ ни-ко-му! Пожалуйте вместе. Извини, душечка, я на две-три минуты. Пожалуйте.
Уходят.
Явление XI
Калерия одна.
Калерия (убито) . Неужели? Этого не может быть. (Открывает комод, роется, достает футляр.) Вот. (Открывает его.) Пустой!
Из футляра на пол падает квитанция, не замеченная Калерией.
Это ужасно! Что я скажу Эжену? (Кладет футляр в комод. Плачет.)
Явление XII
Входят Агнесса и Парасюк.
Агнесса . Калька! Калечка!
Калерия . Агнесса!
Агнесса . Солнышко! Лошадка! Скамеечка! Чего же ты ревешь как белуга? Вот дура!
Калерия . Поздравляю тебя.
Агнесса . А я тебя! А я тебя! Ах ты, черная! Ах ты, носатая! Перестань же реветь! Вот дуреха! Ваня, иди сюда. Это моя единоутробная сестра. А это мой единоутробный супруг. Познакомьтесь.
Парасюк . Будем знакомы. Парасюк.
Агнесса . Я тебе что говорила? Ты еще при папаше ляпни – Парасюк. Вот будет тебе тогда Парасюк. Ты не знаешь, что тут сегодня утром делалось. Старик прямо на стенку полез. Помалкивай пока. К такой фамилии надо постепенно пожилого человека приучать. Я и то два дня привыкала.
Парасюк . А я, представьте себе, даже ничего такого странного не замечаю. Ну Парасюк и Парасюк. Обыкновенная украинская фамилия.
Агнесса . Цыц! Забудь! На два часа забудь свою обыкновенную украинскую фамилию. Можешь ты это сделать для меня?
Парасюк . Пожалуйста. Ничего не имею. Хоть на целый квартал могу забыть. Анекдот.
Агнесса . Ванечка, ты здесь посиди. Подожди старика один. А то старик сразу двух Парасюков в одной комнате не выдержит. Факт. Только имей в виду. Никакого Парасюка! Цыц. Муж вашей дочери – и точка. И насчет Маркса с ним не очень. Он политически довольно-таки отсталый субъект. Пойдем, Калечка.
Парасюк . Ладно.
Агнесса . А главное – никаких Парасюков. Муж вашей дочери – и цыц!
Уходят.
Явление XIII
Парасюк один.
Парасюк (осматривается) . Это, вероятно, Анечкина мама. Красивая женщина. Достоевский… Интеллигенция! "Муж вашей дочери… и цыц…"
Явление XIV
Входит Экипажев.
Экипажев (пряча ключ в карман) . Нуте-с… (Видит Парасюка.) Чем могу?
Парасюк . Муж вашей дочери Парас… цыц… Муж вашей дочери…
Экипажев (про себя) . Ананасов! Неужели тоже приданое будет требовать? (Ему.) А! Голубчик! Наконец-то вы появились! Очень, очень рад приветствовать вас у себя в доме. Дочь вышла? Тем лучше. Этак мы скорее поймем друг друга. Как мужчина мужчину. Садитесь. Чаю? Кофе? Какао? Впрочем, кажется, кофе и какао нет. Ну так чаю. С бисквитом. Хоть и советского производства Бабаева, но весьма, весьма… Гм… Чай совсем простыл. Шура! Впрочем, Шуры нет. Нуте-с. Прекрасные сигареты. Старые "Новые Дели".
Парасюк . Как это – старые новые?
Экипажев . А есть еще новые старые. Затем новые-новые и старые-старые. Хе-хе! Советские топкости. Курите, пожалуйста.
Парасюк . Не курю. Бросил. Зачем себе зря организм отравлять?
Экипажев . Золотые слова. Но, к сожалению, не вся современная молодежь так здраво рассуждает. Далеко не вся. Антр ну суа дит, вся современная, так называемая советская молодежь – это просто какие-то подонки. Всеобщий разврат. Ругаются, плюются, хамят…
Парасюк . Ну, уж вы это слишком загибаете. Например, комсомол…
Экипажев . Вот, вот. Я про комсомол и говорю. Поголовно бандиты.
