Всего за 350 руб. Купить полную версию
Внимание Жуковского-переводчика в 1840-е гг. обращается к восточной поэзии: "Наль и Дамаянти", отрывок из "Махабхараты", эпизод из "Шах-Наме". Он предпринимает перевод "Одиссеи" Гомера и делает его в романтическом духе. Особая заслуга Жуковского – перевод со славянского "Нового Завета".
Находясь за границей, он сохраняет отношения с Гоголем, поддерживает знакомство с 3. Волконской.
В.Г. Белинский многократно обращался к поэзии Жуковского, называя его "литературным Коломбом Руси, открывшим ей Америку романтизма в поэзии". Критик связывает с ним "целый период нашей литературы, целый период нравственного развития общества", приходя к выводу: "Без Жуковского мы не имели бы Пушкина". Но лучшая, самая точная, глубокая оценка сделанного творцом "Светланы" принадлежит его ученику:
Его стихов пленительная сладость
Пройдёт веков завистливую даль,
И внемля им, вздохнёт о славе младость,
Утешится безмолвная печаль
И резвая задумается радость.
Литература
Касаткина В.Н. "Здесь сердцу будет приятно"… Поэзия В.А. Жуковского. М., 1995.
Янушкевич А.С. В.А. Жуковский // Семинарий. М., 1988.
И.И. Козлов (1779–1840)
Судьба Ивана Ивановича Козлова трагична. Знатное происхождение, отличное образование, успешная карьера, дружба с В.А. Жуковским, Александром и Николаем Тургеневыми, П.А. Вяземским и… катастрофа. В 1821 г. прогрессирующая болезнь парализовала ноги и лишила зрения. Болезнь не помешала Козлову оставаться активным участником литературной жизни. "Что Козлов слепой? Ты читал ему Онегина?" – спрашивал А.С. Пушкин брата Льва в письме от декабря 1824 г.
Великолепно владея несколькими языками, Козлов добивается больших успехов в искусстве перевода, придерживаясь той же точки зрения, что и его учитель и наставник В.А. Жуковский: "Переводчик в стихах – соперник автора". Ему удалось создать и такие переводы, которые впоследствии утратили связь с оригиналом и стали восприниматься как стихотворения самого поэта: "Не бил барабан перед смутным полком…", "Вечерний звон":
Вечерний звон, вечерний звон!
Как много дум наводит он
О юных днях в краю родном,
Где я любил, где отчий дом,
И как я, с ним навек простясь,
Там слушал звон в последний раз!..
Среди поэтов, к кому обращался Козлов-переводчик, – Байрон, Шиллер, Шенье, Т. Мур, В. Скотт, Р. Бернс и многие другие. Этот перечень позволяет безошибочно установить его эстетические симпатии и пристрастия. Байрон, Жуковский, Пушкин – вот его авторитеты и вдохновители.
Оригинальное поэтическое творчество Козлова характеризует элегический романтизм в духе Жуковского. Он говорил также о своей любви "к буйному лорду Байрону". И совсем не случайными видятся контакты Козлова в 1830-е гг. с юным Лермонтовым, в чьей поэме "Мцыри" отчётливо различаются мотивы самого популярного в 1820-е гг. произведения Козлова – поэмы "Чернец". Не чуждался поэт и гражданской тематики:
Ах, средь бури зреет
Плод, свобода, твой!
День твой ясный рдеет
Пламенной зарёй!
Узник неизвестный,
Пусть страдаю я, -
Лишь бы, край прелестный,
Вольным знать тебя!1822
Жанровый репертуар поэзии Козлова традиционен для романтика – элегии, послания, баллады, поэмы. Кроме "Чернеца" известностью пользовалась и поэма "Княгиня Наталья Борисовна Долгорукая" (1828).
Как и Жуковский, Козлов был глубоко религиозным человеком ("Моя молитва", "Встреча" и др.). В числе его общепризнанных шедевров – "К другу В.А. Ж(уковскому)", "Венецианская ночь", "Плач Ярославны":
То не кукушка в роще темной
Кукует рано на заре -
В Путивле плачет Ярославна
Одна, на городской стене:
Я покину бор сосновый,
Вдоль Дуная полечу,
И в Каяль-реке бобровый
Я рукав мой обмочу;
Я домчусь к родному стану,
Где кипел кровавый бой,
Князю я обмою рану
На груди его младой.
Талант Козлова получил высокую оценку Пушкина, Жуковского, Гоголя, Вяземского, Гнедича.
Д.В. Веневитинов (1805–1827)
Дмитрий Владимирович Веневитинов происходил из древнего дворянского рода и получил прекрасное домашнее образование. Затем, закончив за два года Московский университет, поступил на службу в Министерство иностранных дел.
