– Как хорошо! Очень рад за тебя! – прокричал с улыбкой Кнут, – тогда сейчас я желаю выпить за ваш союз! За Паля и Астрид! Чтобы увидеть мне еще ваших детей, веселых и красивых! Скол! – "Скол! За союз! Скол" – отозвалось со всех уголков стола и мужчины стали жадно пить хмельной мед, проливая его на себя, заливая липким сладким напитком бороды и одежды. Паль встал из-за стола и, подняв свою кружку, только хотел что-то сказать, как его прервал истошный крик одной из рабынь. Сразу как по реакции, конунги, ярлы и викинги повставали из-за стола и изумленные уставились в полумрак. Оттуда послышались крики еще нескольких женщин, потом громкий голос мужчины: "Держите коня!" и с изумленными глазами, бедное животное, вороной конь, влетел на центральную площадь. Он стал рысью бегать вокруг стола, задевая людей, а за ним на корабельной веревке, связанная по рукам и ногам, с кляпом во рту, вся в крови, волочилась Астрид Пестрокрылая. Ее было сложно узнать, единственное, почему Паль сразу разглядел в ней свою жену, это платье, в котором девушка постоянно ходила. Незамедлительно Паль вскочил из-за стола, подскочил к коню и, что есть сил, врезал ему топором по голове. Конь взбрыкнул, подкосился и свалился с шумом на холодную твердую землю. На его седле, на веревках, болтаются пять голов славных воинов, одна из которых с черной бородой и рыжей головой, принадлежала когда-то охотнику Кьеллу. Паль дрожащими руками перерезал веревку, что крепила Астрид к коню и, взяв ее на руки, не сказав ни слова, бросился к себе домой. Он ногой открыл дверь, которую только сегодня починили, и отнес Астрид в спальню. Через минуту дверь дома с шумом закрылась, послышался скрежет стального засова. Все конунги, ярлы, викинги и местные жители стояли в полной тишине. Никто не понимал, что происходит. Изумленные, в полном непонимании, они тупо уставились на дом Паля. Обстановку решил разрядить старый конунг Кнут.
– Ну давайте же! Выпьем! А вы! – он указал рукой на музыкантов, – давайте ка нам веселую музыку! Ну же!!!
Музыканты заиграли на своих инструментах, все мужики снова уселись за стол и веселье продолжилось. Старый Кнут махнул Зигфриду, хиленькому прислужнику Паля.
– А ну иди сюда!
– Да Кнут, чем могу помочь? – глаза прислужника суетливо забегали от волнения.
– Кто эта девушка?
– Жена нашего конунга, Астрид… – сказал прислужник.
– А эти? – Кнут указал пальцем на головы мужчин, что болтались на седле коня.
– Не знаю. – Зигфрид пожал плечами и сделал вид, что не знает о чем идет речь.
– Иди отсюда! – фыркнул Кнут и принялся дальше пить хмельной мед.
Стало совсем темно. В глубине домов, откуда великолепно видно, что происходит на центральной площади, сверкнули злобные глаза. Прислонившись плечом к дереву, с полным рогом хмельного меда на летних травах в руках, стоит Ниялль. Он плюет в сторону площади, чешет свою задницу, залпом выпивает весь напиток из рога и запевает песню:
Там за северной страной
Буду спать с чужой женой!
Буду красть и убивать -
Мне на совесть наплевать!
Тьма опустилась на город. Весь залив горит от тысячи факелов с драккаров. Центральная площадь заливается смехом, полыхают огни, играет музыка и рекою льется хмель.
Глава 16
Хитрый план
В первый день своего правления, конунг Рангвальд, запретил всем чужеземцам проезжать через город Герд. Это была вынужденная мера, дело в том, что никто не удосужился пригласить их в набег на Англию и не предупредил о том, что огромное войско северян пристанет к берегам соседнего города Йорвик. В спешном режиме Рангвальд собрал тинг для мужчин, на котором было решено закрыть город для въезда и выезда, а так же привести всех воинов в полное боевое положение. Город Герд насчитывает в своих рядах свыше полутора тысяч мужчин, которые способны держать в руках топоры и биться за поселение. И две с половиной тысячи мирных жителей, женщины, дети, старики. Вообще, не каждый город на севере может похвастаться такой военной силой, но Герд лежит поодаль от берегов моря и не имеет своих драккаров, а бывший его конунг шел по пути экономического развития поселения, тем самым оберегая мужчин от смерти где-нибудь на далеком Английском побережье. Но вот что странно, если в Йорвик прибыли северяне, то почему никто не пригласил к сотрудничеству город с такой военной силой как Герд? Это был самый главный вопрос, никому и в голову не приходило, что гонец был послан Нияллем, к старому конунгу, который убив гонца, решил не рассказывать никому про объединение северян. А может, просто не успел. Еще тридцать воинов в городе Герд, которых отпустил Паль, знали про убийство конунга Адальштейна, но никто не рассказывал им про то, что кто-то собирается объединяться, для общего похода. Эта путаница стала поднимать панику в Герде, создавая реальную угрозу для всех.
