- А зачем Долгорукому барс? - спросил Мишка. - То есть пардус?
- Да кто ж их знает, этих князьев! - раздраженно ответил "волхв". - На завтра вон обед готовят, сильный будет обед. Потом напьются, биться будут. Разворотят весь терем, повыловят всех девок в округе, дня три будут гудеть… Потом на радостях начнут клясться друг другу в верности до конца дней своих.
- Вы это откуда знаете? - спросил Мишка.
- Я ж провидец! - вздохнул волхв. - Да на этих встречах всегда так…
* * *
Грек, хоть и чужеземец, предсказал все правильно. Если раньше Мишка с Машей еще как-то преклонялись перед титулом "князь", то после разгульного веселья, устроенного Юрием Владимировичем в честь "высоких гостей", остатки трепета улетучились.
Больше всего это напоминало обычную деревенскую пьянку. Такие же объятия, "дружеские подколки", визг девок, неразборчивые песни, которые не давали никому заснуть до утра, и битвы стенка на стенку. Разница заключалась в том, что не было участкового, который пришел бы и припугнул дебоширов. Князья были тут хозяевами.
Маша, которая вроде бы устала удивляться, просто окаменела, увидев жутковатую картину. Один из гостей, Владимир Рязанский, отловил какую-то старушку и, пьяно хихикая, пытался зарубить ее мечом. Дружинники подбадривали "батюшку-князя" хмельным хохотом. Женщину спасало только то, что Владимир не мог удержать тяжелый меч даже двумя руками, все время заваливался набок. А страшнее всего было то, что старушка не пыталась ни защищаться, ни бежать. Только бормотала что-то жалобное.
Маша, когда смогла снова думать и двигаться, хотела броситься на помощь беззащитной жертве, но сдержалась. Она поняла, что дружинники просто бросят одну игрушку, чтобы развлечься с другой.
Маша в слезах прибежала в овин, где поселили их с Мишкой, и долго пыталась объяснить, что с ней, изрядно струхнувшему Мишке.
Пьяный ор на пиру у князя притих только к утру.
- Надо отсюда валить, - пробормотал Мишка, уже засыпая. - Только как?
Этому вопросу: как выбраться из такого гиблого времени, Маша и Мишка посвятили весь следующий день. Все равно их никто не замечал. Вчерашние бражники или валялись где попало, или бродили с выражением муки на бородатых физиономиях. Все прочие почитали за лучшее прятаться.
Мишка вышел из овина только утром, чтобы добыть еды и питья. К счастью, с этим проблем не было - пиршественные столы не опустели за ночь.
Ребята снова и снова прокручивали в голове два раза, когда их перенесло во времени вперед. По всему получалось, что переносы случались в те моменты, когда удавалось вспомнить что-то из истории.
- Давай сейчас попробуем, - предложил Мишка. - Ты помнишь что-нибудь про эту княжескую встречу?
Маша потерла лоб.
- Не очень… Я с историей не дружу, вот если б нужна была математика или физика, то я…
- Понятно, - хмуро сказал Мишка, - не гуманитарий.
- А сам? У тебя с историей как?
- Да не пошла бы эта… ой… - Мишка вовремя спохватился. - Да у нас училка такая, я ей натрындю всякой ерунды, она мне "пятерку" и поставит. Главное улыбаться и говорить складно.
Мишка опасливо посмотрел по сторонам. Не хватало снова провалиться назад в глубину веков из-за неуважения к учительнице истории.
- Я выучу! - торжественно пообещал Мишка, обращаясь неизвестно к кому. - Вот вернемся - весь учебник вызубрю!
Но время никак не среагировало. Видимо, обещаниям история верила мало.
Так ничего и не надумав, они решили отправиться на поиски грека-прорицателя. Как-то так выходило, что только с ним они и сошлись за эти пару дней. Они заглянули в княжий терем, но "волхва" там не оказалось. Маша предусмотрительно стянула из кадушки пару больших кочанов квашеной капусты, и они продолжили поиски.
Несколько раз приходилось прятаться, заслышав нетвердые шаги кого-нибудь из князей или дружинников, но пока никому на глаза не попались. Правда, и грека не обнаружили. Тогда Маша предложила сходить на речку умыться. А если вода не очень холодная - то и искупаться. Вода оказалась ледяной, так что ограничились коротким умыванием. Зато натолкнулись на прорицателя. Он сидел на берегу в такой тоске, что даже Мишка пожалел бедолагу.
- Доброе утро, - поздоровался он.
В ответном взгляде грека читалась лютая ненависть. Он, кажется, посчитал такое пожелание издевательством. Маша торопливо сунула ему в руки квашеные кочанчики. Прорицатель с минуту смотрел на них, явно не понимая, что это.
- Это вам, - пояснила Маша. - Легче будет, если поедите.
Грек молчал. Мишка отобрал один кочан, оторвал от него лист и с аппетитом захрумкал. Надо сказать, капуста оказалась отменной. Мишкин дедушка раньше на балконе квасил - но его продукту до этой вкуснятины было далеко.
