Содержание:
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 1
ЧАСТЬ ВТОРАЯ 6
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ 15
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ 17
Примечания 33
Уилки Коллинз
Таинственное происшествие в современной Венеции
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Глава I
В 1860 году репутация лондонского врача Уайброу поднялась до высшего уровня. Люди сведущие поговаривали, что он выжимает из практики все, что она может дать, и даже больше.
Однажды после утомительного утреннего приема доктор, плотно позавтракав, отдыхал в своем кабинете, лениво просматривая список дневных визитов к больным. Вошедший внезапно слуга прервал его приятное времяпрепровождение, доложив, что с ним желает переговорить какая-то дама.
- Что? - удивился доктор. - Без рекомендации?
Слуга молча поклонился.
- Посторонних посетителей я принимаю только в отведенные для этого часы. Растолкуйте ей это, Томас, и проводите.
- Я говорил.
- Ну?
- Она не уходит.
- Не уходит?
Доктор усмехнулся. Он обладал достаточным чувством юмора. Обстоятельство его позабавило.
- Дама сказала свою фамилию? - спросил он.
- Нет, сэр. Дама не захотела назвать себя, но просила передать, что не задержит вас и пяти минут. Дело слишком важное и не может ждать до завтра. Дама в приемной, я не знаю, как ее выпроводить.
Доктор Уайброу с минуту подумал. Его мнение о женщинах основывалось на зрелом тридцатилетием опыте врачебной практики. Ему приходилось сталкиваться с самыми разнообразными особами, но чаще всего с такими, которые не знают цены чужому времени и при случае, не колеблясь, прячутся за преимущества своего пола. Близилось время визитов к больным. Поэтому доктор решился на единственно благоразумный шаг, который оставался ему в настоящих обстоятельствах. Другими словами, он решился бежать.
- Карета подана?
- Подана, сэр.
- Хорошо. Отворите мне потихоньку дверь, пусть дама ожидает. Когда ей это надоест, вы найдете, что сказать. Спросит, когда вернусь, отвечайте - доктор обедает в клубе, вечер проведет в театре… Тише, Томас! Если ваши сапоги заскрипят, я погиб!
Врач осторожно выбрался в переднюю, слуга на цыпочках следовал за ним.
Была ли дама ясновидящей? Или сапоги Томаса скрипнули и легкий звук достиг ее слуха? Как бы там ни было, случилось то, что случилось. Только доктор Уайброу оказался против приемной, дверь распахнулась, дама явилась на пороге, схватила беглеца за руку.
- Умоляю вас, сэр, прежде чем вы уйдете, позвольте поговорить с вами!
Иностранное произношение, тихий, но твердый голос; пальцы дамы кротко, но решительно сжали локоть врача.
Но не тон и не жест дамы заставили доктора повиноваться. Его поразило выражение лица посетительницы. Вернее, контраст между смертельной бледностью щек и жгучим светом больших черных глаз, сверкавших металлическим блеском. Дама была в темном платье, одета со вкусом, среднего роста и, судя по всему, средних лет - так что-то около тридцати двух. Нежные черты лица ее - нос, рот, подбородок - обладали тонкостью и деликатностью линий, которые редко встретишь у англичанок. Она была неоспоримо хороша собой, ее можно было бы счесть красавицей если бы не смертельная бледность и полное отсутствие тепла во взоре. После первых мгновений удивления чувство, возбужденное в докторе посетительницей, следовало бы назвать чувством острого профессионального любопытства. Ее недуг мог оказаться совершенной новостью в его медицинской практике.
"Пожалуй, стоит задержаться", - подумал Уайброу.
Дама, удовлетворенная произведенным впечатлением, выпустила его руку.
- Вы успокаивали много страдающих женщин в вашей жизни, - произнесла она. - Успокойте сегодня еще одну.
И, не ожидая ответа, вошла в приемную.
Доктор проследовал за нею и запер дверь. Он усадил посетительницу в кресло для пациентов напротив окон. Солнце даже и в Лондоне в этот летний день сияло особенно ярко. Ослепительный свет залил женщину. Она встретила его неколебимым взглядом немигающих глаз. Матовая белизна ее гладкой кожи показалась еще безжизненней, чем прежде. Доктор с изумлением почувствовал, что пульс его впервые за много лет участился в присутствии пациентки.
Но овладевшая его вниманием дама, казалось, не собиралась ничего сказать. Необыкновенная апатия вдруг повергла ее в оцепенение. После продолжительной паузы доктор был вынужден заговорить первым.
- Чем я могу помочь вам?
