Всего за 109 руб. Купить полную версию
Кроме четырех указанных полков, на основании царского указа от 25 июня 1812 г., еще 9 полков были сформированы в Малороссийском генерал-губернаторстве (Полтавская и Черниговская губернии). Их формирование также велось очень спешно. Все земские комиссары, нижние земские суды и городничие были привлечены к этому делу. Уже в течение пяти дней они должны были представить списки казаков, предназначенных в ополчение. Для более быстрого оповещения населения относительно набора из Полтавы были отправлены три курьера с предписаниями генерал-губернатора. Один поехал на Зеньков, Гадяч, Ромны, Лохвицу и Миргород; другой – Кобеляки, Кременчуг, Золотоношу и Переяслав; третий – на Лубны, Пирятин, Прилуки, Нежин и Чернигов. В этих предписаниях Лобанов-Ростовский, перечисляя главные положения, обращался также к национальным традициям малороссийского казачества, стараясь пробудить в населении былую воинственность предков: "Таково сих полков устройство столь близко или похоже с древним состоянием малороссийских казаков, что нет сомнения, что здешнее казачество не представит одним избранием пользоваться, а польстится употребить сей случай доказать многочисленной формировкой, что они все достойны получить навсегда право составлять из себя защиту и служить не по очереди рекрутской, а по усердию к царю и ревности к ремеслу, в коем отличаться они всегда умели; ибо кто не ведает, что быть дома и быть на войне было сущее дело предков их, и потому ожидать можно, что и без наряду от меня представится из каждой сотни больше одного охотника. После чего мне доведется донести царю, отцу России, что все казаки равно на злодея готовы, а потому оказать повели, всемилостивейший государь, быть им в свободное время дома и от рекрутства свободными, ибо на оборону царства твоего составят они целое войско".
Можно говорить о том, что в последних словах обращения генерал-губернатора содержится косвенное обещание относительно возможности восстановления в будущем прежнего казачества.
Для сбора формируемых 9 полков генерал-губернатор Я. И. Лобанов-Ростовский назначил соответствующие населенные пункты: Полтава, Горошин (современное с. Горошино Семеновского района), Веприк (теперь Гадячский район), Камышной (современное с. Комышня Миргородского района), Серебряный (современное село на Сумщине), Голтва и Пирятин.
Все сформированные полки в сентябре 1812 г. выступили в поход в Калужскую и Тульскую губернии. Уже оттуда они распределялись в разные места по мере надобности. Часть их была направлена на охрану "кордонной цепи", устроенной по границам Минской, Могилевской и Киевской губерний. Эта цепь впоследствии была протянута до самого Киева. Интересно, что этой "кордонной цепью" заведовал не военный, а советник черниговского генерального суда, надворный советник Прудников.
Сохранилось одно донесение Прудникова о том, что в сентябре 1812 г. возле города Абакумова были замечены 4 француза, стрелявшие в казаков. При этом они одному из казаков прострелили полукафтан и "тем выстрелом дали контузию".
Другая часть ополчения была в корпусе генерала Адама Ожаровского и иных военачальников и принимала участие в боях с французами. Сохранились данные об этом от командира 9-го пехотного полка майора Товбичева. Полк этот сражался с неприятелем в Смоленской губернии, где имел несколько серьезных стычек. Удалось в одном сражении захватить до 1 000 человек в плен, без относительно больших потерь со своей стороны. Полк этот дрался также под Красным, где атаковал французов, но вскоре должен был отступить из-за многочисленности неприятеля. В этом сражении был ранен сам Товбичев. И затем полк имел немало стычек с неприятелем, после чего он уменьшился наполовину, погибло более 800 лошадей.
Несколько украинских полков (преимущественно черниговские) находились в герцогстве Варшавском, в распоряжении генерал-лейтенанта Логгина Рота, и участвовали во взятии крепости Замостье.
Известно письмо князю Лобанову от командира 6-го полтавского полка Н. Свечки, в котором тот описывает положение ополчения: "Сиятельнейший князь милостивый государь. Наконец достигаем мы своей цели. Через четыре месяца, стоя в лагерях, под крепостью нового Замостья! Имея верное сведение от дезертиров, что скоро сдадут нам сию крепчайшую обузу. Большая часть воинов, находящихся в ней, умерли от цинготной и голоду. Каждый солдат получает не больше фунта хлеба в сутки. Да на неделю полтора фунта лошадиного мяса, а господа офицеры за раритас [редкость] покушали всех кошек. Сей день была сильная вылазка. И пули, и ядра летели, как град. Но кончилось малою потерею с нашей стороны. Счастливейший есть для меня сей день по объявленному приказу, что и мы, и корпусный наш начальник, господин генерал-лейтенант Рот, поступаем под команду князя Дмитрия Ивановича. О! как бы я счастлив был попасть к нему с полком в телохранители. Ей богу, не пожалею до последней капли крови живота в каком бы то ни было случае.
