- Винтовка, - мрачно заметил Деклан Брокхарт; будучи капитаном снайперов Соленых островов, он сразу же узнал звук. - С дальнего расстояния. Может, винтовка Шарпса. Смотрите, вон там.
На западной границе садов поднимался в небо столб серо-голубого дыма.
- Ружейный дым, - согласился Вигни. - Хотелось бы знать, в кого целились.
- Тут нет вопроса, monsieur, - дрожащим голосом сказала Кэтрин. - Посмотрите наверх. Аэростат.
Мужчины окинули взглядами золотистую оболочку в поисках прокола. И нашли его. Пуля вошла через нижний правый квадрант и вышла через верхнюю левую секцию.
- Почему мы еще живы? - удивился Деклан.
- Пули недостаточно, чтобы воспламенить водород, - объяснил Вигни. - Это может сделать только зажигательный снаряд.
Кэтрин была в шоке. Впервые за всю ее короткую жизнь смерть оказалась совсем рядом - и не только ее собственная. Она подвергла риску жизнь будущего ребенка!
- Нужно быстро спускаться! - воскликнула Кэтрин, обхватив руками живот. - Прежде чем порвется оболочка.
На протяжении нескольких последующих минут Вигни демонстрировал свое мастерство воздухоплавателя. Взгромоздившись на край корзины, одной рукой он держался за стойку, другой выпускал из шара газ, а ногой толкал румпель."Солнце" по плавной дуге пошло вниз. Вигни планировал посадить его внутри очерченной бархатным шнуром зоны.
Деклан Брокхарт не отходил от жены. Силь ная и упрямая от природы, Кэтрин была все же потрясена выстрелом. И это способствовало тому, что роды начались прежде времени. Тело осознало, что оказалось в смертельной опасно сти, и, следовательно, для ребенка лучше поско рее выйти на свет. Приступ боли был настоль ко силен, что у Кэтрин подогнулись колени. Она упала на спину, по-прежнему обхватывая руками живот.
- Наш сын рвется наружу, - тяжело дыша, сказала она. - Не хочет больше ждать.
Вигни чуть не свалился с края корзины.
- Mon Dieu! Но, madame, это совершенно невозможно. Я не могу позволить чему-либо подобному произойти на своем корабле. Я даже не знаю, можно ли считать это счастливой приметой или нет. Что ж, придется перейти на ручное управление, хотя может пострадать какой-нибудь альбатрос.
У Вигни была такая черта: в тревожные ми нуты он начинал неудержимо болтать и даже становился развязен. Что не мешало ему ис правно делать свое дело. Он умело направлял дирижабль к месту посадки, то выпуская газ, то перекрывая его.
На полу тесной корзины Кэтрин тужилась, выталкивая дитя. При одной особо сильной схватке она непроизвольно раскинула ноги в стороны. Удар, пришедшийся мужу в голень, оказался очень кстати, выведя его из состояния, близкого к панике.
- Что я могу сделать, Кэтрин? - спросил он, стараясь говорить как можно спокойнее, словно рождение ребенка в падающем аэростате было вполне обыденным событием.
- Держи меня крепче, чтобы меня не болтало, - сквозь стиснутые зубы попросила Кэтрин. - И помоги мне, зафиксируй себя, мне надо отталкиваться от чего-либо тяжелого.
Деклан сделал, как ему было сказано, через плечо крикнув Вигни:
- Не дергай! Постарайся не дергать, друг!
- Обращайся к Господу Богу! - ответил Вигни. - Он посылает порывы ветра, не я.
Вообще-то все обстояло не так уж и плохо. Оболочка была повреждена, но лишь частично. Брокхарты возились на полу, поглощенные произведением на свет новой жизни.
И они, без сомнения, справились бы. Вигни уже предвкушал первый глоток шампанского, которое он потребует подать в тот момент, как только его ноги коснутся земли. Но тут воздух разорвали новые ружейные выстрелы. Обе пули попали в аэростат, на этот раз результат оказался куда более плачевным. Одна пуля прошла примерно там же, где ее предшественница; зато вторая пробила шов, и по поверхности аэростата снизу вверх побежала волна. Воздух и газ вырывались наружу, пронзительно вопя, словно стая баньши.
Вигни упал в корзину на широкую спину Деклана Брокхарта и отлетел в угол. Теперь все они были в руках Божьих. При таком серьезном повреждении оболочки ни о каком управлении аэростатом не могло быть и речи. Они быстро падали; съеживающийся аэростат хлопал над ними. Забыв о собственной судьбе, Кэтрин и Деклан сосредоточились на ребенке.
- Уже почти все, моя дорогая! - прокричал Деклан.
