Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Другие вопросы возникали в связи с качествами Господа. В Коране есть такие айаты: "Рука Аллаха – над их руками" и "Поистине, Аллах всеслышащий, всевидящий". А как Господь видит и слышит? Как у Него может быть рука, если в Коране говорится, что нет ничего, подобного Ему (сура Совет, 11)? Есть вопросы и относительно познания Бога. Познаем ли мы Бога, видя Его? Можно ли вообще Его увидеть? Осуществляется ли такое видение внешним или внутренним зрением? Увидим ли мы Господа в день воскресения, а если увидим, то имеет ли Он форму?
Все эти вопросы, некоторые из которых являются исключительно теологическими, а другие имеют и важное политическое содержание, занимали умы мусульман в первом веке исламской истории.
Актуальность обсуждения данных тем усиливалась постоянным присутствием среди мусульман представителей христианства, иудаизма, зороастризма, манихейства и даже сабатейства, которые уже на протяжении многих веков до этого обсуждали подобные вопросы. В этом плане особенно важным было присутствие христиан, ведь они являлись обладателями очень сложной и развитой теологии, созданной за века существования их религии и использовавшей достижения греческой философии и логики для обоснования своей веры в воплощение Божественного начала в Христе, а также других догматов.
Сталкиваясь с этим вызовом со стороны христианских, иудейских, зороастрийских и иных теологов, мыслителей и философов, а также вследствие внутренней потребности исламского общества, мусульмане должны были создавать свою собственную теологию. В результате возникло то, что мы называем каламом.
Мутазилиты
Важнейшим деятелем, заложившим первоначальные основы исламской теологии, был Хасан Басри, выдающийся улем в области хадисоведения. Он являлся представителем одного из первых поколений Ислама (родился в 21 году по лунной хиджре) и прожил почти до окончания правления Омейядов, то есть до 110 года по лунной хиджре. За свою жизнь он обучил хадисам и комментарию к Корану несколько поколений мусульман, оставаясь столпом науки хадисоведения и в то же время – выдающимся суфийским шейхом. Своим ученикам и мюридам Басри преподавал то, что потом получило название "калам", а именно, учение о вопросах, которые мы приводили выше. С удалением в затворничество (и‘тизал) одного из учеников Хасана Басри по имени Василь бин ‘Ата появилась теологическая мутазилитская школа. Эта школа известна 5 принципами, которых придерживаются ее последователи:
1) монотеизм;
2) справедливость (Бога);
3) наказание и воздаяние;
4) "стоянка между двух стоянок";
5) "призыв к дозволенному и запрещение недозволенного".
Эти пять принципов объединяют между собой различные мутазилитские направления, связанные с Багдадом и Басрой. Но, несмотря на разнообразие течений, в целом мутазилиты отличаются от других теологических школ своей верой в эти пять принципов, опорой на разум в толковании веры, акцентированием свободы выбора и ответственности человека за его дела и поступки.
Виднейшими представителями мутазилитов первых веков Ислама являлись Неззам, Абуль Хазил Аллаф, Аль-Джахиз (он прославился и своими литературными трудами) и Бишр. Именно они создали первые теоретические работы по исламскому богословию. Некоторые из них занялись даже изучением природы и выдвинули постулат о "неотделимой части", который станет краеугольным камнем теологической мысли последующих столетий.
В дни правления халифа Мамуна мутазилиты достигли в Багдаде высшей степени могущества. Администрация халифата открыто их поддерживала. Даже такого выдающегося человека, как Ахмад ибн Ханбал, бросили в тюрьму из-за его несогласия с мутазилитами. Но последующие халифы отказались поддерживать их. А в 300 году по хиджре бывший мутазилит по имени Аб уль-Хасан Ашари сам выступил против этого учения и основал новую теологическую школу, названную ашаритской.
Аб уль-Хасан Ашари является одной из важнейших фигур среди первых исламских теологов. Как он говорит в своем завещании, однажды во сне к нему явился сам Пророк Ислама (С) и повелел сменить свой путь – отойти от мутазилитов, защищать извечность Корана вопреки мутазилитской теории о сотворенности последнего и проповедовать принцип абсолютной власти Господ ней, в которой сосредоточено все. Воля Господня сокрушает ту свободу выбора человека, на которой так настаивают мутазилиты.
