Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Турандот
(высокомерно)
Кто это дерзновенно возмечтал
Проникнуть в смысл загадок, невзирая
На множество примеров, и желает
Позорно кончить жизнь?
Альтоум
Дочь, это он.
(Указывает на Калафа, который стоит пораженный посреди зала Дивана.)
И он вполне достоин, чтобы ты
Взяла его в мужья, освободив
От искуса и не терзая больше
Несчастное родительское сердце.
Турандот
(посмотрев на Калафа, тихо, Зелиме)
Зелима, о поверь, никто из тех,
Кто приходил на искус, не будил
В груди моей и тени состраданья,
А этого мне жаль.
Зелима
(тихо)
Вы загадайте -
Три легкие загадки, и довольно
Жестокой быть.
Турандот
(гордо)
Как смеешь ты? А слава
Моя? Молчи.
Адельма
(которая пристально всматривалась в Калафа, в сторону)
О небо! Что я вижу?
Не тот ли это, что у нас когда-то
Работал в Хорасане как невольник,
Когда был жив отец мой Хейкобад?
Так он царевич? Ах, то знало сердце,
Им покоренное!
Турандот
Принц, откажитесь
От роковой попытки. Видит небо,
Молва о том, что я жестокосерда, -
Прямая ложь. Глубоко ненавидя
Всех вообще мужчин, я защищаюсь,
Как знаю, как могу, чтоб оградиться
От тех, кто мне противен. Почему
Я не могу располагать свободой,
Которою располагают все?
Зачем хотите вы, чтоб я была
Жестокой против воли? Я готова
Унизиться до просьбы. Откажитесь
От испытанья, принц. Не искушайте
Мой дивный дар. Я только им горда.
Мне даровало небо острый разум
И прозорливость. Я бы умерла,
Когда бы здесь, перед лицом Дивана,
Была посрамлена. Пока не поздно,
Позвольте мне не задавать загадок;
Или заране плачьте над собой.
Калаф
Столь дивный голос, столь прекрасный облик,
Столь чудный ум и редкая душа -
В единой женщине! Да разве тот
Не прав сто раз, кто не страшится смерти,
Чтоб ею обладать? И Турандот
Гордится хитроумьем? И не видит,
Что чем ее достоинства обильней,
Что чем ей ненавистней мысль о браке,
Тем вожделеннее она? И будь
Сто тысяч жизней в этом бренном теле,
Безжалостная Турандот, я рад бы
Сто тысяч раз пойти за вас на казнь,
Зелима
(тихо, к Турандот)
Ах, ради бога, легкие загадки!
Ведь он достоин вас.
Адельма
(в сторону)
Какая радость!
О, если бы назвать его моим!
Зачем не знала я, что он - царевич,
Когда сама царевною была!
О, как я вновь люблю его, узнав,
Что он столь знатен родом! Нет, любовь
Бесстрашна.
(Тихо, к Турандот.)
Турандот, о славе вашей
Помыслите.
Турандот
(в сторону, смущенно)
Чтоб он один из всех
В моей груди мог вызвать состраданье?
(С решимостью.)
Нет, я должна преодолеть себя.
(Калафу, порывисто.)
Готовься к испытанью, дерзновенный!
Альтоум
Принц, ты упорствуешь?
Калаф
Да, государь.
Я жажду смерти - или Турандот.
Альтоум
Так огласите роковой указ.
А юноша пусть внемлет и трепещет.
Панталоне достает из-за пазухи книгу указа, целует ее, подносит к груди, потом ко лбу и затем передает Тарталье, который сначала падает ниц, потом принимает ее и читает громким голосом.
Тарталья
"Любой властитель может Турандот
Просить в супруги. Но сначала должен
Средь мудрецов Дивана три загадки,
Принцессой заданные, разрешить.
Их разрешив, ее получит в жены.
А если не способен, палачом
Да будет обезглавлен и умрет.
Хан Альтоум Конфуцию клянется
В точнейшем исполнении сего".
Окончив чтение, Тарталья целует книгу, прикладывает ее к груди и ко лбу и возвращает Панталоне, который простершись ниц, принимает ее, потом встает и подносит ее Альтоуму. Тот поднимает руку и опускает ее на книгу.
Альтоум
(со вздохом)
О тягостный закон! Тебя исполнить
Могучему Конфуцию клянусь.
Панталоне кладет книгу за пазуху. В Диване царит глубокая тишина.
Турандот
(академическим тоном)
Скажи мне, кто обходит неустанно
Все города, все замки, все селенья?
Кто вечный путь свершает безвозбранно
Средь криков торжества и пораженья?
Его лицо всем мило и желанно,
Он благодетель каждого творенья.
Равняться с ним казалося бы бредом.
Он здесь, и все же он тебе неведом,
(Садится.)
Калаф
(поднимает глаза к небу в глубоком раздумье, затем кланяется Турандот, касаясь рукою лба)
Я буду счастлив, если остальные
Загадки ваши не трудней. Принцесса,
Кому ж не ясно, что обходит вечно
Все города, все земли, все селенья,
Что совершает безвозбранный путь
Средь криков пораженья и победы,
Что равного себе не терпит в мире
И здесь находится - простите - солнце?
Панталоне
(радостно)
Тарталья, он угадал.
Тарталья
В самую точку!
Мудрецы
(распечатывают первую записку, затем в один голос)
Великолепно. Солнце, солнце, солнце.
Альтоум
(радостно)
Сын, небо помогай тебе и дальше!
Зелима
(в сторону)
Молю вас, боги!
Адельма
(в сторону, взволнованно)
Небо, воспротивься!
Пусть он не будет мужем Турандот!
Я умираю.
Турандот
(в сторону, с негодованьем)
Чтоб он победил?
Меня умом превысил? Никогда!
(Громко.)
Внимай, безумец. Разреши загадку.
(Встает и продолжает академическим тоном.)
Есть дерево, где скрыта
Кончина человека;
Оно древней гранита
И молодо от века;
Красивый лист не вянет,
Он белый и узорный;
Но белизна обманет
Своей изнанкой черной.
Скажи, ты знаешь слово
Для дерева такого?
(Садится.)
Калаф
(после некоторого раздумья, отвесив обычный поклон)
Не гневайтесь, надменная принцесса,
Но я загадку разрешу. Растенье
Древнейшее, но юное, где скрыта
Кончина человека, чьи листы
Белы снаружи и черны с изнанки.
То будет - с днями и ночами - год.
Панталоне
(радостно)
Тарталья, он снова попал.
Тарталья
Честное слово, в самую середку.