Паль на секунду замер. Посмотрел на Ниялля, потом на домик, на небо… пастбище и когда до него дошло, что его враг не врет, он с истошным криком бросился на Ниялля. Но тот был гораздо шустрее, за счет своего небольшого роста и веса, и мастерски ушел от атаки. Никто не может сравниться с Нияллем в мастерстве метания топоров и ножей, этим он и решил воспользоваться. Вскинув руку, топор исподтишка полетел в Паля, но к сожалению Ниялль промахнулся, впервые за свою жизнь, и его топор улетел куда-то вдаль, утонув в сугробах.
– Стареешь дружище! Неужели яростный Ниялль, страшный воин, промахнулся?
– Мне не нужен топор, чтобы убить тебя… – С еще большей злостью, Ниялль достал из своего ботинка тяжелый охотничий нож, который когда-то достался ему от отца и бросился вперед, при этом, не переставая размахивать перед собой клинком. Паль в свою очередь сделал резкий выпад и метнул топор в Ниялля. Но и он тоже промахнулся. К слову Паль никогда не отличался метким метанием топора, так в последний раз, на драккаре, когда он метнул свой личный топор в корму судна, тот просто улетел в море и отправился на дно.
– Косой ублюдок! – выкрикнул Ниялль и с ревом медведя набросился на Паля. Он свалил его с ног и, усевшись сверху, направил стальной нож к горлу врага. Паль, ухватился обеими руками за руки Ниялля и попытался отсрочить скольжение ножа по своей глотке, как вдруг по голове конунга прилетела тяжелое весло от драккара, которым Астрид заталкивала Паля в бессознательном состоянии через порог дома! Астрид, схватив его, стала, что есть силы дубасить Ниялля по лицу. На четвертый удар веслом, Ниялль уже потерял сознание, а его нос впечатался глубоко внутрь. Паль, вскочил на ноги, подобрал топор и с криком безумца пробил им грудь конунга. Тело Ниялля дернулось, послышался глухой звук сломанных ребер и кровь быстрыми ручьями побежала наружу, заливая красными потоками одежду и снег вокруг убитого. Астрид размахнулась веслом и так сильно треснула им по голове Паля, что тот практически потерял сознание и закружившись на месте, тупо сел в сугроб. Девушка без малейшего сомнения повторила удар и мужчина отключился. В его голове только пробежала странная мысль: "Какого черта эти викинги опять тычут в меня своими костлявыми пальцами и звонко смеются детскими голосами?"…
Астрид оттащила тело Ниялля до скал у залива и скинула с обрыва. Он как забитый под завязку мешок, тяжело слетел вниз, то и дело, ударяясь на лету об острые выпирающие камни. Девушке даже показалось, что голова Ниялля с треском хлопнула о серые выступы и разлетелась на куски. Но она отбросила эти страшные мысли и, повернувшись, быстро пошла в дом. Паль со связанными ногами и руками лежит на лежанке, смяв под собой все тряпки так, что сено просыпалось на пол. На голове виднеется след от весла, красный и местами синеватый. Астрид налила в чашу ледяной воды и вылила ее на лицо мужчины. Он резкого холода Паль открыл глаза и, не понимая, что происходит, вылупился на девушку.
– Что случилось, Астрид? – он попытался дернуть головой, но она болела, и ему перехотелось шевелиться. – Голова кружится. Ты меня ударила? Зачем?
– Я боюсь тебя. Почему я должна тебе доверять? И могу ли?
– Конечно, не нужно бояться. Я не враг тебе. Ты тащила меня с залива сюда, выхаживала столько времени, чтобы просто взять и прибить веслом? Если ты не веришь мне, тогда прошу, не нужно мучить… Просто скинь меня вместе с телом Ниялля со скалы и дай мне разбиться о камни; – Он посмотрел на нее ясными глазами и улыбнулся. – Я не враг тебе, Астрид. Развяжи меня.
– Я хочу знать, что ты намерен делать дальше. Вот ты сейчас здесь, здоров и полон сил. Я развяжу… И что, будет дальше? Может, ты решишь, изнасиловать меня и после убить. Для вас всех я всего лишь рабыня, вы собак цените больше, чем рабов. Дай мне хоть один повод быть уверенной, что это не так? – Астрид села на пень у стола и положила на него топор Ниялля. – Я нашла этот топор в снегу, если ты попытаешься хоть что-то сделать со мной, я без сомнения пробью твою голову этой железякой. Ты понимаешь?
– Ты спросила, что я намерен делать? Я собираюсь вернуться в Йорвик и вернуть правление городом себе, по праву и наследству от своего покойного отца, конунга Ёдура, я имею право стать вождем. И… Я хочу, чтобы ты пошла со мной.
– В качестве рабыни?
– Нет.. Я хочу, чтобы ты пошла со мной туда в качестве моей женщины. – Паль сделал идиотский вид, смесь наивности и недоразумения, и добавил. – Когда я спал, во сне, я видел женщину. Ее звали Стейнунн. Она сказала, что ты знаешь о том, что нам с тобой суждено быть вместе. Рано или поздно. Она так же сказала мне, что Вы с ней уже знакомы. Это веские доводы в мою пользу?
