Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Али эль-Арайед, в отличие от аль-Джибали, в Париже не учился; зато в его уголовном деле были не только десять лет одиночки, но даже и заочный смертный приговор. Кое-как он сколотил правительство из более-менее нейтральных фигур, но проработало оно лишь до начала 2014, когда премьером стал министр промышленности Мехди Джомаа, который погрел премьерское кресло один год (что он будет техническим премьером, оговаривалось изначально в ходе "национального диалога"), чтобы уступить его аль-Хабибу ас-Сыду.
Ещё осенью 2013 основные тунисские партии и профсоюзы договорились о запуске "национального диалога", который предусматривал сложение полномочий "Тройки" и разработку новой конституции. В процессе "диалога" Али аль-Арайеда сменил на посту премьера Мехди Джом’а. А тут ещё как чёрт из табакерки выскочил престарелый лидер партии "Зов Туниса" аль-Беджи Каид ас-Себси, который принялся настойчиво набиваться в преемники президенту аль-Монсефу аль-Марзуки.
Справка: Аль-Беджи Каид ас-Себси.
Аль-Беджи Каид ас-Себси – человек многогранных талантов. Он застал ещё деголлевскую послевоенную Францию: во второй половине 1940-х учился в Дижоне и Париже. За свою долгую карьеру в политике ас-Себси успел побыть министром внутренних дел, обороны и иностранных дел (в 60-70-е), а также премьер-министром (на несколько месяцев, сразу после революции 2011). Наконец, 31 декабря 2014 он официально стал шестым президентом Туниса.
Так же, как в Египте, "остатки" быстро сбились в новые группы по интересам. Однако, в отличие от Египта, их финансов и полномочий хватило не только на карманную партию, но на движение общенационального характера, которым и стал "Зов Туниса".
4.3. Вторая битва за перевал аль-Касрин
Между прочим, у Туниса есть свой мини-Синай – район Атласских гор на алжирской границе, где также гнездится криминальная тусовка. Рашед аль-Ганнуши долго терпел и даже оправдывал закидоны салафитов, но, поскольку те не выказывали вообще никакой готовности что-то обсуждать, пошёл с ними на конфликт, сперва запретив им проводить свой съезд в городе аль-Кайрауан, а затем начав антитеррористическую операцию в Атласе.
Город аль-Кайрауан был заложен потомками завоевателя Египта Амра бен аль-Аса в первый век хиджры (VII в.) в качестве базы для покорения Магриба. Позже он даже был столицей халифатов Аглабидов (VIII–IX в.) Фатимидов (IX–XI в.). Область, которой правили эти династии – от востока Алжира до запада Ливии – в мусульманской историографии именуется Ифрикыей, т. е. просто Африкой. От тех времён в аль-Кайрауане сохранилась тысячелетняя соборная мечеть и гробницы.
Губерния же аль-Касрин, расположенная на северо-западе страны, вмещает в себя ещё римские памятники и развалины. В 1943 фельдмаршал Эрвин Роммель, бывший, кажется, единственным военачальником в истории, удостоившимся от оппонента (британского генерала Окинлека) титула "колдун" в приказе по армии, снёс со здешнего стратегически значимого перевала оборонявшихся на нём американцев и англичан. 70 лет спустя, в 2013 году, полиция и армия Туниса начали здесь вторую битву за перевал, вылавливая, по их оценкам, несколько десятков боевиков. Рашед аль-Ганнуши сказал по этому поводу следующее: "У нас тут не Палестина, чтоб джихад устраивать".
Тунисский силовой аппарат, действительно, не имеет какой-то особой славы даже на просторах арабского мира (в отличие от, например, иорданского). Обстановка в Ливии регулярно испытывает тунисских силовиков на профессионализм. Тому же способствует подъём исламистских движений, которые легко затягивают в свои сети новых рекрутов в поражённой безработицей стране. В частности, не раз тунисские удостоверения личности находили у убитых боевиков в Сирии.
В служебных командировках я бывал в МВД Туниса. Тунисяне жалуются на нехватку снаряжения и транспорта. В порядке гуманитарной помощи технику и оружие им подкидывают некоторые европейские страны (например, Италия). Прочное сотрудничество налажено с нашим МЧС.
Убийства Шукри Бельыда и Мухаммада Брагими хорошо показали тунисянам, что исламистское правительство не желает заниматься безопасностью тех, кто не принадлежит к его сторонникам. То, что оно показало в экономике, вообще ниже всякой критики. Мало того, что Тунис жил на кредитах, так и кредиты постепенно перестали давать.