Стоящие здесь войска совершенно обезмонетились, так что ежели б не благодетельные маркитанты, наверное бы ели казацкую кашу с сухарями, ибо за десять месяцев не получаем жалованья, нами уже заслуженного, а более прискорбно смотреть на нижних чинов, которые, в довольно уже холодное время, несут службу в ветхой одежде и без обуви. Наконец, сиятельнейший князь, позвольте беспокоить вас и о моем положении, то есть не о себе лично, а об оставшейся жене моей и брате, коих не отрешите, сиятельнейший князь, взять под мощную защиту вашу. А я на службе милостивого нашего монарха, с двенадцатилетним и единственным моим сыном, не надеюсь ни о чем нуждаться, а ласкаю себя надеждою пользоваться его милостями. За честь поставляю пребыть с совершенным высокопочитанием и такою же преданностью вашего сиятельства и проч. Николай Свечка…"
Имеются также указания о походе некоторых полков ополчения в Западную Европу. 3-й Черниговский полк "был во Храм-фурте (Франкфурт) на марше в Швейцарию". "Но он был во Франции, что было в январе 1814 года. 4-й казачий полк побывал в Гамбурге, а 5-й Черниговский полк был привлечен к устройству летучей почты в корпусе адмирала Чигагова". Это основные сведения об участии ополчения в военных действиях.
Известно также, что князь Лобанов осенью 1812 г., заботясь о медицинской помощи ополченцам, устроил лазарет в городе Добрянке. Врачом был Воронкевич, занимавший должность поветового врача. Поветовый начальник Бугович после ревизии этого госпиталя писал Воронкевичу: "Вашим старанием наблюдается в оном чистота, продовольствие пищею, а равно пользование больных медикаментами производится в исправности и успех выздоровления очевиден". В госпитале, во время его ревизии, было около 100 больных.
Вопреки ожиданиям, что казачество сохранится, императорским указом от 30 сентября 1814 г. ополчение было отпущено в "дома свои". Для понимания причин этого необходимо учитывать, что еще в распоряжении о создании казачьего войска указывалось следующее: "По миновании в Украинских полках надобности, все они распустятся в домы свои; но уже навсегда останутся принадлежащими войску и по первому востребованию обязаны явиться на службу и составить опять свои полки; для чего и должны они иметь во всегдашней исправности оружие, одежду и лошадей, содержа всё на своем уже коште и освобождаясь за то от всяких других по государству повинностей. Дети их принадлежать будут также оному [войску]. Тем же из них, коих бы помещики не нашли для себя выгодным принять в селения свои, отведутся для водворения земли казенные".
Указ о роспуске полков командиры получили 15 октября. В нем говорилось о том, что повелено: "малороссийское ополчение, из казаков составленное, отправить в свои губернии, где и они расположены будут по усмотрению малороссийского генерал-губернатора. Во изъявлении же особенного благоволения к сему ополчению государь император всемилостивейше пожаловать соизволил при сем случае нижним чинам не в зачет жалованья по два рубля на человека ассигнациями единовременного вознаграждения".
Исходя из этого полковым командирам предписывалось следующее:
"1) По собрании, на основании ближних откомандировок людей, тотчас выступить со вверенными им полками и следовать по прилагаемому здесь маршруту в Полтавскую губернию, где встретит вас малороссийский генерал-губернатор повелением о том, в каких именно местах должно будет вам расположиться.
2) По принятии от генерал-кригс-коммисара Татищева всемилостивейше пожалованных денег единовременно по два рубля на человека, выдать оные тотчас всем нижним чинам по рукам и наблюсти, дабы они непременно имели на себе исправную одежду и обувь; с возвращением же в Россию, во всей сумме, какая вам отпущена будет, представить отчет малороссийскому генерал-губернатору.
3) Во время следования наблюдать во всем порядок и дисциплину и чтобы все офицеры находились всегда при своих местах, также иметь попечение о сбережении людей в пути, о продовольствии оных и о призрении больных, что возлагается на особенную обязанность и ответственность вашу.
4) Ежели на походе могут найтиться из числа откомандированных или выздоровевших в госпиталях людей, командуемому вами полку принадлежащие, то всех таковых забирать и присоединять к себе.