Всего за 200 руб. Купить полную версию
Поскольку этот обряд имеет довольно глубокие корни, лично мне, представляется приблизительно следующая интерпретация: этот небольшой огороженный участок должен символизировать в сознании молодожён "свой" новый личный дом, призывая, тем самым, к ответственности, осмотрительности, быть по-хозяйски рачительными и бережливыми в предстоящей совместной жизни. Вместе с тем, если взять чисто родительский аспект, то нетрудно догадаться, что отделение части комнаты, показывает готовность родителей пожертвовать частью своего дома в пользу молодых, как бы "отрезая от себя ломоть". Ведь, если глубоко вдуматься, ни один обряд на свете не возникает на "пустом месте": первоначально все элементы его, как правило, хорошо продуманы, тщательно выверены и взяты непосредственно из самой жизни и продиктованы именно её законами. Это уже потом, в последующих поколениях, он может, несколько изменяясь и дополняясь, привести к тому, что в итоге утрачивается (а порою и вовсе забывается) его изначальный смысл.
Как и в случае с невестой, во всё время шествия над головой жениха словно нимб присутствуют две лепёшки, а оямулло читает песнопения, посвящённые теперь уже жениху. Хвалебные песнопения я бы условно разделил на две части: вначале в торжественно строгом ритме читаются двустишия общего характера. После каждого двустишия "толпа" выкрикивает характерное скандирование, которое произносится так: "ҳазор але!" (благодарение Бога, переводимое примерно как "Тысячу раз да", "Да будет так", что-то в этом роде). Затем песнопение переходит во вторую часть, более мажорную, в которой читаются двустишия-характеристики жениха, также сопровождаемые громкими выкриками: "Ёр-ёр, ёр-оле!" (В суфийской терминологии слово "Ёр" (друг, возлюбленный) означает Бога. Однако, я не уверен, что в данном конкретном случае это следует понимать именно так). Ниже приводится небольшой отрывок из текста, который читает оямулло:
"Дар хона домот омад,
Бо ҷўрахо шод омад.
(Все остальные, хором :)
Ёр-ёр, ёр-о-ле!
Дар хона домот омад,
Як гули ҳаёт омад.
Ёр-ёр, ёр-оле!
Домотомо хушҷамол,
Хушҷамоли баркамол.
Ёр-ёр, ёр-оле!
Даҳ панҷаҳош – даҳ ҳунар,
Байни ёронаш сарвар.
Ёр-ёр, ёр-оле!"
"К нам домой жених пришёл,
С весёлыми друзьями пришёл.
Ёр-ёр, ёр-оле!
К нам домой жених пришёл,
Словно цветок жизни к нам пришёл.
Ёр-ёр, ёр-оле!
Наш жених красив собою,
Красив и совершенен.
Ёр-ёр, ёр-оле!
Десять пальцев – десять ремёсел,
Среди друзей авторитетен.
Ёр-ёр, ёр-оле!"
и так далее.
Наконец, когда процессия с женихом и оямулло во главе подходит к чимилику, напряжение окружающих достигает наивысшего апогея, поскольку приближается один из самых интереснейших и забавных моментов, который (согласно традиции), поможет в сознании гостей и близких внести ясность относительно будущего распределения ролей и расставить точки над "i" в предстоящей жизни молодых. Смысл заключается в следующем: кто первый наступит на ногу своего избранника (цы), тот и будет, следовательно, "играть первую скрипку в домашнем концерте", а проще говоря, доминировать. В связи с этим существует масса курьёзных историй, которые вам могут поведать в любой бухарской семье. Как правило, мудрая невеста, предоставляет наивному жениху право – первому наступить (один-единственный раз!) на свою ножку с тем, чтобы в последующей совместной жизни "проесть ему всю плешь". Хотя, как и везде, бывают редкие исключения. (13)
Молодым, в первую очередь, преподносят чашу (коса) с молоком, из которой отпивают по несколько глотков: сначала жених, а потом – невеста. Цвет этого напитка символизирует, прежде всего, чистоту, трезвость и счастье. После чего, подают ещё одну чашу (касу), но уже со сладкой водой ("канд-об"). Это – для "сладкой жизни". Хотя – кто его знает – лично я в этом акте улавливаю скрытый подтекст: "шоб жизнь вам мёдом не казалась!". Но самое примечательное заключается в следующем: отпив несколько глотков, жених опускает в косу с водой свой мизинец и, вытащив его, протягивает невесте, которая с радостью (ну, во всяком случае, без отвращения) облизывает (или обсасывает) данный пальчик. Будем исходить из того, что жених перед этим не ковырялся в носу. В этом акте я вывел для себя несколько значений: первое – преодоление брезгливости и, как следствие, второе – сближение, породнённость на всю жизнь, и третье – некий акт покорности со стороны невесты, что позволяет молодому жениху почувствовать себя полноправным хозяином. Только такой подход позволяет правильно и нормально оценить интерпретацию того или иного элемента обряда или ритуала, поскольку, поверхностное "фуканье" и "современная" трактовка вряд ли способствуют правильному пониманию происходящего, нивелируя и сводя на нет всю символику и значение. Затем невесте в подол вакиля перекладывает с десяток сваренных вкрутую яиц, по одному из которых жених с невестой также съедают, не забыв предварительно почистить от скорлупы. Этот символ в комментариях, полагаю, не нуждается (плодовитость, многодетность и т. д.).
