И вот Манас и Алманбет
Явились в девичий покой.
Манас в традиции степной
Поцеловать хотел в ладонь,
Потом браслетик золотой
Невесте на руку надеть.
Но лишь к невесте подошел,
За локоть нежно взял рукой,
Она в мгновенье ока вдруг
Схватила маленький кинжал
И в руку нанесла удар.
Манас от боли застонал -
Такого он не ожидал!
- Как смеешь ты, кыргызский хан,
Дикарь, кочевник, грубиян,
Не совершив святой нике,
Притронуться к моей руке!
Мне честь девичья дорога! -
Вскричала Санирабига.
Схватился эр-Манас за меч,
Готовый голову отсечь,
Но встал меж ними Алманбет,
Убийство совершить не дал.
Манас, униженный и злой,
В крови, с порезанной рукой,
Во гневе вышел из дворца
И дал приказ своим бойцам
За оскорбленье отомстить:
Разрушить город Бухару,
Дворец эмира разгромить,
Танцовщиц, Рабигу с сестрой
Насильно увести с собой!
И город весь со всех сторон
Был враз войсками окружен.
А там, за крепостной стеной,
Кровавый начался разбой,
Несущий гибель Бухаре.
К отцу на утренней заре
Вбежала Санирабига:
- Спасти чтоб свой народ родной,
Я буду жертвовать собой!
К кыргызам я сама пойду
И там судьбу свою найду!
А если будет груб со мной,
Покончу тут же я с собой!
- Во гневе страшен хан Манас,
Боюсь, не пощадит он нас.
Когда кочевник оскорблен,
Жесток и беспощаден он! -
Сказал отец и дочь свою
Решил к кыргызам не пускать.
- О нет, отец! Пусти меня!
К Манасу я пойду сама! -
Сказала Санирабига
И, в руки белый взяв платок,
Подняв его над головой,
Пошла на смерть и подвиг свой.
Увидев женщину вдали,
Одну, идущую с платком,
Кыргызы не могли понять,
Что делать: ждать
или стрелять?
И тут воскликнул Алманбет:
- Да это ж Санирабига!
Смотри, Манас, к тебе идет
Невеста гордая сама!
И в миг Манас слетел коня,
И к ней навстречу побежал,
И рану с кровью на руке
Он, как безумный, целовал!
Таджичка нежною рукой
Его за шею обняла,
А он прижал ее к груди
И, как ребенок, зарыдал.
И показалось ей тогда,
Что создан богатырь Манас
Из золота и серебра,
Из поднебесной высоты,
Из теплой доброты земли.
И светится он изнутри,
Как солнце утренней зари,
Сияет в полуночной мгле,
Как в небе ясная луна.
И к цели он своей идет,
Как океанская волна.
Рожденный облаком небес,
Манас был чудом из чудес.
И объяснить не хватит слов,
В тот миг, когда в твоей груди
Трепещет пламенем любовь!
Могучий, храбрый эр-Манас
Врагов жестоких побеждал,
Но от побед тех боевых
Такого счастья он не знал!
- Ну, встань, мой хан! Прости меня!
Отныне дерзости такой
Ты не увидишь никогда! -
Сказала Санирабига.
И здесь же в станах тут и там
Раздались крики, шум и гам.
Светились ярко небеса,
Гремели горы и леса.
Открыв ворота Бухары,
Навстречу с музыкой пошли.
Потом и свадьба началась!
Так поженились хан Манас
И брат молочный Алманбет:
Манас - на Санирабиге,
Алма - на младшей Арууке.Прошли года. Прошли века.
Забылась Санирабига.
Осталось имя Каныкей,
Что значит - ханская никей.
И вот с тех пор до наших дней
Живет в народе Каныкей.
Таджичку древнюю кыргыз
Считает матерью своей.
Как символу любви, семьи,
Подруги, матери, жены
Мы поклониться ей должны!
Юную жену Манаса народ встретил восторженно. Первые две жены Караборк и Акылай были приветливы и тактичны. Санирабига очень скоро освоила язык, жизнь и быт кыргызов и вскоре стала заботливым другом и советчиком Манаса, признанной главой семейства, снискала почет и уважение всего кыргызского ханства.
