Легкий крейсер "Ворошилов"
Командование Черноморского флота опасалось немецкой авиации. Правильно. Немецкая авиация делала с советскими кораблями все, что хотела. Потому что ДО ВОЙНЫ адмирал Октябрьский НЕ ЗАПЛАНИРОВАЛ противовоздушную оборону кораблей в достаточном объеме. Новейшие крейсера ("Молотов" и "Ворошилов" типа "Эудженио ди Савойя") имели всего по восемь 100-мм и девять 45-мм зенитных полуавтоматических (темп стрельбы - 12 выстрелов в минуту, "бофорс" калибра 40 мм выпускал за эту же минуту более 60 снарядов) орудий - жалкий мизер! Подобное количество зенитных средств не способно было создать над крейсером достаточный "зонтик" ПВО просто потому, что для уничтожения одного атакующего самолета (по опыту войны) необходимо было в среднем выпустить не менее 600 снарядов (всяких разных). Торпедоносец (или бомбардировщик), атакующий крейсер, находился в зоне действенного огня его зенитных средств не более минуты. За эту минуту вся зенитная артиллерия крейсера могла выпустить лишь 130–140 снарядов - чего было катастрофически недостаточно для уверенного поражения воздушной цели. Поэтому новейшие черноморские крейсера большую часть войны старательно избегали в ней участия, лишь изредка совершая транспортные рейсы в осажденный Севастополь.
Но у Черноморского флота до войны в строю было 88 торпедных и 96 сторожевых катеров (считая катера погранохраны) - их-то можно было использовать для эвакуации! Потеря "морского охотника" ничего не значила для судеб войны - утлое суденышко в 20–30 тонн водоизмещением при двух "сорокопятках" и двух ДШК можно было построить за считанные дни на любой верфи, строящей до войны рыбацкие шаланды. Но даже этими корабликами Октябрьский решил не рисковать - так, слегка обозначил эвакуацию.
Англичане для эвакуации своих отцов, братьев, сыновей привлекли все, что держалось на воде. Потери тоннажа при эвакуации Дюнкерка были кошмарны - 243 судна из 860 участвовавших в операции "Динамо" - но оставить своих солдат на милость немецких танкистов Англия не могла. Она спасла своих сыновей ценой гибели сотен кораблей и судов - и никому на Острове эта цена не показалась чрезмерной.
Октябрьский и Буденный бросили в Севастополе без надежды на спасение СОРОК ТЫСЯЧ солдат и офицеров.
Они предали их. И им за это ничего не было.
9
Но это были герои вчерашних дней, 1942 год - время появления во главе советской военной машины настоящих, а не придуманных полководцев, которые, может быть, не умели правильно конспектировать "Капитал" (а может быть, и вообще его не читали), но умели и могли управлять войсками на поле боя так, чтобы добиться победы. И не важно, что при этом у них было сомнительное, с точки зрения коммунистического ортодокса, прошлое (маршал Василевский, например, был царским подполковником, а Рокоссовский перед войной сидел в лубянских подвалах как "враг народа"). Важно, что они умели воевать и могли побеждать врага. Важно, что они умели и хотели сражаться за Отечество.
Тяжелые поражения весны и лета 1942 года окончательно сокрушили в СССР идеологию коммунистического интернационализма. И когда в начале сорок третьего года, в преддверии победы в великом Сталинградском сражении, было принято решение об упразднении в войсках института военных комиссаров - оно стало последним погребальным ударом колокола по интернационал-троцкистской идеологии в Советском Союзе. А роспуск Коминтерна зимой 1943 года лишь подтвердил простую истину - отныне СССР будет вести войну в СВОИХ СОБСТВЕННЫХ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСАХ, пренебрегая интересами и мирового коммунизма, и мировой вненациональной финансовой олигархии.
10
19 ноября 1942 года войска Донского и Сталинградского фронтов переходят в наступление и через несколько дней смыкают кольцо окружения 6-й немецкой армии у Калача. Это - перелом в воине, перелом в психологии солдат и офицеров, перелом в мироощущении каждого русского человека, не важно, на фронте или в тылу.
Тяжелый танк Pz-VI, 1943 год,
19 ноября 1942 года - это дата, с которой начался отсчет истории Советского Союза как истории великой державы.
19 ноября 1942 года - это день начала национально-освободительной войны советского народа против Германии, закончившейся 2 мая 1945 года капитуляцией берлинского гарнизона.
Победа под Сталинградом, кроме всего прочего, произошла благодаря прочно к этому времени обозначившемуся превосходству РККА над вермахтом в живой силе и технике. В ноябре 1942 года в Красной Армии числилось 390 стрелковых и кавалерийских дивизий, 254 стрелковых, механизированных и танковых бригад (в пересчете на дивизии - еще 127 оных), 17 танковых и механизированных корпусов, 30 укрепленных районов (УР по орудиям и минометам равнялся дивизии, крепко уступая последней в числе солдат и офицеров). Всего на вооружении этих войск было 77 851 орудие и миномет, 7 350 танков и самоходных установок.
Английский пехотный танк "Матильда"
Вермахт имел на Восточном фронте 266 дивизий, в которых было 51 680 орудий и минометов и 5 080 танков и штурмовых орудий.
Надо учитывать тот факт, что к ноябрю 1942 года положение немецко-итальянских войск в Африке близилось к катастрофическому финалу, к тому же англичане уже начали пробовать на прочность "Атлантический вал". То, что их рейд на Дьепп окончился большим "пшиком" (из 28 танков "Черчилль" 22 утонуло в полосе прибоя, остальных в упор расстреляла немецкая артиллерия, оставшихся в живых канадских десантников немцы загнали в лагеря), означало лишь то, что они повторят его - но уже совсем в другом составе. Оставалось лишь узнать, когда.
11
Впрочем, союзники не спешили с "крестовым походом в Европу". Осень сорок второго года - время боев в Северной Африке, начало эпопеи Гуадалканала, время частных (я бы сказал - "учебных") наступлений англо-саксов. Причем желательно против итальянцев и прочих разных войск Виши - с немцами они пока еще весьма и весьма осторожны. Право измотать вермахт, истребить побольше немецких солдат они "благородно" уступили Красной Армии. Что она старательно и делала в течение последующих двадцати шести месяцев.
Я не стану в этой главе подробно описывать ход боевых действий на Восточном фронте начиная с 3 февраля 1943 года и заканчивая 16 апреля 1945 - все и так хорошо осведомлены о нашем победоносном наступлении, иногда - удачном и почти без потерь, чаще - со многими нашими жертвами в людях и кошмарными потерями в технике (операция "Багратион": немцы - 409 400 солдат и офицеров убитыми, ранеными и пленными, также вермахтом в Белоруссии потеряно 1 800 танков, 730 самолетов, около 3 000 орудий и минометов. РККА - 765 815 человек убитыми и ранеными, 2 967 танков и САУ подбитыми, 822 самолета сбитыми, 2 447 орудий и минометов потерянными). Тем не менее - мы продвигались на Запад, к апрелю 1944 года выйдя на государственную границу с Румынией, к июлю - с бывшей Польшей.
А почему бы нам не продвигаться на Запад? Слава Богу, в 1944 году советская военная промышленность выпустила 2 450 000 винтовок и карабинов, 1 970 000 пистолетов-пулеметов, 439 тысяч пулеметов и 122 тысячи орудий, почти 29 тысяч танков и самоходок, а самое главное - 219 миллионов снарядов и мин.
Да и поставки по ленд-лизу в это время достигли максимума - союзники теперь не жалели грузовиков, самолетов, тушенки и ботинок в оплату за русскую кровь.
