Всего за 185 руб. Купить полную версию
Единый рынок роскоши образуют очень разные товарные категории, от часов и белья до домов и яхт, и такое объединение происходит потому, что в "предмете роскоши" приобретается не предмет (он лишь носитель), а собственно роскошь. Эту "субстанцию" в предмет нужно "вживить", поэтому формируется индустрия роскоши, в которой есть свои профессионалы, эксперты, ассоциации, выставки, конгрессы и пр. Индустрия роскоши интенсивно перерабатывает самые разные функциональные вещи в "предметы роскоши".
Сам термин "индустрия роскоши" звучит парадоксально, как оксюморон, поскольку традиционно существовала граница между небольшим замкнутым рынком роскоши – эксклюзивных вещей ручной работы для немногочисленных богатых ценителей – и рынком индустриально производимых предметов массового потребления для средних слоев.
В последние полтора десятилетия когда-то замкнутый рынок роскоши превратился в объемный и динамичный кластер, объединяющий огромное число профессионалов и организаций, специализирующихся на создании возможностей запредельного потребления уже для миллионов потребителей.
В 2000 году объем мирового рынка роскоши оценивался примерно в 70 млрд долларов, в 2005-м – в 130 млрд долларов, то есть в среднем индустрия росла на 14% ежегодно. В кризисном 2009 году наиболее крупные игроки на рынке роскоши пережили относительно небольшое снижение продаж: группа LVMH потеряла 0,8%, Richemont – 4,5%, Burberry – 1,4%. А некоторые компании даже демонстрировали рост: Gucci Group прибавила 0,3%, Hermés – 8,4%. В 2010 и 2011 годах индустрия роскоши вернулась к экстраординарным темпам роста, превышающим темпы роста и мировой экономики, прибавлявшей по 4–5% в год, и США (2–3%), и даже Китая (8–9%). Рост продаж группы LVMH составил 19,2% (2010) и 16,4% (2011), Richemont прибавила 33,1%и 28,7%, Gucci Group– 18,3% и 20,4%, Hermés – 25,4% и 18,3%, Burberry – 26,7% и 23,8%. В 2012–2014 годах темпы роста продаж на рынке роскоши снизились, но все равно остаются в 1,5–2 раза выше темпов роста экономики в целом.
Эту впечатляющую экспансию последних 5–7 лет эксперты пытаются объяснить географически: индустрия роскоши проникает на быстро растущие рынки Китая, Индии, России и некоторых других стран, прежде всего в Азии. Но в действительности рост поддерживается за счет экспансии, прорывающей привычные институциональные границы и границы социальных групп и культур.
►Индустрия роскоши представляет собой трансиндустрию, поскольку ее организационные структуры пересекают традиционные отраслевые границы и она объединяет предприятия, которые производят очень разные функционально вещи, но создают товары, входящие в одну категорию. Например, производители автомобилей, мобильных телефонов или кожаных сумок превращаются в предприятия одной трансиндустрии, если они, используя совершенно разные сырье, технологии, навыки работников, но одинаковые методы "имплантации" в товар гламурной "субстанции" роскоши, создают гламуроемкие продукты вроде суперкара Porsche, супермобильника Vertu или суперсумки Louis Vuitton.
Трансиндустрия раздвигает границы роскоши за пределы классических категорий – ювелирных украшений, одежды от кутюр, спортивных автомобилей и лимузинов – и создает практически бесконечный ряд продуктов, обычных по технологии производства и способам употребления, но экстраординарных по бренду и цене. Индустрия роскоши – ото тренд, который принимает форму организационных процедур и структур.
Такая квазиинституциональная форма позволяет успешно работать со столь специфической "субстанцией", как роскошь, а также с растущим числом столь же специфических потребителей. Это число растет, во-первых, потому, что растет число традиционных потребителей роскоши – богатых людей. В 1996-м в мире насчитывалось 4,5 млн миллионеров, в 2005-м их было уже 8,7 млн, к 2015-му их численность достигла 16,3 млн. Во-вторых, трансиндустрия производит массу продуктов, качество которых ниже аутентичной роскоши, но цена выше аналогов, выпускаемых теми, кто не принадлежит к индустрии роскоши. Тем самым трансиндустрия проникает через социальные границы средних и даже нижних слоев общества в разных странах и делает эти слои глобальным растущим рынком сбыта все менее аутентичной, но все более гламурной роскоши.