Парасюк . Позвольте!
Экипажев . Не позволю, голубчик, не позволю. И вы знаете что? С вами можно говорить совершенно откровенно. Как интеллигентный человек, вы меня поймете. По-моему, все дело тут в происхождении. Происхождение всегда дает себя знать.
Парасюк . Да, но Чарльз Дарвин…
Экипажев . Дарвин… Да, да. Там еще у него что-то про обезьян. Я помню. Но, дорогой мой, Дарвин Дарвином, обезьяны обезьянами, а факт налицо. Настоящий человек есть настоящий человек, а хам есть хам. Взять, например, меня. Или вас. Достаточно только посмотреть на вас – и сразу все ясно! Кровь. Порода. Вековые традиции. Идеалы, всосанные с молоком матери. Высокий лоб. Тонкие черты лица. Надбровные дуги. Глаза. Интеллектуальные уши…
Парасюк . Ну, уж это вы, Анатолий Эсперович, положим, сильно преувеличиваете…
Экипажев . Нет, нет! Я понимаю вашу скромность. Это делает вам честь. Но факт остается фактом. Против факта, батенька, не попрешь.
Парасюк . С этим, конечно, можно спорить, но… Однако ж вы и дымите, Анатолий Эсперович. Как паровоз.
Экипажев . Увы! Скверная привычка. Я, знаете, ужасно много курю. Особенно во время процесса мышления или же когда чем-нибудь взволнован.
Парасюк . Чем же вы взволнованы?
Экипажев . Ах, не говорите. У нас в семье такое несчастье! Мне даже вам как-то совестно говорить. Но все равно, вы свой человек. Шила в мешке не утаишь! Моя другая дочь вышла замуж за хама.
Парасюк . За хама?
Экипажев . За формального хама. Это ужасно, но факт. Просто за мастерового.
Парасюк . У нас нет мастеровых. У нас рабочие.
Экипажев . Это безразлично. Мастеровой, рабочий – одно и то же. По-ихнему – рабочие, а по-нашему – хамы.
Парасюк . Однако вы чересчур загибаете!
Экипажев . Но если б вы его только видели! Я лежу болен. У меня сорок. И вдруг он вваливается! Водкой несет, как из бочки. Руки непропорционально длинные. Череп – обезьяний. Уши плебейские. Двух слов связать не умеет. Только мычит нечто нечленораздельное: "Папочка, папулечка, ку-ку". А вы говорите – Дарвин… И нагло требует приданое. Приданое, а? Как это вам покажется?
Парасюк . На четырнадцатом году пролетарской революции – приданое? Анекдот!
Экипажев . Именно анекдот. Скверный анекдот. Да как требует – чуть ли не через милицию. С ножом к горлу. Верите ли, он меня почти задушил. И знаете, какое кровожадное животное? Все время каких-то младенцев требовал. Я их, кричит, сейчас жарить буду. Младенцев жарить – а? Ужас! Ужас!
Парасюк . Ничего себе зять! Так это ж просто какой-то уголовный тип. Люмпен.
Экипажев . Во, во! Золотые слова! Уголовный тип! Именно! Но ужаснее всего – это приданое. Откуда-то он вообразил, что я даю за дочерьми приданое. Действительно, в свое время я предполагал. Были такие небольшие сережки… Но теперь, вы сами понимаете… А? Вы ведь понимаете? А он требует. Разве так бы поступил интеллигентный человек, как, например, вы? А?
Парасюк . Действительно анекдот. Прямо для "Крокодила". Что у нас – эпоха феодализма, чтобы брать за девушками какое-то приданое? Еще, может быть, калым!
Экипажев . Вы действительно так думаете?
Парасюк . А как же иначе?
Экипажев . Благодарю вас. Благодарю вас. (Жмет ему руку.) Другого я от вас и не ожидал. А дочь еще опасалась. Но я был уверен. Так вы, значит, действительно не претендуете?
Парасюк . Я? Претендую??? На что??? На приданое? Да вы меня просто смешите. Какие могут быть разговоры! Конечно, нет. Все совершенно ясно.
Экипажев . Ясно? Мерси! Мерси!