Полуостров Гаргано сохранился благодаря своему географическому положению. А чего еще можно ждать от места, где происходят сверхъестественные события? Здесь имеется два святилища: одно очень старое, а другое - современное. Первое - святилище Архангела Михаила на горе Святого Ангела. С него в западном мире начинаются все его святилища. Второе находится в монастыре капуцинов, где долгие годы проживал падре Пио, коего почитают за святого и чудотворца.
Сначала я направился к горе Святого Ангела. Она связана с норманнским завоеванием Южной Италии. Некогда здесь была главная дорога, по которой шагали средневековые паломники. Корабли из Венеции и других портов Адриатического моря часто заходили в исчезнувший ныне Сипонт, потому что восхождение на гору Святого Ангела составляло не более часа. Рассказ о святилище напомнил мне легенду, которую я слышал с испанской стороны Пиренеев. В ней рассказывается, что в 490 году человек, потерявший хорошего быка, неожиданно нашел его у входа в грот на вершине горы. Не в силах отогнать животное, человек потерял терпение и метнул в быка дротик, а может, стрелу, но оружие, вместо того чтобы попасть в цель, развернулось и поразило самого стрелка. Изумившись такой сверхъестественной враждебности, человек обратился за советом к святому Лауренцию, епископу Сипонта.
Произошел акт замещения, часто поощряемый старой Церковью. Политика замещения старого бога новым святым редко давала осечку, особенно если достоинства старого божества можно было увидеть в новом святом, и с помощью ладана, свечей и святой воды вновь обращенный думал, что церковь не слишком отличается от языческого храма. Исследователь таких вопросов не слишком удивится, когда узнает, что древний оракул славился умением излечивать спящего человека. Больной приходил в обиталище оракула, захватив с собой шкуру черного барана. Завернувшись в нее, укладывался спать, надеясь, что за это время оракул его излечит. Вот такие типичные языческие обиталища и освящал архангел Михаил.
Его культ начался на Босфоре и в Малой Азии. Говорят, что император Константин Великий посетил обиталище оракула, где известны были случаи излечения во время сна. Там стояла статуя крылатого божества. Во сне императору явился крылатый человек и объявил, что он - архангел Михаил. Проснувшись, император повелел построить храм святого и убрал языческое божество. Это была первая из четырех церквей, посвященных святому Михаилу, которые были построены в Константинополе и его окрестностях. Святилища святого Михаила обычно имеют дело с исцелением, а потому связаны с водой - колодцем либо святым источником. Когда епископ Сипонта поспешил в грот, чтобы прояснить дело с пропавшим быком, история повторилась. Во время молитвы ему явился крылатый человек в алом плаще. Он назвался святым Михаилом. Этот святой - первый из семи архангелов, архистратиг небесного воинства и борец с дьяволом и беззакониями среди людей. Архангел объявил, что спустился с вершины, чтобы забрать у оракула священный грот и установить на этом месте христианский алтарь. Архангел распорядился, чтобы епископ посвятил этот грот ему и всем ангелам. Епископ, трясясь, вошел в мрачную пещеру и обнаружил, что вся она залита светом, а в углу стоит алтарь, только что освященный самим архангелом. Алтарь по византийским обычаям был накрыт пурпурной тканью. Вот так культ святого Михаила из Византии шагнул в византийскую Апулию, а святилище на горе Святого Ангела сделалось одним из главных мест паломничества христианского мира.
С горы Гарганус архангел совершил несколько важных полетов. В 590 году, во время чумы в Риме, его видел папа Григорий Великий. Архангел опустился на гробницу Адриана и вложил свой меч в ножны. По словам папы, этим жестом архангел Михаил дал понять, что эпидемии пришел конец. Следующий полет, на вершину горы в Нормандии, произошел в 708 году. Там был обнаружен колодец с исцеляющей водой. Основанное там святилище получило название Мон-Сен-Мишель. По распоряжению английского короля Эдуарда Исповедника гору Святого Михаила в Корнуэлле передали под юрисдикцию бенедиктинцев Нормандии.
Больше всех святого Михаила почитали норманны. Они видели в нем святого воителя, борющегося со злом. Его меч, как и у них, редко был зачехлен. Отдавая ему почести и испрашивая благословения на ратные подвиги, какими бы кровопролитными те ни были, они чувствовали, что обращаются к сверхъестественному существу, считающему себя в душе норманном. Неудивительно, что эти воины - в поклонении которых присутствовали воспоминания о богах, сражающихся с драконами, - посещали святилище, в которое архангел явился в первый раз.