Сказ о том, как родственник Манаса Козкаман хотел отравить его ядом
Э-эй!
Глава всех ханов Эсенхан
Задание сатрапам дал:
Пройти к Манасу и убить!
Тому, кто это совершит,
Он всенародно обещал
В награду ханство подарить.
Когда захватчик Алооке
Кыргызов с родины изгнал,
Потомок Орозду - Усен
Себе взял имя Козкаман,
Остался, притаился там.
О том, что Козкаман кыргыз,
Китаец ни один не знал.
И вот решили Козкаман
Со старшим сыном Кокчекоз
Пойти к Манасу в хан-сарай,
Войти в доверие к нему,
Там ядом хана отравить,
За преступление свое
Сполна награду получить.
И этот подлый Козкаман
Послал письмо свое в Талас,
В котором слезно описал,
Как он страдал своей семьей,
Служа захватчикам слугой,
Как унижался, голодал,
Как имя он свое скрывал
И как был рад, когда узнал,
Что всех Манас объединил
И ханство мощное создал.
Письмом растроганный, Манас
Позвал его с детьми в Талас,
С собою рядом поселил,
По щедрой доброте своей
Дал скот, кочевье, лошадей.
Воспрянул духом Козкаман,
И при народе, на виду
В слезах Всевышнего просил,
Чтобы Манаса он хранил.
Но почему-то Каныкей
Глубокой чуткостью своей
Не верила его словам.
И вот однажды Козкаман,
Когда все воины - чоро
Ушли гостить в соседний край,
Манаса пригласил на чай.
Сын Козкамана Кокчекоз
Хмельной арак налил в чойчек,
Речь перед гостем произнес:
- Тут братья все родные мы,
Но повелением судьбы
Бежали в разные края.
А вы - наш брат, батыр Манас,
Собрали заново всех нас,
От верной гибели спасли.
И эту водку я для вас
С Китая дальнего привез. -
И чашу с ядом Кокчекоз
С улыбкой хану преподнес.
Манас чойчек опустошил -
И в тот же миг лишился сил.
Предатель подлый Козкаман
И девять алчных сыновей
Решили тут же поскорей
Манасу голову отсечь,
В Китай к Эсену отвезти,
Чтоб ханство там приобрести.
И Козкаман, схватив кинжал,
Нетерпеливо ожидал,
Когда скончается Манас.
И чувствовал Манас-батыр,
Что покидает этот мир.
И думал он: "Где брат Бакай?
Где Каныкей? Где Ажибай?
А где два друга-близнеца -
Мой Алманбет и мой Чубак?
Где мой Серек, родной Сыргак?
Где соколы, что на лету -
Мой Ырчы-уул и Шууту?
А где мой дядюшка Кошой?
Ужели, не увидев их,
Уйду сейчас я в мир иной?"
Стонал в бессилии Манас,
Уже не открывая глаз.
Жигит Манаса Акаяр
(Коня он хана охранял)
Увидел на закате дня,
Что конь Манаса Ак-Кула
Храпит, копытом землю бьет
И рвет у стойла удила.
И понял тут же Акаяр,
Что с седоком стряслась беда.
Помчался в хан-сарай скорей,
Где ждет Манаса Каныкей.
- Джене! Беда! Наш хан убит! -
С порога закричал жигит.
И тут же, вмиг собрав людей,
Помчалась к мужу Каныкей.
Сын Козкамана Кокчекоз,
Манасу голову зажав,
Приставил к горлу свой кинжал.
Но Каныкей своим мечом
Злодею отсекла плечо.
Жигиты тут же в миг один
Убили подлых сыновей,
Спалили юрты их дотла!
Ночами, не сомкнув очей,
Лечила мужа Каныкей.
И только через десять дней
Манас очнулся наконец.
Чуть было не сгубил его
Предатель Козкаман, подлец!
Поминки по хану Кокетею в долине Каркыра
