Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
Незримый мост в часы разлук,
Она – прыжок в огонь и воду
И медных труб единый звук.
Любовь – божественное третье
Для крепко любящих двоих,
И эликсир для долголетья,
И чувств негаснущих диптих.
Любовь, любовь… 3
Любовь, любовь – пожар и наводненье,
Амура шаловливого стрела,
В тиши ночной вдвоём уединенье,
Осколки разноцветного стекла…
Она – к привычкам долгая притирка,
Умение владеть самим собой,
Не только на ребёнке общем бирка,
Но дружный против обстоятельств бой.
Осень, осень…
Осень, осень, дивный мир:
Половодье рек болотных,
Лес янтарный, свод – сапфир,
Редкость туч свинцово-плотных!
Желтизна пожухлых трав,
Солнца луч в росе горящий,
Виден ветра вольный нрав -
Шаловлив, как муж гулящий.
Флегматичная луна -
Бледноликий клон Светила,
Ночь, прекрасная для сна,
В тишине – поэта сила…
Стихи, стихи…
Стихи, стихи – души отрада,
Замена скуке и тоске,
В них гордость, радость и бравада,
Они – полёт, "петля", пике!
Стихи – без узелков плетенье
Из ярких строчек полотна,
Души возвышенной цветенье
И бесконечная весна.
Тоска, тоска…
Тоска, тоска – исчадие бессилья,
Царица злая утомлённых душ!
И зелена, как кожа крокодилья,
И напрягает, как оглоблю гуж.
Туман, туман…
Туман, туман! Ты – грусть поэта,
Для дум глубоких целина,
Ты скрыл от солнечного света
Всех тех, кому краса дана!
Туманы, туманы…
Туманы, туманы, загадка природы -
Вас часто встречал на дорогах страны!
На стопы наматывал месяцы-годы,
И только мозоли в тумане видны!
Туманы, туманы – защитники света,
Родители чистой хрустальной росы!
Вы частая тема любого поэта,
Пейзаж невозможен без вашей красы!
Шуточное отделение № 1. Ах, эти музы…
А старушка молода!
Ужель пришёл тот страшный миг,
Когда старушкою заброшен?
Пал духом сгорбленный старик,
Забытый всеми, неухожен.
А "половина", как змея,
На молодых ведёт охоту,
Поёт прекрасней соловья,
Свела с ума красавцев роту!
Ах, эти музы…
В блузке белой, юбке узкой,
На высоких каблуках,
С пудрой бледною французской
На пылающих щеках.
Грива, собранная в кичку,
Очи – чистый хризолит,
Держит нежно косметичку
И с кокетством говорит:
"Ты – прекрасное мгновенье
На десятки долгих лет!
Я – любовь и вдохновенье!
Для меня живи, поэт!
Я – "Онегин…" твой и "Белкин",
"Медный всадник" и "Анчар"!
Ты – китайские тарелки,
Кошелёк и кулинар!
Встречи частые, фуршеты
На меня оставь, Катулл!
Сам пиши стихи, памфлеты,
А Пегасом будет стул.
Не теряй минуты даром,
Феб безделья не простит,
Не гонись за гонораром -
Бедным должен быть пиит!.."
Громко звякнули тимпаны -
Был будильник, как кимвал.
"Где любимые тюльпаны?
Всё на свете ты проспал!
Ты свихнулся с Интернетом,
Третий год живёшь без сна!
Так не стать тебе поэтом!" -
Молвит строгая жена.
Бег по кругу
Белка бегала быстро по кругу,
Оставляя весь мир позади:
И сестру, и бельчат, и подругу…
Видит спины теперь впереди!
Обогнали легко, обогнали,
Убежали все снова вперёд!
Как легко нам жилось, если б знали
Что дорога по кругу идёт!
Беседы с богами. Недоумение Геракла
Ты помнишь, братец Аполлон,
За что я сослан в Киферон?
Кому нужна теперь кифара
Без поэтического дара?
Кто помнит кифареда Лина,
Что вызвал взрыв адреналина?
Но помнит мир меня, бойца,
А музам предпочтёт Тельца!
Бутерброды из хорея
Гордостью своей намазал шею,
Горло благородством промочил,
Принял бег трусцой за панацею
И стихов корзину настрочил.
Пользу нахожу в макулатуре,
Мысли вырубая из "руды",
И стихи плету при терренкуре,
Посещая парки и сады.