Звук его голоса пробудил женщину. Все так же не мигая, не отворачивая глаз от солнечных лучей, она резко сказала:
- Я хочу задать вам щекотливый вопрос!
- Какой?
Дама медленно перевела взгляд на лицо доктора. Без малейшего наружного признака волнения она выразила "щекотливый вопрос" такими словами:
- Мне надо знать, не нахожусь ли я на грани сумасшествия?
Некоторые врачи сочли бы ситуацию смешной, возможно, кого-нибудь она бы и напугала. Доктор же Уайброу испытал чувство неприятного разочарования. Так вот в чем заключаются симптомы "редкой болезни", которую он ожидал найти исходя из наружности посетительницы? Неужто его новая пациентка страдает лишь ипохондрией на почве расстройства желудка и слабоумия?
- Зачем вы обратились ко мне? - спросил он почти грубо. - Для чего не пошли к специалисту, к психиатру?
Ответ последовал сразу:
- Специалисты - только специалисты. Они судят обо всем на свете по заранее затверженным канонам. Моя болезнь - вне канонов, вне правил. Я обращаюсь к вам как к нестандартно мыслящему человеку, о котором идет слава целителя тайных недугов, неведомых большинству ваших коллег. Удовлетворены ли вы?
Доктор Уайброу был более чем удовлетворен. Он был польщен и растроган. Непрошеная гостья имела верные сведения о его квалификации. Действительно, разве способности, обеспечившие доктору славу и богатство, не состояли в профессиональном, граничащем почти с волшебством умении обнаруживать и лечить скрытые людские заболевания, диагностика которых - увы! - все еще недоступна многим светилам нынешней медицины.
- Я к вашим услугам! - произнес он.
Доктор подверг даму внимательному профессиональному опросу. Женщина отвечала быстро и ясно. Ответы позволяли прийти к выводу, что пациентка находится в прекрасном умственном и физическом состоянии. Всесторонний медицинский осмотр не обнаружил в организме посетительницы никаких отклонений. Врач с удивительным прилежанием и педантизмом, отличавшим его еще в годы студенчества, продолжал поиск, используя самые различные известные ему методы и способы выявления недугов, - напрасно! У странной пациентки не было не только наклонности к мозговой болезни, но и не обнаруживалось даже малейшего расстройства нервной системы.
- Ничего не могу найти! - сказал наконец доктор сконфуженно. - Я не могу объяснить даже необыкновенную бледность вашего лица. Вы поставили меня в тупик.
- Бледность ничего не значит, - сказала дама несколько нетерпеливо. - В молодости я чуть не умерла от отравления. С тех пор у меня никогда не было румянца, а кожа такая нежная, что от румян делается отвратительная сыпь. Впрочем, это неважно. Я ждала помощи. Я вам верила. Вы разочаровали меня.
Женщина опустила голову.
- Так все и кончится! - сказала она сама себе с горечью.
Доктор почувствовал в груди нечто, похожее на угрызения совести. Точнее сказать, его профессиональная гордость была несколько уязвлена.
- Возможно, мы с вами добьемся результатов, - произнес он, - но вы должны пойти навстречу.
Женщина сверкнула глазами.
- В чем же? - воскликнула она. - Говорите начистоту.
- Скажу прямо, сударыня! Вы поставили передо мной загадку и предоставляете разрешить ее моей проницательности. Я могу многое, но не все. Однако предполагаю, что случилось нечто, впрямую не угрожающее вашему физическому здоровью. И все же происшествие вас так взволновало или напугало, что вам пришлось обратиться ко мне. Так ли?
Женщина обхватила руками колени.
- Так! - воскликнула она с жаром. - Я вновь начинаю вам верить.
- Очень хорошо. Но, сударыня, не можете же вы ожидать, что я назову причину вашего смятения. Я лишь заключаю, что прямой угрозы для вашей жизни нет. И не смогу сказать ничего более, если вы не почтите меня своим доверием.
Женщина встала и прошлась по комнате.
- Вы предлагаете мне открыться? - отрывисто проговорила она. - Но я не хочу называть имен!
- Имен и не требуется. Мне нужны факты.
- Факты ничего не значат, - возразила дама. - Я хотела бы сообщить вам о своих собственных переживаниях, но, боюсь, они сделают меня в ваших глазах полной идиоткой… Впрочем, что за чушь! Будь по-вашему! Факты так факты… Поверьте, доктор, они вам не много помогут.
Странная посетительница вновь опустилась в кресло и самым будничным тоном начала излагать одну из самых необычных историй, какие когда-либо приходилось слышать доктору Уайброу.