(Кстати, меня очень повеселили статьи наших горе-аналитиков по Ближнему Востоку, в которых убитый Мухаммад Брагими именовался лидером "Популярного течения". Вы можете подумать, что это такой гениальный маркетинговый ход – назвать свою партию "Популярной", но это просто товарищи, мимикрирующие под востоковедов, вероятно, переписывали французские статьи (а по-французски и "популярный", и "народный" – ‘populaire’). На самом деле, конечно, партия Брагими называется "Народной" – это же социалисты, в конце концов! Куда им без этого эпитета.)
Исламисты не просто тащили в Тунис оружие из Ливии, но дошли даже до формирования лагерей по подготовке боевиков на тунисской территории! "Тройка" же делала вид, что слухи о всплеске терроризма сильно преувеличены и распространяются её политическими противниками. А Али аль-Арайед, на тот момент – глава МВД Туниса, на голубом глазу заявил, что это лагеря молодёжи, которая любит спорт. Ну, такие вот религиозные и бородатые спортсмены там обучаются. Тренируются, закаляются, готовятся брать пьедесталы в составе сборной команды Туниса на олимпиаде. Рашед аль-Ганнуши вообще считает, что салафиты несут массам новую культуру – так он сам сказал. Даже в этих условиях он ещё и заступался за салафитов. Но сами салафиты аль-Ганнуши всё равно за своего не считали и не считают. Аль-Ганнуши – добротный такой зелёный, вроде спелого кабачка, а салафиты – они чёрненькие такие, как баклажаны. Впрочем, и то, и другое на вкус дрянь, как по мне)
18 марта 2015 в Тунисе произошёл расстрел туристов в музее Бардо (находящемся в одном здании с парламентом). 25 июня того же года Тунис стал одной из точек тройного теракта, поразившего также Францию и Кувейт. А 24 ноября случилось нападение террористов, стоившее жизни 12 сотрудникам тунисской ФСО, после которого президент ас-Себси слегка почистил МВД от исламистов.
4.4. Конституция, парламент, президент
В январе 2014 тунисяне проголосовали "за" новую конституцию (правда, в отличие от Египта, где количество голосов "против" было на уровне статистической погрешности, в Тунисе основной закон одобрило лишь две трети населения). В ней, несмотря на сопротивление исламистов, закреплены принципы гражданского демократического светского общества.
А уже в октябре прошли выборы в парламент, которые показали, что "Тройка" канула в лету. Прежние партнёры братьев-исламистов во власти – "Конгресс за республику" и "Демократический блок" – получили восемь и ноль мест в парламенте соответственно. Само "Возрождение" получило 69 из 217 мест, откатившись на второе место. Как и их египетских коллег, тунисских братьев-исламистов в парламент на своём горбу вывозят политически малограмотные крестьяне с юга страны.
Третьим к финишу пришёл "Патриотический свободный союз" Салима ар-Рияхи (16 мандатов). Эта партия по своему происхождению близка "Партии свободных египтян" Нагиба Сауириса в Египте. Оба – миллиардеры, оба попытались активизироваться в политике после потрясений 2010–2011 годов, освободивших арену. Оба относительно преуспели, прорвавшись в парламент. Теперь они закрепляют успех, скупая газеты и радиостанции. Будущее обеих этих карманных партий, несомненно, обеспечено. Конечно, они не приобретут национального размаха, но всё же разнообразят политикум своих стран. Во всяком случае, их стоит рассматривать как фактор стабильности. Люди, ворочающие миллиардами, конечно, не очень любят договариваться с профсоюзами., но вот хаос и танки на улицах они не переваривают вообще никак. Поэтому одним своим существованием они работают на устойчивость обстановки в Тунисе и Египте.
Лишь одним местом меньше (15) получила четвёртая по значению партия, пробившаяся в парламент. Это то самое "Народное течение" социалистов, членом которого был убитый Мухаммад Брагими; только к выборам оно сколотило вокруг себя блок, по последней моде назвав его "фронтом". Несомненно, судьба Брагими снискала партии народное сочувствие. Пятой партией парламента стали либералы-центристы из "Перспектив Туниса", а на шестом и последнем месте, как уже упоминалось выше, – "Конгресс за республику".
Выдвижение лидера "Зова Туниса" ас-Себси в президенты, произошедшее по итогам выборов, встревожило исламистов: на воре задымилась шапка, а кошка учуяла, чьё разлитое масло она слизала. Новости из Каира, где начались казни египетские, вызывали у тунисских братьев-исламистов нехорошие ассоциации. Упорное нежелание "Возрождения" делиться властью добровольно привело к тому, что поделиться ею пришлось уже принудительно: в ноябре-декабре состоялись выборы президента, на которых свой шанс получил престарелый лидер "Зова Туниса" аль-Беджи Каид ас-Себси, которого тунисцы предпочли аль-Монсефу аль-Марзуки (последнего поддерживало и "Возрождение").