Твардовский Александр Трифонович - Стихотворения. Поэмы стр 30.

Шрифт
Фон

"Полночь в мое городское окно…"

Полночь в мое городское окно
Входит с ночными дарами:
Позднее небо полным-полно
Скученных звезд мирами.

Мне еще в детстве, бывало, в "очном,
Где-нибудь в дедовском поле
Скопища эти холодным огнем
Точно бы в темя кололи.

Сладкой бессонницей юность мою
Звездное небо томило:
Где бы я ни был, казалось, стою
В центре вселенского мира.

В зрелости так не тревожат меня
Космоса дальние светы,
Как муравьиная злая возня
Маленькой нашей планеты.

1967

"В чем хочешь человечество вини…"

В чем хочешь человечество вини
И самого себя, слуга народа,
Но ни при чем природа и погода:
Полны добра перед итогом года,
Как яблоки антоновские, дни.

Безветренны, теплы - почти что жарки,
Один другого краше, дни-подарки
Звенят чуть слышно золотом листвы
В самой Москве, в окрестностях Москвы
И где-нибудь, наверно, в пражском парке.

Перед какой безвестною зимой
Каких еще тревог и потрясений
Так свеж и ясен этот мир осенний,
Так сладок каждый вдох и выдох мой?

1968

"Допустим, ты свое уже оттопал…"

Допустим, ты свое уже оттопал
И позади - остался твой предел,
Но при тебе и разум твой, и опыт,
И некий срок еще для сдачи дел
Отпущен - до погрузки и отправки.

Ты можешь на листах ушедших лет
Внести еще какие-то поправки,
Чертой ревнивой обводя свой след;

Самозащите доверяясь шаткой,
Невольно прихорашивать итог…
Но вдруг подумать:
- Нет, - спасибо в шапку,
От этой сласти береги нас бог.

Нет, лучше рухнуть нам на полдороге,
Коль не по силам новый был маршрут.
Без нас отлично подведут итоги
И, может, меньше нашего наврут.

1968

"Время, скорое на расправу…"

Время, скорое на расправу,
В меру дней своих скоростных,
Власть иную, иную славу
Упраздняет - и крест на них.

Время даже их след изгладит
Скоростным своим утюжком.
И оно же не в силах сладить
С чем, подумаешь! - со стишком.

Уж оно его так и этак
Норовит забвенью предать
И о том объявить в газетах
И по радио…
Глядь-поглядь,

За каким-то минучим сроком -
И у времени с языка
Вдруг срывается ненароком
Из того же стишка -
Строка.

1968

"К обидам горьким собственной персоны…"

К обидам горьким собственной персоны
Не призывать участье добрых душ.
Жить, как живешь, своей страдой бессонной, -
Взялся за гуж - не говори: не дюж.

С троны своей ни в чем не соступая,
Не отступая - быть самим собой.
Так со своей управиться судьбой,
Чтоб в ней себя нашла судьба любая
И чью-то душу отпустила боль.

1968

Поэмы

Страна Муравия

Глава 1

С утра на полдень едет он,
Дорога далека.
Свет белый с четырех сторон
И сверху - облака.

Тоскуя о родном тепле,
Цепочкою вдали
Летят, - а что тут на земле,
Не знают журавли…

У перевоза стук колес,
Сбой, гомон, топот ног.
Идет народ, ползет обоз,
Старик паромщик взмок.

Паром скрипит, канат трещит,
Народ стоит бочком,
Уполномоченный спешит,
И баба с сундучком.

Паром идет, как карусель,
Кружась от быстрины.
Гармошку плотничья артель
Везет на край страны…

Гудят над полем провода,
Столбы вперед бегут,
Гремят по рельсам поезда,
И воды вдаль текут.

И шапки пены снеговой
Белеют у кустов,
И пахнет смолкой молодой
Березовый листок.

И в мире - тысячи путей
И тысячи дорог.
И едет, едет по своей
Никита Моргунок.

Бредет в оглоблях серый конь
Под расписной дугой,
И крепко стянута супонь
Хозяйскою рукой.

Дегтярку сзади привязал,
Засунул кнут у ног,
Как будто в город, на базар,
Собрался Моргунок.

Умытый в бане, наряжен
В пиджак и сапоги,
Как будто в гости едет он,
К родне на пироги.

И двор - далеко за спиной,
Бегут вперед столбы.
Ни хаты не видать родной,
Ни крыши, ни трубы…

По ветру тянется дымок
С ольхового куста.
- Прощайте, - машет Моргунок, -
Отцовские места!..

Глава 2

Из-за горы навстречу шло
Золотоглавое село.

Здесь проходил, как говорят,
В Москву Наполеон.
Здесь тридцать восемь лет назад
Никита был крещен.

Здесь бухали колокола
На двадцать деревень,
Престол и ярмарка была
13 зеленый духов день.

И первым был из всех дворов
Двор - к большаку лицом,
И вывеска "Илья Бугров"
Синела над крыльцом…

Никита ехал прямиком.
И вдруг - среди села -
Не то базар, не то погром,-
Веселые дела!

