Всего за 199 руб. Купить полную версию
Невеста была буквально осыпана драгоценностями – бриллиантовые серьги и ожерелье; брошь из бриллиантов и жемчуга; бриллиантовое колье – подарок от Корпорации Лондона; браслет из опалов и бриллиантов – подарок королевы; бриллиантовый браслет, преподнесенный в подарок дамами города Лидса; еще один браслет из опалов и бриллиантов, подарок дам из Манчестера.
Что ж, мода меняется. К тому же Виктория, выходя замуж, была еще юной, недавно взошедшей на престол королевой. Александра же, выходя замуж, становилась принцессой Уэльской, невесткой самой королевы Виктории!
Принцесса Мария Текская была сначала помолвлена со старшим внуком королевы Виктории, герцогом Кларенсом. Для свадебного платья был соткан специальный шелк с узором из ландышей. (Мать принцессы, герцогиня Текская, была внучкой короля Георга III, семья, в основном, жила в Англии, так что неудивительно, что платье собирались сделать как можно более "английским"). Увы, буквально за полтора месяца до свадьбы, в январе 1893 года, жених скончался. Изумительная ткань осталась невостребованной…
Супругом Марии в конце концов стал младший брат покойного (не такая уж и редкость в королевских семьях), будущий король Георг V. Узор для ткани снова заказали в той же мастерской, что и раньше, и там разработали целых пятнадцать вариантов! Все эскизы сохранились до сих пор. Один из них, в виде роз, трилистников, цветов чертополоха, ландышей и флердоранжа, использовали в качестве образца для свадебного наряда принцессы, а остальные – для приданого. На фоне белого атласа переплетались цветы, сотканные из белого шелка и серебряных нитей, так что ткань переливалась при движении. Шлейф был хотя и длинным, но очень простым, без отделки, спереди платье украшали три волана из все тех же драгоценных хонитонских кружев, ими же были отделаны корсаж и короткие рукава. Но на этот раз не было спешного заказа кружевницам – в этих же кружевах выходила замуж мать Марии, герцогиня Текская, теперь же они перешли по наследству.
Когда в 1923 году леди Елизавета Боус-Лайон выходила замуж за сына королевы Марии, герцога Йоркского, будущего короля Георга VI, то ее платье из муара, сшитое портнихой королевы, мадам Хэндли Сеймур, было цвета слоновой кости. Оно было не столько красивым, сколько модным. В "Таймс" его позднее описали как "самое простое". Оно не облегало фигуру и смотрелось достаточно мешковатым. Платье украшали два шлейфа, один из которых шел от бедер, а второй ниспадал с плеч. Цвет был выбран не случайно – королева Мария Текская предоставила невестке длинную фату из старинных фламандских кружев, так что ткань должна была соответствовать им по цвету.
В 1938 году официальным кутюрье королевской семьи стал Норман Хартнелл, прославившийся своими потрясающими вечерними бальными платьями. Уже первый его свадебный наряд заслужил прозвище "восьмого чуда света", и неудивительно, что именно к нему обратилась прославленная писательница, автор дамских романов Барбара Картленд, когда выходила замуж в 1927 году.
А в 1936 его впервые пригласили в Букингемский дворец – готовилась коронация Георга VI, и Хартнеллу заказали наряды для фрейлин королевы. Говорят, что сам король Георг показал ему залу с портретами кисти Франца Винтерхальтера (1805–1873) – художника, прославившегося в свое время великолепными женскими портретами (когда-то его недаром прозвали "королевским художником", Винтерхальтер писал портреты представителей высшей европейской аристократии, включая королев и принцесс). Красавицы в роскошных платьях с пышными юбками по моде середины XIX века вдохновили Хартнелла – впрочем, он черпал вдохновение в работах многих художников прошлого, от Ватто до Ренуара.
Когда в 1947 году дочь Георга, принцесса Елизавета, будущая Елизавета II, выходила замуж за Филиппа Маунтбеттена, Хартнелл снова обратился к живописи. В своей автобиографии он писал: "Я обходил лондонские музеи, вдохновляясь классической живописью, и, к счастью, нашел то, что нужно, – девушка с картины Боттичелли в струящемся вдоль тела шелке цвета слоновой кости, усыпанном цветами жасмина, аспарагусом, и крошечными бутонами белых роз. Я подумал, что всю это флору на современном платье можно воссоздать с помощью хрустальных бусин и жемчуга". (Речь идет о платье Флоры на картине "Весна".)
В тяжелое послевоенное время не так легко было создать роскошное платье, пусть даже речь идет о принцессе. Ей выделили дополнительные сто карточек на одежду (в ходу все еще была карточная система) – что ж, будущая королева, прежде всего – гражданка своей страны. И если у всех одежда по карточкам, то и принцесса – не исключение.