– Мой вождь, все викинги в полной боевой готовности. Не хватило топоров. Кузницы раскалены до красна. Работаем и день, и ночь! – отчитался перед Рангвальдом один из воинов, который уже с раннего утра был занят выполнением приказов своего вождя.
– Хорошо! Что известно от разведчиков? – Рангвальд встал из-за стола, завтрак совершенно не лезет в него, столько вопросов, которые нужно решить. Он отодвинул от себя долбленку с кашей и протяжно потянулся, разминая свои мышцы и сухожилия.
– Почти пятьсот драккаров мой вождь! Воины пока не сошли на берег, а их предводители вместе с Палем, что-то обсуждают.
– Такое войско? Что они надумали? Есть мысли? – Рангвальд посмотрел на других рядом стоящих воинов, мягко провел взглядом, заглядывая каждому из них в глаза. – Есть мысли, какого хрена здесь делает такое войско?
– Мой вождь… – снова начал говорить тот же воин. – Мы с мужиками обсуждали этот вопрос и пришли к общему мнению, что они хотят захватить все поселения, объединиться и убрать нас. Подумайте сами, сначала Адальштейна убивают, потом, пока у нас неразбериха, они подгоняют к своим берегам войско викингов и при этом, не предупреждают нас о своих замыслах. Есть мнение, что они вот-вот двинутся на нас войной. Все воины кивнули в знак подтверждения этих мыслей и уставились на конунга. Рангвальд снова сел за стол, пододвинул к себе долбленку с недоеденной кашей и принялся, молча, есть ее. Потом он резко со злостью отбросил рукой от себя еду, уронив все со стола на пол, встал и громко заявил.
– Одного отличного воина, решайте сами, кто из вас поедет, отправить в Йорвик! Пусть он попросит слова у конунга Паля и узнает о его намерениях. Дальше от этого и будем отталкиваться, тем временем, всех воинов вооружить, чем придется! И готовиться… В случае чего, будьте готовы отстаивать интересы Герда и защищать наши земли. Боги дают нам шанс постоять за себя, так будем же готовы! Ступайте!
Воины вышли на улицу. Уже через час один из них, вскочив на лошадь, отправился исполнять приказание вождя. К вечеру он добрался до въездных ворот в Йорвик. Еще издали воин заметил, что весь город просто заполнен викингами. Повсюду идут гуляния, играет музыка. Воин остановился в тени одного из деревьев, но перепугавшись за свою жизнь, ударил лошадь в бока и помчался обратно в Герд. Ему показалось, что если он проедет в город, его там обязательно убьют. Дома жена, дети и, конечно же, спокойствие, а здесь пьяные агрессивные северяне и ощущение смерти. Никогда еще ему не приходилось биться и зря ему дали такое ответственное задание. Дорога завиляла в полумраке серой лентой, луна, только что появившаяся на горизонте, сверкнула тусклым светом и бросила в глаза синие блики холода.
– Открывайте ворота!!!! – закричал, что есть сил Ниялль и стал долбиться ногами в большие деревянные ворота города Герд. Через несколько секунд послышались шаги поднимающихся воинов на вершину одной из вышек, что стояли по обе стороны от ворот. По двое мужчин на каждой, направили на Ниялля арбалеты. После к ним поднялся большой викинг, он медленно, тяжело подошел к самому краю и наклонил голову вниз, пытаясь во мраке рассмотреть гостя.
– Кто такой? Въезд в город закрыт по приказу конунга Рангвальда. Езжай, откуда приехал! – недолго думая, он повернулся и стал спускаться обратно, все так же крехтя и вздыхая себе под нос. Тяжелое пузо делало его крайне неподъемным, викинг был очень большого роста с большим бочкообразным животом. Ниялль громко вызывающе засмеялся и плюнул на ворота.
– Эй, полудурок! Скажи своему вождю, что к нему пришел Ниялль! Тот, кто по слухам убил конунга Адальштейна! Ха-ха-ха! – после слов Ниялля, Викинг остановился и быстрыми шагами, задыхаясь, снова поднялся на вышку. Он схватил факел и посветил им вниз, пытаясь увидеть того, кто посмел там дерзко говорить с ним.