Здесь возникает закономерный вопрос: неужели все предшествующее исследование было проведено только для того, чтобы сформулировать понятие "параллельной" и "расщепленной" множественности лиц? И почему нельзя было достичь того же результата, сразу отталкиваясь от трудоправового материала? Ответ на этот вполне резонный вопрос возможен только в том случае, если мы покажем, что хотя бы часть из тех положений, которые были сформулированы на примере гражданско-правового материала, применимы к трудовым правоотношениям. В результате мы получим, как минимум, методологическое оправдание проделанной предварительной работе, поскольку в рамках изучения материи трудового права мы перейдем уже на вторую ступень доказывания [116] и, как говорилось во введении, избегнем придания нашей работе вида сравнительного исследования множественности лиц в гражданском праве и в трудовом праве.
В полной мере показать все это можно только после детального исследования собственно множественности лиц на стороне работодателя, здесь же мы, с учетом границ нашего исследования, приведем лишь общие соображения относительно возможности существования в правоотношениях в сфере наемного труда множественности лиц, подобной множественности лиц в гражданско-правовых отношениях.
Как указывается в научной литературе, трудовое право сформировалось как "органичное соединение двух больших институтов: частноправового института трудового договора, сформировавшегося в недрах гражданского права, и публично-правового института охраны труда (фабричного законодательства), функционировавшего в рамках полицейского (административного права)" [117] . Однако не ушло ли трудовое право настолько далеко от гражданского права, что все правовые явления, изначально зародившиеся в цивилистике, к нему вообще не применимы? Для ответа на этот вопрос нам сначала придется обратиться к общественным отношениям, составляющим предмет трудового права.
В науке существует весьма разработанная классификация общественных отношений, включаемых в предмет трудового права. Традиционно в предмете трудового права выделяют трудовые отношения и непосредственно связанные с ними отношения [118] . Трудовые отношения – это отношения, которые опосредуют собой реализацию способности человека к труду [119] . Отношения же, тесно связанные с трудовыми или производные от них, принято подразделять на три группы: 1) отношения, предшествующие трудовым; 2) отношения, сопутствующие трудовым; 3) отношения, вытекающие из трудовых. [120]
И трудовые правоотношения, и правоотношения, непосредственно связанные с ними, могут быть классифицированы с точки зрения их субъектного состава на индивидуальные и коллективные отношения [121] . Сторонами индивидуальных отношений являются персонально определенный работник и конкретный работодатель, а в коллективных отношениях хотя бы одной из сторон является неиндивидуальный субъект права в виде объединения работников, работодателей либо их представителей. [122]
Как указывает С.П. Маврин, с позиции своего содержания индивидуальные правоотношения могут быть подразделены на:
1) отношения по трудоустройству у конкретного работодателя;
2) отношения по профессиональной подготовке или повышению квалификации определенного физического лица у конкретного работодателя;
3) трудовые отношения, связывающие работника с работодателем;
4) отношения по материальной ответственности работодателей и работников в сфере труда;
5) отношения по разрешению индивидуальных трудовых споров; а коллективные трудовые правоотношения могут быть подразделены на:
1) отношения по организации труда и управлению трудом;
2) отношения по профессиональной подготовке работников, их переподготовке и повышению квалификации непосредственно у работодателя;
3) отношения по социальному партнерству, ведению коллективных переговоров, заключению коллективных договоров и соглашений;
4) отношения по участию работников и профессиональных союзов в установлении условий труда и применении трудового законодательства;
5) отношения по профсоюзному надзору и контролю за соблюдением трудового законодательства (включая законодательство об охране труда);
6) отношения по разрешению коллективных трудовых споров. [123]
По нашему мнению, центральное ядро трудового права как самостоятельной отрасли права образует конгломерат из трудовых отношений, связывающих работника с работодателем (возникающее в результате заключения трудового договора как основного в странах с рыночный экономикой правового института, опосредующего собой несамостоятельный труд), и отношений по организации труда и управлению трудом. В результате этого симбиоза образуется синаллагматическое правоотношение обязательственного типа (трудовое правоотношение), осложненное феноменом хозяйской власти работодателя над личностью работника через рабочую силу последнего. [124]
Возможно ли существование в этом "центральном ядре" множественности лиц такой же, как и в гражданско-правовых договорах?