Астрид от неожиданности упала с пенька. Но тут же, быстро встав, схватила нож и метнулась к Палю. На секунду она остановилась и уставилась на него, заглянув в эти суровые мужские глаза, потом девушка ловко перерезала веревки на его руках и, кинув нож рядом с Палем, велела ему самостоятельно избавляться от веревок на ногах. Сама же Астрид взяла топор и встала в угол возле печи. Паль избавился от веревок и попытался подойти к ней, но девушка резко одернула его.
– Стой!
– Что случилось? – он остановился и задумчиво посмотрел на Астрид. – Я не могу подойти?
– Собирайся и уходи в свой город! Иди и верни себе власть. Если Руны лягут верно, то мы снова встретимся с тобой и возможно однажды, как ты и говоришь, мы будем вместе. До тех пор, я останусь здесь. И предупреждаю тебя…. – но Паль не дал девушке договорить, он схватил шкуру, накинул ее на свои могучие плечи и открыл дверь на улицу.
– Я вернусь за тобой, Астрид Пестрокрылая! – И мужчина, быстро вскочил на лошадь Ниялля, что все так же морозилась у дверей. Он ударил ее в бока и бело-черная лошадка, что есть сил, помчалась в сторону города.
Астрид только успела шепнуть про себя: "Пестрокрылая? Паль!!!Стой!!!". Она выбежала во двор, но здесь, кроме множества следов и алой крови на снегу, уже никого не было. Девушка быстро вошла в дом и накрепко закрыла старый ржавый засов.
Глава 11
Возвращение
Конунг Адальштейн разбудил посыльного, громко стуча топором по деревянной лавке. Мужчина из города Йорвик, суетливо вскочил на ноги и, пытаясь скорее придти в себя, уставился на вождя.
– Я уже.. все-все! Проснулся. Прости, Адальштейн, я уснул.
– И немало проспал! – ухмыльнулся конунг. – Выпей отвар, съешь чего-нибудь и собирайся! К полудню выезжаем!
– Куда? – посыльный вытаращил глаза на конунга пытаясь понять о чем тот говорит.
– Поедем в твой город, разумеется! Говорят, в Йорвике есть большая площадь? Рядом живу, а ни разу не был там… Ну давай! Кушай, а я пока соберу воинов.
– Воинов?
– Конечно! – вождь ухмыльнулся и, убрав свой топор в поясной ремень, вышел из зала. Посыльный протер глаза, зевнул и сел за стол. Тут красиво нарезанное, на деревянной доске, красуется масло с сушеной зеленью, рядом ломти горячего хлеба и жареное сало кусками в долбленке. Искусно вырезанный деревянный графин испускал горячий пар. Посыльный заглянул в него и вдохнул полной грудью ароматный запах свежезаваренного отвара! Тонкий запах разнотравия пробудил в нем аппетит и мужчина, взяв обеими руками графин, стал жадно пить напиток! Он выпил все до дна и только хотел схватить ломоть хлеба, как горло загорелось, словно в него воткнули сотни раскаленных игл, руки задрожали и посыльный, извиваясь от боли и судорог, упал на пол. Пена изо рта залила все лицо, еще две минуты мужчину трясло до того, как смерть схватила его, тело конвульсивно дернулось, испуская жизнь и, окоченев, застыло в ужасающей позе.
В Йорвике тем временем идет бурное обсуждение, куда пропал конунг Ниялль. Множество мужчин и женщин столпились возле его дома и чего-то ждут. Воины, суровые викинги, стоят чуть подальше от торговцев и земледельцев, и между собой пытаются разобраться в сложившейся ситуации. Дело в том, что конунг Ниялль должен каждое утро оповещать свое ближнее окружение о важных вопросах, выдавать планы работ на определенный день и решать разные проблемы. Конечно же, так было не всегда, но в эти морозы, когда продовольствия и дров практически нет, у конунга больше работы, чем обычно. На то он и конунг, чтобы решать важные вопросы! Еще вчера вечером все заметили пропажу Ниялля, но решили подождать, вдруг он просто умчался по собственным делам или засел в туалете. Утром люди уже с сомнением переговаривались между собой, не провалился ли он в этот самый туалет. Туда даже послали одного викинга, которому пришлось вырывать доски, чтобы тщательно обыскать выгребную яму. Конечно, это доходит до смешного, но в прошлом году, правда летом, один пьяный викинг провалился в нее, делая свои дела, была долгая гулянка, никто не слышал его криков. На следующий день оттуда достали плавающий труп. Летом в яме стоит вода, зимой упав в нее, не захлебнешься, но уж точно можно замерзнуть насмерть от этих лютых холодов. К счастью конунга там не оказалось. К несчастью его не оказалось вообще нигде. Люди обыскали весь Йорвик и, не найдя Ниялля, собрались возле его дома.
– Что тут у вас, мужики? – викинг с длинной рыжей бородой подошел к воинам. – Я только проснулся, смотрю, нет никого на улицах! Ну думаю точно я помер, наверное! Ха!
– Приветствую тебя! – крайне недокормленный в детстве мужчина вышел к нему на встречу из толпы воинов, что толпятся у дома конунга, – Да Ниялль пропал. Ищем его все!