Всего за 169 руб. Купить полную версию
В начале 1910 года Колчак возглавил полярную экспедицию из двух судов ледового плавания "Таймыр" и "Вайгач" и в июле этого же года снова сошел на берег бухты Золотой Рог. Он пробыл во Владивостоке до середины августа 1910 года.
На следующий день после встречи Мацкевич и Вологдин направились в Пушкинский театр, предварительно выкупив билеты.
Уже при подходе к театру они увидели большую группу людей, скопившихся на тротуаре и наслаждающихся последними теплыми деньками бабьего лета. Офицеры во флотских и армейских мундирах, штатские во фраках и дамы в блистательных туалетах. У многих в руках летние зонтики и театральные бинокли.
Мацкевич врезался в толпу, как ледокол зимой во льды Амурского залива. Вологдин едва поспевал за ним.
Целью Мацкевича была небольшая группа морских офицеров, окружавших высокого худощавого человека с блестевшими на солнце золотыми погонами вице-адмирала. Рядом с ним стояла миловидная женщина с огромной шляпой на голове и откинутой от лица вуалью.
Представ перед адмиралом, Дмитрий Александрович отрапортовал:
– Инженер-механик капитан 2-го ранга Мацкевич. Мой друг коллежский асессор, инженер Вологдин, – представил он Виктора Петровича. Тимирева (а с адмиралом была она) улыбнулась и с интересом оглядела вновь прибывших.
Колчак удивился:
– Дмитрий Александрович, какими судьбами?
– Да вот из Питера добрался до Владивостока, не без приключений, конечно. А это мой друг Виктор Петрович, после прикамских боев с красными тоже оказался в городе.
– Добро, – ответил адмирал и предложил: – После концерта прошу в ресторан "Золотой Рог". Место вам, Дмитрий Александрович, известно. Господ офицеров приглашаю, как договорились ранее. А сейчас прошу в зал – третий звонок.
Дмитрия Александровича в это время уже приветствовали знакомые офицеры, среди которых выделялись капитаны 1-го ранга Смирнов и Руденский, с которыми Мацкевичу довелось служить на крейсере "Громобой" во время Русско-японской войны.
После концерта, который, кстати, на любителей музыки особого впечатления не произвел, офицеры отправились в ресторан "Золотой Рог". Известная пианистка Ядвига Залесская, по мнению Мацкевича, на звезду явно не тянула .
В ресторане за ужином, кстати, без обильной выпивки, было принято решение сопровождать адмирала до Омска.
Уже перед самым уходом из зала Мацкевич шепнул Вологдину:
– Сыграем?
– Давай, – ответил тот.
Они подошли к эстраде, где музыканты уже складывали инструменты, собираясь уходить. Виктор Петрович попросил дать ему скрипку, а Дмитрий Александрович подсел к роялю.
Вологдин подстроил скрипку, а Мацкевич пробежался пальцами по клавишам, затем проиграл вступление, и тут повела мелодию скрипка, выговаривая почти по-русски:
– Гори, гори, моя звезда…
Зал притих. Колчак подался вперед, внимая импровизированной игре музыкантов, Тимирева смахнула непрошеную слезу. Скрипка взяла последний аккорд и умолкла. Никто не аплодировал, каждый из сидящих в ресторане, за то время когда исполнялась музыка романса, переживал что-то свое, прячущееся в глубине души. Колчак поднялся из-за стола, встретил музыкантов и, крепко пожимая им руки, повторял:
– Спасибо! Не ожидал! Огромное спасибо!
Выйдя из ресторана, Мацкевич и Вологдин, не сговариваясь, спустились к Семеновскому ковшу, где теснились китайские и корейские шаланды, постояли, вслушиваясь в спокойный шелест волн, и направились по Светланской к дому.
У "Золотого Рога" к ним попытались пристать проститутки, но, не встретив интереса, быстро ретировались.
Владивосток жил ночной жизнью. То и дело хлопотали двери ночных клубов и притонов, слышался неприятный вызывающий смех женщин, который иногда заглушал даже звуки оркестра, кого-то вышвыривали из дверей вышибалы…
Мацкевич указал на один из ночных клубов на Алеутской с ярко освещенной витриной:
– "Аквариум", – постоянное сборище иностранных офицеров, где доступно все: вино, сытная еда, русские девушки – лишь бы денежки водились… Кстати, для русских офицеров вход закрыт.
К себе они добрались далеко за полночь, а наутро уже спешили на вокзал к литерному составу.
