Любопытно, не правда ли? У "одинокой пенсионерки" вдруг обнаруживается несколько родственников, которые видели Кыштымского карлика, более того, даже держали в руках и принимали участие в каком ни на есть уходе за неизвестным существом. А когда сумасшедшие санитары увезли Просвирину в свой сумасшедший дом, то сноха Просвириной, тоже Тамара, вдруг "забыла" за срочными неотложными делами о существовании живого представителя нечеловеческого происхождения.
Но обо всём по порядку. Попробуем разобраться в этой необыкновенной истории и оценить происшедшее под другим ракурсом.
Итак, выслушаем сначала показания упоминаемой выше снохи, помогающей бабушке, которая является тоже Тамарой Просвириной, только моложе годами:
- Тогда я работала вахтовым методом поварихой. Муж Сергей сидел в тюрьме. А свекровь жила одна, я её раз в две недели навещала. Пришла как-то к ней, раскладываю продукты на кухне. А она вдруг говорит: "Надо бы и ребёночка покормить!" Я подумала, что у неё обострение болезни, такое с ней прежде бывало. А она меня к кровати привела. Смотрю: там что-то пищит. Вернее, свистит. Ротик выпячивает трубочкой, языком шевелит. Он у него алый, лопаточкой. И два зубика видны. Пригляделась: на ребёнка не похож. Голова коричневая, тело серое, кожа без прожилок. На глазах век не видно. И взор осмысленный! Половых органов нет. А вместо пупка - гладкое место. Головка луковкой, ушек нет, только дырочки. И глаза, как у котика. Зрачок то расширяется, то сужается. Пальцы на ручках и на ножках длинные. Ножки сложены трапецией. Спросила свекровь: "Откуда это чудище?" А она ответила, что в лесу нашла и назвала Алёшенькой. Сунула в рот карамельку, он начал её сосать. И воду пил из ложечки. Я подумала, что это зверёк. Его ещё мать моя видела, Галина Артемьевна Алфёрова.
Внимание! Даже на допросе следователя сноха бабушки Просвириной сюсюкала, описывая найдёныша, подумала, что он - неизвестный ей зверёк. Но ухаживать за ним, когда бабушку увезли санитары, у Тамары не хватило времени! Вернее, хватило, но она заявилась в дом старушки вместе с мужезаменителем Владимиром Нуртдиновым. Но об этом несколько позже. А сейчас выслушаем, что знала об Алёшеньке мама Тамары Просвириной семидесятичетырёхлетняя старушка Галина Артемьевна:
- Я у Тамары на квартире бывала часто. Она больная на голову была. Поэтому проведывала её, как бы чего не случилось. Сын её, муж моей дочки Тамары, в тюрьме сидит. А дочь у меня тогда поварихой вахтовым методом работала. Вот я и навещала. Продуктов принесу, помогу прибраться. Она хоть и сумасшедшая, но беззлобная была. И сама себя обихаживала. Ну вот, пришла я, а в соседней комнате вроде как котёнок пищит. Квартира у свахи была двухкомнатная, сейчас мы её продали. Спрашиваю: "Что ты, Тамара, котёнка завела?" А она говорит: "Нет, ребёночка". Я ей: "Какого такого ребёночка?" А она говорит: "Алёшеньку. В лесу нашла". Пошли в соседнюю комнату. Смотрю: поперёк её кровати что-то лежит, в пёструю тряпку завёрнутое. Она развернула, мне показывает. Такой чудной! Сначала подумала, что это наваждение какое. Перекрестилась - не исчезает! Тут уж я осмелела, поближе подошла. А он, как меня увидел, засвистел. Ну, вроде, как суслик в поле, но тихонько. Я думаю, что это он так что-то сказать пытался.
- Может быть, это всё же недоношенный ребёнок? - поинтересовался журналист.
- Да нет, наверно. Я за всю свою жизнь столько всяких перевидала, и недоношенных тоже. На младенчика Алёшенька совершенно не похож. Головка не тыковкой, а как шлём будёновский: остроконечная и без волос. И родничков на ней не видно. Пальчики длинные, тонюсенькие и острые, как коготки. По пять на каждой руке и ноге.
Туловище поначалу пухлое было и колыхалось как холодец. Это он уже после смерти усох.
- А половые органы у него были?
- Нет у него никаких половых органов, - мотнула головой старушка.
- Вы уверены? - не отставал журналист.
- Да я со всех сторон его смотрела. Даже между ножек трогала. Ровное место, будто у куклы какой. И пуповины тоже никакой нет.
- Алёшенька передвигался сам? - спросил следователь Владимир Бендлин.
- При мне - нет. Он только ножки кверху поднимал, - вспомнила Галина Артемьевна. - Распрямлял, вроде как гимнастику делал.
- Вы видели, как его кормили?
- Я и сама его сгущёнкой кормила, - призналась старушка. - А сватья ему творожный сырок давала. Он его сосал и глотал. У него челюсти нижней не было, и вместо неё - какая-то кожица. А пил не из бутылочки - на кровати стояла плошка с водой. Тамара поила его с ложечки. А ещё у него язык длинный такой был и ярко-красный, лопаточкой.