Народ гуляет под гармонь,
Оглобель - лес густой,
Коней завидя сбился конь…
Выходят люди:
- Стой!..

- Стой, нет пощады никому,
И честь для всех одна:
Гуляй на свадьбе, потому -
Последняя она…

Кто за рукав,
Кто за полу,-
Ведут Никиту
В дом, к столу.

Ввели и - чарку - стук ему!
И не дыши - до дна!
- Гуляй на свадьбе, потому -
Последняя она…

И лез хозяин через стоя:
- Моя хата -
Мой простор.
Становись, сынок, на лавку,
Пей, гуляй,
Справляй престол!..

Веселитесь, пейте, люди,
Все одно:
Что в бутылке,
Что на блюде -
Чье оно?

Чья скотинка?
Чей амбар?
Чей на полке
Самовар?..

За столом, как в бане, тесно,
Моргунок стирает пот,
Где жених тут, где невеста,
Где тут свадьба? - Не поймет.

А хозяин без заминки
Наливает по другой.
- Тут и свадьба и поминки -
Все на свете, дорогой.

С неохотой, еле-еле
Выпил чарку Моргунок.
Гости ели, пили, пели,
Говорили, кто что мог…

- Что за помин?
- Помин общий.
- Кто гуляет?
- Кулаки!
Поминаем душ усопших,
Что пошли на Соловки.

- Их не били, не вязали,
Не пытали пытками,
Их везли, везли возами
С детьми и пожитками.
А кто сам не шел из хаты,
Кто кидался в обмороки,-
Милицейские ребята
Выводили под руки…

- Будет нам пить,
Будет дурить…

- Исус Христос
Чудеса творил…

- А кто платил,
Когда я да не платил?..

- Отчего ты, божья птичка,
Хлебных зерен не клюешь?
Отчего ты, невеличка,
Звонких песен не поешь?

Отвечает эта птичка:
- Жить я в клетке не хочу.
Отворите мне темницу,
Я на волю полечу…

- Будет нам пить,
Будет дурить.
Пора бы нам одуматься,
Пойти домой, задуматься:
Что завтра пропить?

- Исус Христос
По воде ходил…

- А кто платил,
Когда я не платил?
За каждый стог,
Что в поле метал,
За каждый рог,
Что в хлеву держал,
За каждый воз,
Что с поля привез,
За собачий хвост,
За кошачий хвост,
За тень от избы,
За дым от трубы,
За свет и за мрак,
И за просто, и за так…

- Знаем! Сам ты не дурак,
Хлеб-то в воду ночью свез:
Мол, ни мне, ни псу под хвост.
Знаем! Сами не глупей.
Пей да ешь, ешь да пей!

- Сорок лет тому назад
Жил да был один солдат.
Тут как раз холера шла,
В день катала полсела.
Изо всех один солдат
Жив остался, говорят.
Пил да ел, как богатырь,
И по всем читал псалтырь,
Водку в миску наливал,
Делал тюрьку и хлебал,
Все погибли, а солдат
Тем и спасся, говорят.

- Трулля-трулля-трулля-ши!..
Пропил батька лемеши.
А сынок -
Топорок,
А дочушка -
Гребенек,
А матушка,
Того роду,
Пропила
Сковороду.
Па-алезла под печь:
"Сынок, блинов нечем печь…"

- Все кричат, а я молчу:
Все одно - безделье.
А Илье-то Кузьмичу -
Слезки, не веселье…

- Подноси, вытаскивай,
Угощенье ставь!

- До чего он ласковый,
Добродушный стал.

Дескать, мы ж друзья-дружки,
Старые соседи.
Мол, со мной на Соловки
Все село поедет…

- Слышь, хозяин, не жалей
Божью птичку в клетке.
Заливай, пои гостей,
Дыхай напоследки!..

Загудели гости смутно,
Встал, шатаясь, Моргунок,
Будто пьян, на воздух будто,
Потихоньку - за порог.

Над дорогой пыль висела,
Не стихал собачий лай.
Ругань, песни…

- Трогай, Серый.
Где-нибудь, да будет край…

Глава 3

Далеко стихнуло село,
И кнут остыл в руке,
И синевой заволокло,
Замглилось вдалеке.

И раскидало конский хвост
Внезапным ветерком,
И глухо, как огромный мост,
Простукал где-то гром.

И дождь поспешный, молодой,
Закапал невпопад.
Запахло летнею водой,
Землей, как год назад…

И по-ребячьи Моргунок
Вдруг протянул ладонь.
И, голову склонивши вбок,
Был строг и грустен конь.

То конь был - нет таких коней!
Не конь, а человек.
Бывало, свадьбу за пять дней
Почует, роет снег.

Земля, семья, изба и печь,
И каждый гвоздь в стене,
Портянки с ног, рубаха с плеч -
Держались на коне.

Ваша оценка очень важна

0
Шрифт
Фон

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке