Д. О. Якубовский утверждает, что 14 сентября 1993 г. в Канаде А. Ильюшенко и А. Макаров "в присутствии королевской конной полиции, нотариусов, адвокатов и прочих граждан" засвидетельствовали, что "до настоящего времени" "никаких документов" им он не передавал.
Не передавал их А. Котенкову?
Этот вопрос Д. О. Якубовский предпочел обойти стороной. И не случайно. "Трастовый договор" сразу же вызвал сомнения. Если верить А. Караулову, в ночь с 17 на 18 августа он поделился ими с А. Макаровым. Тот заверил его, что поставит в известность об этом президента. А днем на специальной Пресс-конференции в компании с А. Ильюшенко, Ю. Калмыковым и А. Котенковым представил этот документ как подлинный.
Прошло совсем немного времени, и в конце 1993 г., когда A. В. Руцкой находился в тюрьме, прокуратура признала договор фальшивкой. Такой же, как и документы против B. П. Баранникова и А. Ф. Дунаева.
В отношении членов Межведомственной комиссии возбудили уголовное дело по "обвинению их в изготовлении подложного документа", но затем прекратили его "за отсутствием состава преступления".
Ну какое это преступление?
Ведь люди старались не для себя. Для демократии.
Последние приготовления
"Начало сентября, - читаем мы в воспоминаниях Б. Н. Ельцина. - Я принял решение. О нем не знает никто. Даже сотрудники из моего ближайшего окружения не догадываются, что принципиальный выбор мною сделан. Больше такого парламента у России не будет".
Вот вам и демократия. Хочет президент, будет один парламент, не хочет - другой.
"В голове у меня, - пишет Борис Николаевич дальше, - была готова и модель дальнейших действий, и примерная схема указа". Что они представляли собою, мы не знаем, но, как признается бывший президент, его мысль давно уже работала в этом направлении.
"Многое, - пишет он, - было запланировано заранее, ЕЩЕ в июне, июле, августе, что-то я перенес, от чего-то отказываться было нельзя, но и эти задолго намеченные мероприятия я использовал, чтобы лучше подготовиться к этим событиям".
О том, что президент действительно давно уже готовился к силовому решению вопроса, свидетельствует то, что "еще в июне-июле 1993 года в секретном порядке из Дома Советов были вывезены стрелковое и противотанковое оружие и боеприпасы, которые хранились там с 1991 года". И по крайней мере, начиная с июля в Москву стали свозить группы омоновцев по 10–15 человек из разных городов и формировать из них "сводную бригаду".
Из "откровений" Д. О. Якубовского явствует, что его тайное пребывание в Кремле 23–29 июля было связано с поисками путей бескровного устранения Верховного Совета. Среди тех, с кем он обсуждал эту проблему, бывший "кремлевский затворник" называет М. И. Барсукова и А. В. Коржакова.
31 июля на страницах "Правды" появилась статья Г. Овчаренко "Готовится покушение". В ней утверждалось, что в ночь с 27 на 28 июля Политсовет "Демократической России" принял решение добиваться устранения от власти противников реформ. Далее в статье говорилось, что отставка В. П. Баранникова и А. Ф. Дунаева - это первый шаг на этом пути.
4 августа с опровержением от имени руководства "демороссов" выступил Михаил Яковлевич Шнейдер. Он заявил, что "Демократическую Россию" возглавляет не Политсовет, а Координационный совет, что он собирается по четвергам (между тем 27 июля приходилось на вторник) и что незаконных действий его партия не планирует.
Опровержение трудно назвать убедительным. Автор не опроверг главного - что руководство "Демократической России" собиралось в ночь с 27-го на 28-е и рассматривало вопрос о необходимости перемен на вершине власти.
5 августа 1993 г. в печати появилась "Аналитическая записка по политической ситуации в России на август - сентябрь 1993 г.". В ней тоже упоминалось совещание в ночь с 27 на 28 июля и утверждалось, что оно решило дать старт подготовке к перевороту. С этой целью, говорилось в записке, предлагается начать обработку общественного мнения под знаменем борьбы с угрозой коммунистического реванша. Затем намечается использовать заседание Межведомственной комиссии по борьбе с организованной преступностью, огласить материалы о "заговоре" А. В. Руцкого и Р. И. Хасбулатова, после чего обнародовать указ Б. Н. Ельцина о проведении осенью новых выборов.
В эти самые дни в правительстве развернулась борьба вокруг вопроса о реформах. 20 июля, вскоре после токийской встречи "семерки", была создана комиссия, подготовившая под руководством О. И. Лобова "Проект программы неотложных мер выхода России из экономического кризиса". В основу этого проекта легла идея о необходимости усиления государственного вмешательства в экономику
Вопрос о необходимости корректировки правительственного курса получил поддержку как со стороны парламента, так и со стороны Российского союза промышленников и предпринимателей. Его лидеры А. П. Владиславлев и А. И. Вольский выступили на страницах печати с публикациями, названия которых говорят сами за себя: "Пора менять вектор реформ" и "Весьма вероятный государственный переворот".
В ответ на это член Президентского совета Александр Яковлевич Лившиц выступил на страницах "Известий" со статьей "Министерский план "спасения экономики" может поставить крест на реформах". Проекту программы О. И. Лобова была противопоставлена программа экономических реформ, подготовленная под руководством известного экономиста Евгения Григорьевича Ясина.
6 августа состоялось заседание правительства. Программа Е. Г. Ясина получила одобрение. Однако в созданную дляее доработки комиссию В. С. Черномырдин включил не только А. Б. Чубайса, но и О. И. Лобова. Это означало продолжение борьбы, хотя и на другом поле.