Для ответа на этот вопрос необходимо определить, в чем состоит универсальное принципиальное отличие трудового договора [125] от гражданско-правовых договоров, и устраняет ли это отличие возможность существования такой множественности лиц, которая существует в гражданских правоотношениях.
Ответ на этот вопрос достоин отдельной научной работы, поэтому подробно рассмотреть его в рамках одного параграфа невозможно. Ограничимся тезисным изложением нашей точки зрения, опираясь на уже проведенные исследования.
Как правильно указано Е.Б. Хохловым и С.П. Басалаевой, ни один из выработанных еще советской трудоправовой наукой семи догматических признаков трудового договора, отличающих его от гражданско-правового договора [126] , не может рассматриваться как универсальный признак трудового договора, позволяющий во всех случаях отличить его от гражданско-правового договора [127] . В качестве универсальной характеристики трудового договора названные авторы называют "два взаимосвязанных признака: феномен хозяйской власти работодателя и экономическая и, как следствие, в большей или меньшей степени организационная несамостоятельность работника". [128]
С нашей точки зрения, универсальным признаком трудового договора, отличающим его от гражданско-правового договора, является все-таки только наличие у работодателя хозяйской власти над работником. Экономическая же несамостоятельность последнего служит источником этой власти [129] . Как общественное явление, хозяйская власть выражается в том, что работодатель определяет, когда, в каком количестве, где, каким образом и в кооперации с кем работник должен выполнять работу, обладая возможностью принудить (стимулировать) негативными или позитивными методами работников к подчинению данным проявлениям хозяйской власти. [130]
Таким образом, универсальное отличие трудового договора от гражданско-правового договора состоит только в осложняющем его (как мы сказали выше) феномене хозяйской власти работодателя. Все научно обоснованные отличия правового регулирования трудовых отношений от гражданско-правовых отношений так или иначе связаны с этим явлением. За вычетом хозяйской власти трудовой договор превратится в подрядный договор, договор оказания услуг, агентский договор и т. п. Однако хозяйская власть как отношение власти-подчинения не тождественна имущественной составляющей трудового правоотношения, хотя и оказывает на него несомненное влияние. Между тем множественность лиц в гражданских правоотношениях проявляется как раз с точки зрения распределения на одной или обеих сторонах правоотношения прав и обязанностей имущественного характера.
Но, может быть, хозяйская власть препятствует появлению "гражданско-правовой" множественности лиц в рамках трудового правоотношения не прямо, а опосредованно? Если мы придем к выводу, что хозяйская власть может принадлежать только одному лицу, не будет ли это непреодолимым препятствием для появления в трудовом правоотношении соответствующих форм и разновидностей множественности лиц? Утвердительный ответ на этот вопрос возможен только в том случае, если мы будем исходить из предположения, что:
1) носителем хозяйской власти и обладатель имущественных прав и обязанностей работодателя всегда должны совпадать в одном лице;
2) носителем хозяйской власти может быть только одно лицо. Чтобы подтвердить или опровергнуть это предположение, нам необходимо обратиться к определению работодателя.
В соответствии со ст. 20 ТК РФ работодатель – это физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником; в случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры. Нетрудно заметить, что предложенная законодателем формулировка сама по себе никак не выявляет сущностных черт фигуры работодателя, так как она, по сути, определяет работодателя (сторону трудовых отношений) как субъекта, вступившего в трудовые отношения с работником [131] , т. е. недалеко уходит от определения "глаз – это око". Тем не менее попытаемся "раскрыть" это определение.
Итак, работодатель – это сторона [132] трудового договора. Трудовой договор, как мы установили выше, представляет собой синаллагматическое правоотношение обязательственного типа, осложненное феноменом хозяйской власти работодателя над личностью работника. Как обязательство [133] , трудовой договор для работодателя является способом привлечения труда работника с целью удовлетворения своих имущественных и (или) неимущественных потребностей в обмен на выплату работнику денежных сумм. Таким образом, работодатель – это некто, являющийся "приобретателем" наемного труда и оплачивающий его.