Разум Кэтрин отчаянно протестовал, и все же она взяла себя в руки и последним усилием вытолкнула младенца в солнечный мир. Ребенок не заплакал, а сразу же вцепился в палец отца.
- Мальчик! - восторженно произнес Деклан. - Мой храбрый сын.
Кэтрин не позволила себе и минутной передышки. Наклонившись вперед, она схватила мужа за лацкан.
- Не дай ему умереть.
Слова ее прозвучали как простой и ясный приказ.
Вигни завернул новорожденного в голубой мундир воздухоплавательной эскадрильи.
- Нам остается только молиться, - сказал он.
Деклан Брокхарт встал. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить серьезность ситуации. Корзина находилась в свободном падении, летя прямо в направлении головы Леди Либерти. Любой сильный удар приведет к гибели младенца, а Деклану было приказано не допустить этого.
Но как избежать неизбежного?
Их спасла судьба; по крайней мере, заступилась за них на некоторое время. Оболочка аэростата, испустив последний вздох, зацепилась за третий и четвертый лучи короны статуи Свободы. Материя рвалась и собиралась складками, набиваясь между лучами и тормозя тем самым снижение корзины.
- Провидение, - одними губами прошептал капитан Брокхарт. - Мы спасены.
Корзина раскачивалась, как маятник, всякий раз задевая округлость щеки Леди Либерти. Медная поясная скульптура звенела, словно церковный колокол, привлекая внимание зевак. Кэтрин обнимала малютку-сына, надеясь по возможности смягчить удар. Куски оболочки аэростата рвались с треском, напоминающим артобстрел.
- Аэростат не выдержит, - сообщил Вигни. - А до земли нам еще метров шесть.
Деклан кивнул.
- Нужно привязать его к статуе. - Он схватил якоря "Солнца" и бросил один из них Вигни. - Ящик лучшего красного вина, если не промахнетесь.
Вигни прикинул якорь на вес.
- Шампанского, если не возражаете.
Мужчины зашвырнули якоря между двумя последними лучами короны Леди Либерти. Те дружно ударились о локоны статуи и заскользили вниз; от соприкосновения металлических поверхностей в воздух полетели искры. Прочно зацепившись по обеим сторонам короны, якоря остановились. Деклан и Вигни быстро протянули веревки через оба кольца корзины и крепко их связали.
Но момент счастья длился недолго. С визгом морской птицы материал аэростата сорвался с короны статуи, корзина, головокружительно кренясь, полетела вниз и остановилась, только когда натянулись якорные веревки. Они застонали, но выдержали.
- Теперь моя корзина - колыбель для вашего малыша, - заявил Вигни. - Шампанского. Ящик. Чем скорее, тем лучше.
Деклан присел, скрывшись за краем корзины, и потянул француза за манжету, пока тот не наклонился до его уровня.
- Ваш охотник, возможно, истратил еще не все пули, - сказал он.
- И то правда, - согласился с ним Виктор Вигни. - Но я думаю, что он сбежал. Теперь мы не представляем такой значительной цели, как прежде, и gendarmes уже наверняка сели ему на хвост. Думаю, это был анархист. Они угрожали нам.
В садах Трокадеро вся толпа стекалась к корзине. Люди пришли на Всемирную выставку, ожидая яркого зрелища, и оказались свидетелями небывалого, захватывающего приключения. Военные из воздухоплавательной эскадрильи прислонили лестницы к плетеной корзине - началась эвакуация "севших на мель" пассажиров "Солнца". Кэтрин с помощью галантного капитана Вигни спустилась первой. За ней шел гордый отец, обеими руками прижимая к себе "чудотворного" малыша.
Люди пораженно открыли рты и хлынули вперед. Ребенок! Когда корзина взлетала, никакого ребенка в ней не было. Казалось, будто они никогда прежде не видели младенцев.
"Родился в небе. Только представьте себе! Чудо-ребенок!" Леди и джентльмены, не стесняясь, отталкивали друг друга, страстно желая хотя бы мельком взглянуть на ангельское личико. "Смотрите, глаза открыты! А волосы почти белые. Может, это из-за высоты?"
Кто-то выстрелил пробкой от шампанского, итальянский граф раздавал всем кубинские сигары. Казалось, все собравшиеся празднуют тот факт, что младенец выжил.
Вигни схватил бутылку и сделал несколько больших глотков.
- Превосходное шампанское. - Он передал бутылку Деклану Брокхарту. - Очаровательный мальчик. Как вы его назовете?
Брокхарт улыбнулся, чувствуя себя невероятно счастливым.
- Может, Ангел? В конце концов, он пришел с небес. А вообще моя семья родом из Фландрии.
- Нет, Деклан, - сказала Кэтрин, поглаживая светлые, почти белые волосы сына. - Хотя он и ангел, но у него лоб моего отца. Его будут звать Конор.