Начался новый период в жизни наших героев, о котором сохранились весьма скудные сведения. По известным причинам обнародованные воспоминания о тех временах для оставшихся в России сулили горе и беды не только для главы семьи, но и для всех близких.
Паровоз, набирая скорость, мчал литерный состав сквозь сибирские леса и просторы практически без остановок, Иркутск проскочили ночью. Вологдин и Мацкевич только и смогли рассмотреть мерцающие станционные огни.
Глава 7
На речной боевой флотилии
После прибытия в Омск и назначения Колчака военным морским министром началась обычная штабная кутерьма. Вице-адмирала сопровождала большая группа морских офицеров, прибывших из Владивостока. В составе этой группы находились также Мацкевич и Вологдин, зачисленные в состав резерва чинов Морского ведомства при Управлении по делам личного состава флота. Этим ведомством руководил капитан 1-го ранга Руденский, сослуживец Мацкевича по крейсеру "Громобой".
Колчак свою министерскую службу начал с того, что выехал на фронт.
В результате осеннего наступления Красной армии русские и чехословацкие войска белых оказались далеко отброшенными от Волги на восток. Военно-морской министр объезжал прифронтовые части, выясняя обстановку на местах.
17 ноября 1918 года Колчак вернулся с фронта в Омск. В эту же ночь произошел переворот.
Командир Сибирской казачьей дивизии полковник Волков поднял по тревоге 300 казаков и разогнал правительство Комуча, переехавшего к тому времени из Самары в Омск. В ходе переворота был лишь один раненый, да и тот – чех. Руководителей "директории" (так себя именовало правительство Комуча) выслали в Китай. Несколько десятков из администрации "директории" было расстреляно без суда и следствия. Директория пала. Спешно созванное заседание Совета министров рассмотрело вопрос о создании диктатуры. На роль диктатора были выдвинуты три кандидата: генералы Хорват и Болдырев и адмирал Колчак.
В результате недолгого обсуждения кандидатуры Болдырева и Хорвата были отвергнуты. Кандидатуре Колчака была оказана мощная поддержка со стороны присутствующих на заседании морских офицеров.
Совет министров принял постановление: верховную власть, взятую на себя после распавшейся Директории. Правительство передает в руки Александра Васильевича Колчака, именуемого впредь Верховным правителем России и Верховным главнокомандующим. Постановление приняли единогласно. После поздравлений Колчак поблагодарил Совет министров и выразил уверенность в том, "что общими дружными усилиями, вместе с нашей доблестной армией мы одолеем врага, возродим нашу матушку-Россию и восстановим в ней законность и порядок".
В конце заседания кабинет министров принял постановления о государственном перевороте и о производстве вице-адмирала Колчака в адмиралы.
В течение того же дня, 18 ноября, из Омска во все концы Сибири и Европейской России полетели сообщения с текстом постановления Совета министров: "Ввиду тяжелого положения государства и необходимости сосредоточить всю полноту верховной власти в одних руках, Совет министров постановил передать временно осуществление верховной государственной власти адмиралу Колчаку, присвоив ему наименование Верховного правителя". В тот же день было опубликовано и обращение Верховного правителя к населению:
"Всероссийское временное правительство распалось. Совет министров принял всю полноту власти и передал ее мне, Александру Колчаку. Приняв крест этой власти в исключительно трудных условиях Гражданской войны и полного расстройства государственной жизни объявляю, что я не пойду ни по пути реакции, ни по гибельному пути партийности. Главной своей целью ставлю создание боеспособной армии, победу над большевизмом и установление законности и правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, который он пожелает, и осуществить великие идеи свободы, ныне провозглашаемые по всему свету. Призываю вас, граждане, к единению, к борьбе с большевизмом, к труду и жертвам.
Верховный правитель адмирал Колчак. 18 ноября 1918 года.
Город Омск"
В начале декабря омское правительство праздновало первые боевые успехи на Урале. В то же время в Сибири полыхали крестьянские восстания, организовывались партизанские республики, действовало большевистское подполье.
Как военный моряк Колчак предполагал создать военно-морские силы, тем более что в его распоряжении оказалось значительное количество морских офицеров, имеющих боевой опыт.
В течение 1918–1919 гг. были сформированы три речные боевые флотилии – Камская, Обь-Иртышская и Енисейская и два подразделения морской пехоты – Отдельная бригада морских стрелков и Морской учебный батальон.
Командиром бригады морских стрелков был назначен контр-адмирал Старк.