С этими мыслями я поднялся по горной дороге к городу пилигримов - Сант-Анджело. Местность по-прежнему выглядела мрачной и безрадостной. На участках, где сохранилась хорошая земля, росли оливы и миндаль. Дорога совершила поворот, и на гребне горы Святого Ангела я увидел город. В наши дни почти не надеешься, что тебя очарует окраина обычного итальянского города, поскольку повсюду понастроили ужасные цементные дома, балконы которых увешаны сохнущим бельем. В тени домов, на разбитых улицах, играют дети. Таким было мое первое впечатление от Сант-Анджело. Затем я вышел на узкую главную улицу, в центре которой находится пещерный храм.
К нему ведут восемьдесят шесть ступеней (пуристы скажут - восемьдесят семь). Это - любопытный старый город. Несколько столетий назад здесь, должно быть, ютились пещерные жители. Даже на главной улице город сохраняет черты троглодита: такое впечатление производят размещенные в гротах таверны и магазины.
Благородный внутренний готический двор церкви обступили сувенирные лотки. Думаю, это одно из немногих мест, где можно купить настоящий посох пилигрима - странный предмет с сосновой шишкой на конце, доказывающей, что эта вещь из Сант-Анджело, хотя, насколько я мог увидеть, здесь теперь не растет ни единой сосны. Я оглядел собрание bondieuserie среди которых больше всего было статуэток архангела, стоящего в воинственной позе - то ли с поднятым копьем, то ли с вынутым из ножен мечом. Часть фигурок была из гипса, другие, менее симпатичные, - из пластмассы, а некоторые из жести. Были и картинки с изображением святого - монохромные и цветные. Ларьки также торговали четками, шарфами, корзинами, чашечками для святой воды и прочими разнообразными дешевыми предметами, которые могли удовлетворить понятное желание людей унести домой частицу святости. Я слышал, что святилище специализируется на изготовлении съедобных лошадок - медовых и сырных. Этим бы и я соблазнился, однако в свой приход я их не увидел.
Двойной арочный вход готического стиля вел к длинному лестничному маршу. Над одной из арок были начертаны изречения на латыни: "Страшно это место. Здесь дом Бога и дверь в небо". Место и в самом деле страшное: более мрачных небесных врат и представить невозможно, когда начинаешь спускаться в темницу по сводчатой готической лестнице. Лестница привела в маленький атриум с обхватившей его галереей. На галерее стояли несколько старых крестьян. Они шептали молитвы и, перекрестившись, дотрагивались до перил.
В нескольких шагах отсюда был вход в церковь. Я увидел двери, которые смело можно назвать одними из самых прекрасных дверей античности. В то время, когда Вильгельм Завоеватель завершал завоевание Англии, глава амальфийской общины в Константинополе, богатый купец по имени Панталоне, решил подарить святилищу Архангела Михаила серебряные двери работы дамасских мастеров. И эти двери по сию пору встречают всех, входящих в священный грот. Две створки разделены на двадцать четыре панели - чудо византийской ковки. Каждая панель изображает библейскую сцену, заканчивающуюся явлением святого Михаила епископу Сипонта. Фигуры, лица и складки одежды по большей части остались в неприкосновенности, а ведь византийские купцы ковали это серебро почти четырнадцать веков назад. На дверях проставлена дата - 1076 год, и обращение к посетителям - молиться за душу спонсора, Панталоне. В самом низу добавлено интересное обращение изготовителей дверей к священникам. Их просили по меньшей мере раз в год чистить двери, чтобы они ярко сияли. Увы, они давно уже не блестят, но зато, словно старая монета, покрылись красивой патиной.
На входе в церковь сразу можешь отличить постороннего от местных жителей, крестьянина Южной Италии от посетителей из более цивилизованных регионов. Посторонний человек сразу проходит в церковь, крестьяне же берутся за бронзовые кольца на дверях, свисающие из львиных пастей, и громко стучат ими. Затем целуют собственные руки, касавшиеся бронзы, и лишь после этого входят в церковь. Войдя внутрь, я увидел теплое сияние свечей, зажженных перед высоким алтарем под покатым потолком пещеры. Сама пещера огромных размеров. За прошедшие столетия она не слишком изменилась: это по-прежнему грубый и холодный грот, в котором те, кто приходил посоветоваться с духом прорицателя Калхаса, спали, завернувшись в шкуры черного барана. Обращение в христианство не изменило суровую крышу и стены из грубого камня: по ним по-прежнему стекает вода, так что на полу собирается липкая грязь. Набожные пилигримы не обращают на нее внимания и встают в это месиво на колени.