Да, чуть было не упустил из виду "мелочь": именно, находясь впервые в уединении, жених подготавливает для своей будущей половины неожиданный (сейчас уже – вполне ожидаемый) сюрприз, что-либо из ювелирных украшений. Это могут быть золотые серьги (понятное дело не штамповка), либо золотое ожерелье ("ясный перец" – не стразы), или, на худой конец, золотой браслет (конечно же, ручной работы). Объясняется это, прежде всего тем, что в старину (я имею в виду – до прихода советской власти), население не имело понятие о таких вещах, как "стабильный бумажный рубль" или "сберегательная касса", а "наивно" держало в своих мешочках золотые динары, либо серебряные дирхемы, справедливо полагая что "золото, оно и в Африке золото".
В заключение, мне остаётся лишь добавить, что как и в других народностях, процесс бракосочетания заканчивается определённым ритуалом (скажем, в России получил довольно широкое распространение следующий: невеста, стоящая спиной к подругам, бросает через плечо свадебный букет и та из подруг, которая поймает его, может также надеется на свою скорую свадьбу), бухарская свадьба не является исключением. Жених, собрав остатки совместной трапезы и завернув в платок, выходит к своим друзьям и стоя спиной к ним, также бросает свой узелок "на счастье". Слабонервным я настоятельно не рекомендую смотреть на то, что происходит за спиной жениха. В результате всеобщей свалки, в конце концов, какой-нибудь инвалид, с оторванной рукой или ногой, остаётся в живых, теша своё сознание тем, что и ему в скором времени перепадёт подобное мероприятие.
Тўй (Вечернее празднество)
Бухарская невеста. Фото автора.
Этот пункт обряда, который в воображении многих является кульминацией свадебного торжества и ассоциируется со словом "свадьба", по логике вещей, я как раз-таки и должен был опустить, поскольку в старину данный этап являлся не столь важным; во всяком случае, проходил достаточно скромно, а в ряде случаев и вовсе отсутствовал. Сегодня это делается для молодёжи, близких знакомых и родственников, чтобы иметь повод (как бы это сказать помягче?) … Ну, одним словом, чтобы "нажраться". Да, да – того и другого. Следует отметить, что данный этап смог "органично" вписаться в быт бухарцев только благодаря "советской эпохе", которая за семь десятков лет не могла не наложить своеобразный отпечаток на культуру и быт проживающего населения.
Рамки данной статьи не позволяют мне, к сожалению, отвлечься на то, чтобы произвести анализ того, каким образом и в каких сферах жизнедеятельности упоминаемая эпоха произвела структурные изменения, изменив в значительной степени не только уклад жизни, но и коренным образом повлияв на сознание бухарцев. А потому, нет ничего удивительного в том, что в сознании некоторой части сегодняшнего молодого поколения, данное мероприятие имеет чуть ли не главенствующее значение.
Честно говоря, не очень приятно описывать типичное застолье со всей сопутствующей данному мероприятию "инфраструктурой": специально зарезервированный накануне зал какого-нибудь ресторана, специально приглашённый вокально-инструментальный ансамбль, местные артисты и созанда, и, конечно же, неизменный тамада. Ну, совсем, как и везде на постсоветском пространстве. С небольшими различиями, определяющими национальный колорит и традиции. Как и везде, все тихо, торжественно и скромно до… первой стопки; затем – перезвон бокалов и характерный одновременный лязг сотен вилок и ножей; снующие туда-сюда официанты, вечно забывающие донести водку до нужного стола, зато аккуратно успевающие затаривать свои подсобные шкафчики; потом – дебаты почти за каждым столом, под аккомпанемент чего-то там говорящего тамады, которого никто не только не слушает, но о существовании которого напрочь забыли; ну и в заключение, наконец-то, то, ради чего, собственно, и происходит любая "настоящая" свадьба – "вынос тела" отдельных слабаков и, напротив, демонстрация своей силы и мускулов отдельными представителями захмелевшего контингента, что, естественно, не обходится без служителей правопорядка или же "местного ОМОНа".
Конечно, я слишком всё утрирую, но если взять общий срез любого подобного застолья, то буду не так уж недалёк от истины. Впрочем, вы и сами это отлично знаете, без меня.