Веневитинов прекрасно рисовал, был отличным музыкантом, глубоким знатоком греческого языка, античной культуры, западноевропейской философии. В его поэзии отразился мир изящной эстетической мысли и тонкого благородного чувства:
Я чувствую, во мне горит
Святое пламя вдохновенья,
Но к тёмной цели дух парит…
Кто мне укажет путь спасенья?Пою то радость, то печали,
То пыл страстей, то жар любви,
И беглым мыслям простодушно
Вверяюсь в пламени стихов.
Так соловей в тени дубров,
Восторгу краткому послушный,
Когда на долы ляжет тень,
Уныло вечер воспевает
И утром весело встречает
В румяном небе светлый день.
Веневитинов был активным членом литературно-философского "Общества любомудрия" (1823–1825), участниками которого были также В.Ф. Одоевский, И.В. Киреевский, С. Шевырев и др. Главным объектом внимания любомудров была немецкая идеалистическая философия – И. Кант, И.Г. Фихте, Ф.В. Шеллинг. Члены общества принимали участие в разработке идеалистической философии искусства в России. У них был свой печатный орган – популярный альманах "Мнемозина".
Веневитинов отличался от своих друзей по обществу большим вольнолюбием и интересом к гражданской лирике. Как поэт он следовал Пушкину и откликался на декабристскую тему вольного Новгорода, на восстание в Греции.
Центральная тема его творчества – поэт и поэзия в их отношениях с обществом и искусством ("К Пушкину", "Поэт" и др.).
На 22-м году жизни его настигла скоропостижная смерть. "Проживи Веневитинов хотя десятью годами больше – он на целые десятки лет двинул бы вперед нашу литературу", – таково было общее мнение.
А.А. Дельвиг (1798–1831)
Барон Антон Антонович Дельвиг – лицейский товарищ и близкий друг Пушкина – родился в Москве. После окончания лицея он служил в различных министерствах, но его истинным призванием была литература.
С 1825 г. Дельвиг издавал альманах "Северные цветы", а под конец жизни редактировал "Литературную газету".
Дельвиг приобрёл литературную известность как автор романсов, песен, элегий, идиллий и сонетов. Некоторые его стихотворения популярны и в наши дни: "Соловей мой, соловей…", "Ах ты, ночь ли, ноченька…", "Не осенний мелкий дождичек…" и др.
Более всего его привлекали эстетические проблемы. Чаще других он обращался к теме поэта и поэзии – таков сонет "Н.М. Языкову":
Младой певец, дорогою прекрасной
Тебе идти к парнасским высотам;
Тебе венок (поверь моим словам)
Плетёт Амур с Каменой сладкогласной.От ранних лет я пламень не напрасный
Храню в душе, благодаря богам,
Я им влеком к возвышенным певцам
С какою-то любовию пристрастной.Я Пушкина младенцем полюбил,
С ним разделял и грусть и наслажденье,
И первый я его услышал пенье.И за себя богов благословил,
Певца Пиров я с музой подружил -
И славой их горжусь в вознагражденье.1822
Певец "Пиров" – Е.А. Баратынский.
С детства увлекавшийся античностью, Дельвиг многие из своих произведений посвятил мифологическим сюжетам и образам. "Душой и лирой – древний грек", – справедливо сказал о нем Языков.
Занимая демократические общественные позиции, Дельвиг не чуждался в своей поэзии патриотических и гражданских мотивов ("На взятие Парижа", "Петербургским цензорам" и др.). Однако он был далёк от какой бы то ни было революционности. Идеалом жизни, воспетым его поэзией, было простое безмятежное существование, посвященное служению искусству, любви и друзьям.
К.Ф. Рылеев (1795–1826)
Кондратий Фёдорович Рылеев родился в Петербургской губернии в семье отставного полковника и в шестилетнем возрасте был отдан в кадетский корпус. С1814по1818 г. он находился в армии, пройдя Германию, Швейцарию и Францию. С 1821 по
1824 г. Рылеев служил в Петербургской уголовной палате.
В 1823 г. он вступил в тайное Северное общество декабристов и вскоре стал его фактическим руководителем. После восстания на Сенатской площади 14 декабря 1825 г. Рылеев был арестован и в числе других наиболее активных деятелей декабристского движения казнён.
Рылеев – один из самых ярких представителей русского гражданского романтизма, первый среди талантливых поэтов-декабристов.
Его творческий путь начался сатирическими стихами ещё во время пребывания в кадетском корпусе. Произведением, принесшим ему известность, была опубликованная в 1820 г. сатира "К временщику", смело обличавшая всесильного тогда военного министра Аракчеева:
Надменный временщик, и подлый и коварный,
Монарха хитрый льстец и друг неблагодарный,
Неистовый тиран родной страны своей,
Взнесённый в важный сан пронырствами злодей!
Ты на меня взирать с презрением дерзаешь
И в грозном взоре мне свой ярый гнев являешь!
Твоим вниманием не дорожу, подлец;
Из уст твоих хула – достойных хвал венец!
Смеюсь мне сделанным тобой уничиженьем!..