Прорицатель осторожно последовал примеру Мишки. После первого же листа глаза приобрели осмысленность, а когда грек умял весь кочан, то уже смог говорить.
- Благодарствую, - просипел он. - Думал, помру после таких праздников…
- А что хоть праздновали-то? - поинтересовался Мишка.
- Союз, - прорицатель иронично скривился, - вечный. Поклялись наши князьки "жить в любви и единстве до конца живота, иметь одних друзей и врагов и сообща стеречься от недругов"…
Длинная цитата измотала грека, он закрыл глаза и пару минут отдыхал. Маша и Мишка терпеливо ждали, пока он скажет еще что-нибудь, - вдруг это пробудит какие-нибудь воспоминания об истории. Мишка даже сунул ему свой кочан.
Грек, не открывая глаз, дожевал подношение и произнес уже отчетливее:
- А город будут ставить… как вы сказали.
- Вы их уговорили? - почему-то обрадовалась Маша.
- Они сами себя уговорили, - ответил грек. - Тут крепость нужна. Вот и поставят. Ворота на полдень и закат…
В городке начали звонить - тревожно и обреченно. Возможно, кто-то из похмельных гостей решил что-нибудь поджечь, и теперь горожане били в набат. На прорицателя этот звук произвел странное действие. Неожиданно он побледнел, подхватился и скрылся в буреломе.
Маша и Мишка вздохнули. Пока информация "волхва" им мало помогла.
- На полдень и закат, - сказал Миша, просто чтобы что-то сказать. - В смысле - на юг и запад?
Машка кивнула.
- Интересно, - задумалась Маша. - А на восток и север почему не делают?
Мишка пожал плечами.
- Давай рассуждать, - встрепенулась Маша. - Они договорились жить в любви и дружбе. Они договорились ставить тут город. Вспомни, пожалуйста, может что-нибудь такое в учебнике было?
- Слушай… - тихо сказал Мишка, - так это ж и есть первое упоминание Москвы в летописи!
- Так вот этот разгром мы как праздник отмечаем?! - возмутилась Маша.
На сей раз их забросило в лето. Даже не поинтересовавшись, какой век на дворе, Маша и Мишка полезли купаться.
Глава 3. Добрый князь
- Как же хочется нормальные брюки надеть! - сетовал Мишка, ежась в широкой льняной рубахе.
- И нормальные босоножки, - поддакнула Маша. - И мыла б хоть кусочек… Про шампунь и не мечтаю. Ладно, хоть пыль с себя смыли.
Маша распустила мокрые после купания волосы.
- Ну что, в город пойдем? - спросил Миша. - Или сначала к Фекле?
Но Маша была не в настроении куда-то идти, Маша была в философском настроении.
- Слушай, вот лежим мы в траве, никого не видим, - начала рассуждать она, - и мы вне времени. Сейчас может быть десятый век или двадцатый. Трава совсем не изменилась.
- Это ты к чему? - подозрительно спросил Мишка.
- А к тому, что дома мы никогда не обращали внимания, как хорошо, когда вот так лежишь, почти чистый, и тебя никто не пытается спьяну мечом зарубить.
- Ну, дома мы и штанам редко радовались. Я уж молчу про носки. И зубные щетки.
- Ладно, пойдем, - вздохнула Маша.
Она с трудом заплела косу и спрятала ее под платок.
- Выгляжу, как чучело, - констатировала она, глядя в воду, - а все вокруг говорят, что красавица. В принципе, и в этом времени можно найти что-то хорошее.
Мишка только глаза закатил.
- Мясо у них вкусное, - причмокнул он. - Пойдем. Кстати, тебе не кажется, что дымом пахнет?
Чем ближе ребята подходили к городу, тем сильнее становился запах. Нехороший он был, тревожный. И непрерывное карканье воронья, раздающееся с неба, не добавляло оптимизма.
Миша с Машей, не сговариваясь, свернули с протоптанной дороги в лес, чтобы подойти к городским воротам под прикрытием деревьев. Но это прикрытие ничуть не смягчило удара от увиденного. Выжженное пепелище. Огрызки домов, торчавшие кривыми зубьями дымящиеся остатки городской стены.
- Хорошо князья погуляли, - пробормотал Мишка.
- Наверное, это все-таки не князья, - неуверенно сказала Маша. - Смотри, город стал гораздо больше. Вот того куска стены вообще не было.
- Его и сейчас нет, - мрачно заметил Мишка. - И как мы узнаем, где мы? Спросить, похоже, не у кого.
- Помнишь, Фекла говорила, что ее избушка будет ждать нас. Пойдем туда, - предложила Маша и с облегчением отвернулась от жуткой картины уничтоженного города.
По дороге к Фекле ребята подавленно молчали.
- Знаешь, что самое страшное, - сказала Маша. - Москву сожгли. Вряд ли она быстро возродится после такого. А значит - ход истории нарушился.
- Если б он нарушился, сюда бы уже примчался Городовой и все исправил бы.
- А вдруг он про нас забыл? - в ужасе спросила Маша. - А вдруг он нас потерял? А вдруг с ним что-то случилось?
- Не ной, а? - рявкнул Миша. - Без тебя тошно!