В Англии просто-напросто невозможно было найти столько жемчуга (а Хартнеллу было нужно более десяти тысяч жемчужин), и его пришлось заказывать в США. Шелк заказали в Шотландии, и тут прошли слухи, что он из вражеских шелковичных червей, то ли японских, то ли итальянских. Разразился скандал. К счастью, оказалось, что шелкопряды были китайскими… Возможно, тогда Хартнеллу пришлось пожалеть, что он не воспользовался, как предлагала королева-мать, английским атласом. Но тот был очень плотным и блестящим, а Хартнелл видел будущее платье более нежным. Таким оно и получилось.
"Богато расшитое белое атласное платье переливалось при каждом движении. По ткани были разбросаны букеты из флердоранжа, жасмина и Белой розы Йорков. Они искусно соединились с колосьями пшеницы, символа плодородия. Вышивка была из жемчуга и стразов". Когда тринадцать лет спустя Хартнелл сделает платье для младшей сестры Елизаветы, принцессы Маргариты, то это будет, наоборот, "самое простое платье в истории королевских свадеб". Но принцесса Маргарет выходила замуж даже не за аристократа, а тогда, в 1947 году, к венцу шла будущая королева Англии. Платье обязано было быть роскошным.
Два месяца работы, двадцать пять швей, десять вышивальщиц… Его шили в обстановке, что называется, величайшей секретности. Все сотрудники Хартнелла дали подписку о неразглашении информации, а окна в ателье закрасили белым и завесили плотным муслином. Платье никто не должен был видеть до церемонии! Естественно, все умирали от любопытства, и журналисты пытались добиться своего путем подкупа – не самого кутюрье, конечно, а его сотрудников. Но им это не удалось. Все, что увидел один из репортеров, это как из ателье за день до свадьбы выносили огромную коробку – ее отправляли во дворец.
Платья восьми подружек невесты тоже были хороши – правда, не за счет ткани, а за счет покроя. Эти леди, включая сестру Елизаветы, принцессу Маргариту, и их кузину, Александру Кентскую, использовали все свои карточки на одежду, чтобы достойно выглядеть на свадьбе (платья присутствующих на свадьбе дам должны были быть длинными). Их платья тоже шили в ателье Хартнелла, но использовали тюль, который отпускался без карточек. Зато его вышили крошечными звездочками, а корсажи украсили большими атласными бантами. Волосы украшали небольшие венки, сделанные из белых лилий, розовых "звездчатых" цветов камнеломки, белого атласа и серебряного ламе. Что ж, это был тот самый случай, когда возможности ограничены, но есть желание и умение воспользоваться ими на полную силу…
На все эти платья в свое время любовались тысячи и тысячи людей. Но кто сейчас вспомнит их, кроме специалистов? Между тем, если речь идет о свадьбах представителей английской короны, остается еще одно платье, о котором нельзя не упомянуть, и которое, благодаря современным средства массовой информации, видели и знают едва ли не все. Более того, оно было предметом восхищения и подражания, образцом сказочного платья принцессы. Это платье леди Дианы Спенсер, которая в 1981 году стала супругой сына королевы Елизаветы II, Чарльза, принца Уэльского. Оно может нравиться или не нравиться, кто-то находит его чересчур пышным и вычурным, кто-то волшебным – главное же то, что оно уже заняло свое место в истории королевских свадеб, как "подвенечное платье столетия".
Его создавала супружеская пара молодых (ему было двадцать девять, ей двадцать семь) дизайнеров, Дэвид и Элизабет Эммануэль. Их дом моды открылся в 1979 году, и некоторые вещи так понравились леди Диане, что именно супругов Эммануэль она выбрала, когда речь зашла о свадьбе. И хотя они одевали ее и потом, их заказчиками стали другие члены королевской семьи, и они пользуются популярностью до сих пор (правда, по отдельности, поскольку впоследствии развелись, как и их знаменитая клиентка), подвенечное платье будущей принцессы Уэльской стало пиком их карьеры. Предстояло создать нечто необыкновенное.
В 2006 году, четверть века спустя, Элизабет и Дэвид выпустили книгу "Платье для Дианы", в которой подробно рассказали об истории подготовки, об общении с принцессой, показали эскизы, фотографии и т. д. Отдельно был выпущен особый тираж в тысячу экземпляров – к каждой книге прилагался образец материала из того самого рулона шелка, из которого было сшито платье.
Элизабет писала: "Как только мы узнали, что нам заказывают платье, я тут же начала проводить исследования, изучая все книги, описывающие королевские свадьбы. Платье должно было быть таким, чтобы остаться в истории, и одновременно нравиться Диане. Поскольку церемонии, как мы знали, предстояло пройти в соборе Св. Павла, то платье должно было заполнять проход между рядами и быть весьма впечатляющим. Я нарисовала множество эскизов, и мы все сидели на полу и просматривали их. Пришла и ее мать. Так что выбор, в сущности, не занял много времени, в частности, поскольку мы знали, что может ей понравиться. А вот изготовление самого платья заняло целую вечность, особенно если учесть, что она сильно худела".