Экзотика, которая представляет собой быт за пределами обыденности, так же как и роскошь, формирует особый рыночный сегмент и определяет характерный тренд ультрасовременной экономики. О возрастании спроса на экзотику можно судить по статистике международного туризма. В 1960 году во все страны мира, вместе взятые, въехало 75 млн иностранных туристов, в 1980 году – 275 млн, в 1990 году – 420 млн, а в 2005 году только в пять стран (Францию, Испанию, США, Китай, Италию) въехало столько же иностранных туристов, сколько их было во всем мире в 1980 году. В 2013 году в пять стран, являющихся лидерами туристического спроса, въехало 318,6 млн, а общее число международных туристических поездок в мире приблизилось к миллиарду.
В отличие от путешественников эпохи великих географических открытий, туристы отправляются не покорять новые земли и находить источники богатства, а высвобождать старые желания и тратить накопленные деньги на приятные впечатления и безопасные развлечения.
Соответственно, развиваются "лакированные" туристические центры – скопления многозвездочных отелей на месте старых рыбацких деревушек и возле древних храмовых комплексов.
В этих центрах культивируются "традиционные" праздники и карнавалы – перформансы, приуроченные к туристическому сезону; создаются достопримечательности – экстравагантные башни отелей и бизнес-центров, искусственные водопады и острова; организуются "гомеопатические" приключения – строго дозируемые и контролируемые погружения и полеты, встречи с прикормленными животными и аборигенами.
Поскольку живущим в гламуре туризм важен не как посещение иной страны и приобщение к иным обычаям, а как необычное, за пределами быта времяпрепровождение, то гламурную экзотику потребителю можно предоставить и без того, чтобы отправлять его за тридевять земель. Например, Крупнейшим поставщиком экзотики становится ресторанный бизнес, и его ориентация на повышенный гламурный спрос привела к тому, что беспокоящая антиглобалистов "макдональдизация" так и не произошла, зато набрала силу "сушизация". В любом мегаполисе мира японских и китайских ресторанов на порядок больше, чем пресловутых американских фастфудов. Рост числа суши-баров сам по себе не является трендом, это только количественный показатель, внешне легко различимый симптом глобального тренда, суть которого в "тематизации", а не в экспансии "японской", "восточной" или какой бы то ни было кухни. Тренд в том, что рестораторы соревнуются не в рационализации обслуживания клиентов, а в экзотичности, в привлекательности "тематики" заведения.
"Тематические" рестораны, клубы, отели осуществляют "вживление" экзотики в блюда, развлечения, интерьеры. Поэтому ресторанный, клубный, гостиничный бизнес в сверхновой экономике образуют единую отрасль, которую стали называть индустрией гостеприимства. Объединение столь разных отраслей в одну индустрию – это организационное оформление тренда. Производство необычности образа жизни в упаковке "позитивности" превращается в профессию, науку, искусство. Во множестве выходят учебники и журналы, проходят конференции и мастер-классы, где предлагаются правила создания экзотики – приключений и впечатлений в кондиционированном помещении. Так конструируется институциональная форма для рынка, мировой объем которого составляет более шести триллионов долларов.
Индустрия гостеприимства, так же как индустрия роскоши, является трансиндустрией, которая эксплуатирует парадоксальное соединение ранее несоединимого: стандартизация и массовое производство необычного. Эта трансиндустрия выходит за институциональные границы туристического и отельного сегментов и за социальные границы традиционных искателей экзотики – экстравагантных путешественников из обеспеченных слоев. Массовому потребителю гламурной экзотики нет необходимости отправляться в дальние страны в поисках аутентичных, но все более редких ландшафтов и культур. Массовому потребителю гламурную экзотику предоставляют тематические рестораны, клубы, отели, парки, которые предлагают разные сервисы, но стоимость создают одинаково: осуществляют "вживление" экзотики в блюда, развлекательные программы, дизайн интерьеров и т. д. Конструируя доступные и комфортабельные места необычного времяпрепровождения для массового потребителя гламурной экзотики, индустрия гостеприимства обеспечивает примерно 20% рабочих мест в современном мире.