Режу я потом на бутерброды
Амфибрахий сложный и хорей -
Что не сотворишь во дни свободы
По рецептам древних дикарей?
Отбелю полотна строчек в "Лоске",
Высушу потом, как сухари,
Пусть Читателю выносят мозги
Лучшие "товары" дьюти-фри!
Великому сатирику
Когда б не Пушкин с яркими трудами
И гениальный Боря Пастернак,
Читатели стояли б к Вам рядами,
Блистал бы Вашим профилем дензнак!
Не знала прежде русская сатира
Таких талантов благостных, как Вы!
И только многолюдная Стихира
Не видит Вашей светлой головы.
Никто из пародистов не сравнится
Остротами и ядом эпиграмм,
Вы, превзойдя умом Клаузевица,
Готовы избивать прекрасных дам!
Талантом Вы затмили Иванова,
В тени у Вас теперь Козьма Прутков,
Не ожидал крещёный мир иного,
Юпитер Вы средь пишущих "быков"!
Где вы?
Где зима с победным флагом,
Где морозы и метель?
Знать, идут неспешным шагом,
Чтобы выветрился хмель?
Нагулялись в дни веселья,
Отмечая Рождество,
И забыли нас с похмелья -
Пьёт безбожно естество!
Жечь тёщу без глагола!
Грусть в душе, в глазах усталость,
След мозолей на руках,
На груди от жизни впалость,
Рябь страданий на щеках.
На спине отрог хибинский,
Ниже – признак доходяг,
Ноги, как тростник кубинский,
И лохматый словно як.
Жертва, мученик стихии,
Почему ещё жива?
Ты – носитель дистрофии,
Гнёшься в поле, как трава!
От тебя в испуге черти,
В сильном страхе главный бес,
Ты – гроза для чёрной смерти
И страшило для небес.
Загулял наш Дед Мороз
Загулял наш Дед Мороз,
Видно, не на шутку,
Или к вдовушке прирос -
Дождь вторые сутки!
Подалась метель в бега,
Белизна насмарку,
Тают пышные снега -
Дёготь дан к подарку!
Льдом становится тропа,
Озером – газоны,
Эта зимушка глупа -
Спутала сезоны.
Зацветёт вот-вот сирень,
Пустит в рост побеги.
Треснул на реке "кремень"
И повис на бреге.
Наслаждается вдова -
Дед Мороз – мужчина!
Вместо секса лишь слова,
Старый дурачина!
Поспеши, дедок, во двор,
Поморозь природу,
И не слушай бабий вздор,
Выходи к народу!
Идея прелюбодея
Пыльный май. Знамёна. Солнце.
Зелень юного "ковра".
В сердце пламень каталонца.
Кровь – безумная Кура.
Взгляд на юных – соколиный,
В грёзах – страсть молодняка,
Речь для них – рассказ былинный,
А напор, как с гор река.
Шведский стол для нас. Восторги.
Винный бар, коньяк "Мартель",
Десять суток в Гётеборге,
Шопинг, яхта и отель…
Поцелуи, сантименты,
Возвращение домой,
Там – дитя и алименты,
На суде: "Сынок не мой!"
Жизнь весёлая под горку,
Труд на благо всех людей,
Мысли чёрные под "корку" -
Вот такой прелюбодей!
Как эмаль от зубов…
Отскочила любовь, как эмаль от зубов,
Не сверкаю отныне клыками,
Аромат улетел позолотой дубов,
Как "Славянку" отбив каблуками.
Словно бритвою сбрил я всю память о ней -
Отрастут чувства вновь несомненно,
Подожду терпеливо один сорок дней
И влюблюсь я в красотку мгновенно!
Кто царит?
Мужчина – царь под каблуком,
Она – Верховная царица!
Боится льва зверьё кругом,
Но только не простая львица.
Кухонная поэтесса
Кухня пылала картофельным паром,
Стеклокерамике скоро хана -
Оду читала с восторженным жаром
Мне поэтесса, любовь и жена.
Был я голодным, как пёс на охоте,
Рифмой зато неоправданно сыт,
Отдан женою подруги заботе -
Там и любовь с вдохновеньем, и быт!
Криминальный апрель
Язвами вскрылись поля и газоны,
Мутная плазма течёт по "щекам",
В стаи сбиваются громко вороны,
Предпочитая погост гнойникам.