Ашари критиковал мутазилитов с разных позиций. Хотя у него не было с ними противоречий по поводу принципа монотеизма, он не принимал абстрактное толкование единства Господа, считая Его имена и качества реальными и полагая, что понимание их возможно не с помощью молитвы со словами "субханАллах", не нравственным очищением, уподоблением или разделением, но с помощью "среднего пути" между ними. Он соглашался с теорией "неотделимой части", составляющей основу его идей, но выступал против излишнего следования за разумом в том, что касается религиозной веры. Он пытался установить некое равновесие между мутазилитами и приверженцами хадисов и Сунны (ханбалитами), которые выступали против применения разума в религиозных вопросах вообще.
Аб уль-Хасан Ашари с точки зрения фикха являлся шафиитом, а потому вскоре обрел множество приверженцев именно в шафиитских кругах. Им были написаны такие важные книги, как "Книга выяснения", которая стала основой ашаритской теологии, а также многочисленные труды о различных исламских сектах, школах и мазхабах под названием "Макалат аль-исламийин". Он был очень плодовитым автором и сильной личностью, изменившей всю арену исламской теологии и сделавшей ашаритскую теологическую школу основной школой суннизма взамен господствовавшего раньше мутазилитского учения.
Дело Ашари продолжил его ученик Абу Бакр аль-Бакиллани. Проявляя, как и его учитель, живой интерес к вопросам политической доктрины Ислама, в частности, к аспектам связи между халифатом и шариатом (религией и государством), он стал распространять ашаритское учение в Багдаде. Тем не менее до 5 века хиджры влияние ашаритов ограничивалось шафиитскими кругами. В то же время в Хорасане возникло новое теологическое движение под руководством имама "двух святынь" Джувини, автора "Книги наставления", и в большей степени – его ученика Абу Хамида Мухаммада Газали, известного теолога и суфия. В наши дни это течение известно под названием калам аль-мутаххирин ("поздняя теология"). В своей книге "Аль-иктисадфиль и‘тикад" и многих других трудах Газали наполнил ашаритское учение философским содержанием и превратил его в свод общих и всеохватывающих правил и наставлений, что позволило этой теологической школе выйти за рамки последователей шафиитского мазхаба.
Эта новая теология после смерти Газали получила развитие в мыслях и трудах таких деятелей, как Фахруддин Рази, ‘Азуд уд-Дин Иджи, Мир Саййид Шариф Джурджани и Саад уд-Дин Тафтазали, превратившись в сложное и филигранно выверенное учение. Указанные мыслители создали развитую философскую теологию, которая до настоящего времени преподается в таких авторитетных высших учебных заведениях, как Аль-Азхар в Каире, Зайтуне в Тунисе и других древних центрах исламских наук. Ашаритское богословие до настоящего времени является самым разработанным и полным видом теологии у суннитов.
Тем не менее, несмотря на преимущество ашаритской теологии, среди суннитов появились и другие направления теологии, которые пользовались интересом и признанием в некоторых кружках в Хорасане и Египте. Эти группы связаны, прежде всего, с именами таких людей, как Абу Мансур аль-Матуриди и Абу Джафар ат-Тахави. Хотя ашаритская теология остается в суннитской среде вне конкуренции, ее влияние на суннитов не абсолютно: некоторые исламские мыслители, особенно среди ханбалитов, выступили против всех видов калама вообще, обрушив свой гнев прежде всего на ашаритское учение. В целом, повсюду в суннитском мире, где теология преподается и имеет последователей, труды Аб уль-Хасана Ашари используются очень широко.
В 13 веке по лунной хиджре в Египте появились мыслители, важнейшими из которых были Джамал ад-Дин Асадабади Афгани и Мухаммад Абд. Они попытались вдохнуть свежие силы в теологию, дать ответы на вопросы, которые поставила перед Исламом новая цивилизация, и освободить калам от старых форм. В этом отношении важными представляются произведения Мухаммада Абда, в особенности его книга "Трактат о монотеизме", где он попытался сделать новый шаг на пути возрождения теологии, акцентируя внимание на разуме, использовании западной науки и на возрождении некоторых положений мутазилизма, который к тому времени уже в течение веков пребывал в забвении. Он, как и большинство теологов нового времени, не испытывал особой тяги к ашаритской натурфилософии, подчеркивая больше ее религиозные и моральные элементы.