- Вы не помните, сколько прожило существо у Тамары Просвириной? - решил уточнить журналист.
- Не помню точно, но давайте посчитаем, - предложила старушка. - Я раз пять к сватье заходила. Внучок Саша - он сейчас в армии служит - пару раз забегал. Соседка Нина Глазырина к ней постоянно наведывалась и даже ночевала. И все Алёшеньку живым видели. Недели три это чудище у сватьи жило. А может, больше.
- Сообщить к нам в РОВД не пытались? - осведомился следователь.
- Тогда и мысли не было, что это важно, - махнула рукой старушка. - Если бы Тамара человечьего младенца в лесу нашла, то, конечно, позвонили бы в милицию. А это так - не пойми что. Зверюшка непонятная, правда, ласковая. Это сейчас говорят, что инопланетянин. А мы тогда с дочкой и внуком решили: пусть живёт вместо кошки. К тому же испражнений от него никаких не было. Только пот на теле, вроде как испарина после того, как поест. Его сватья всё тряпочкой обтирала. Всё бельё, которое в комнате было, этим Алёшенькой пропахло. Дух от него шёл сладкий, вроде как от одеколона…
- Вы не знаете, как умер Алёшенька? - не отставал следователь.
- Должно быть от голода. Тамару в психбольницу забрали, а он в пустой квартире остался.
Дочки в ту пору в городе, наверно, не было, а мне съездить недосуг. Ведь кто знал, что эта невидаль для науки такая ценная? Японцы сейчас за неё огромные деньги сулят…
- А где сейчас ваша сваха? - прервал старушку журналист.
- Машина сбила. Как раз после того, как японцы позвонили и сказали, что хотят с ней встретиться и заснять на камеру.
К счастью, показания Тамары Просвириной сохранились на видеоплёнке у следователя Владимира Бендлина.
На экране пожилая женщина. На ней мятый зелёный больничный халат. Она острижена наголо, взгляд у старушки блуждающий. Её выводят во двор. Женщина спотыкается, чуть не падает. Её подхватывает за локоть санитарка.
- Это Просвирина в психиатрической лечебнице, - поясняет Владимир Бендлин. - Беседа с ней велась неофициально и юридической силы не имеет…
Женщина в кадре хоть и с трудом, но называет себя. Речь у неё невнятная: мешает нервный тик. Она всё время облизывает губы. Ей задают вопрос о том, кто такой Алёшенька? Пауза затягивается, но старушка всё-таки отвечает:
- Сыночек мой. Я его в лесу под деревом нашла. Он лежал головой вниз. Я его отряхнула и положила в запон. Я его под свою фамилию запишу.
- Где он сейчас?
Женщина опять замолкает на какое-то время. Потом отвечает, размазывая по щекам хлынувшие слёзы:
- Алёшенька умер. Он дома от голода умер.
- Как же это получилось? - снова слышится вопрос за кадром.
- Он без еды был. Я дохтуру говорила же - ребёночек у меня там… Отпустите…
Но первым "официальным" представителем исполнительной власти, удостоенным лицезреть мумию найдёныша Алёшеньки, был Евгений Мокичев, капитан юстиции, следователь Кыштымского ОВД. Что ни говори, а заглянуть в отчёт капитана читателю будет наверняка интересно:
"В августе - сентябре 1996 года я проводил расследование уголовного дела по обвинению Нуртдинова Владимира в совершении кражи кабеля в посёлке Новогорный. Для проведения следственного эксперимента предложил выехать на место происшествия. Мы отправились с Нуртдиновым на его мотоцикле. По дороге Владимир поинтересовался у меня, видел ли я инопланетян? Я, естественно, ответил, что никаких инопланетян не видел и не верю в их существование. Он обещал мне по возвращении домой показать инопланетянина.
Приехав в посёлок, где проживал Нуртдинов, мы произвели требуемые следственные действия, по окончании которых Владимир предложил посмотреть инопланетянина, который у него находился в шкафу. Я, конечно, скептически к этому отнёсся, однако он достал из шкафа тряпичный свёрток. В красной материи было что-то завёрнуто.
То, что я увидел, поразило меня. Я долго не мог сообразить, что это такое. Наступила какая-то растерянность. Передо мной лежал примерно 25–30 см в длину мумифицированный трупик небольшого человекоподобного существа. Однозначно оценить то, что передо мной лежало, очень сложно, потому что голова у него была необычной формы - шлемообразной, состоящей из четырёх лепестков, которые кверху соединялись в одну пластину и образовывали как бы гребень. Его глазницы были большого размера. На передней челюсти можно было разглядеть два маленьких, еле видных зубика. Передние конечности были скрещены на груди, и, судя по ним, они были такой же длины, как и нижние.
Трупик находился в засушенном, сморщенном состоянии, на нём было много складок кожного покрова. От останков исходил не сильный, но неприятный запах; чем именно пахло, сказать затрудняюсь.