Но особенно яростным нападкам, далеко выходящим за рамки нормальной научной критики, подвергли меня двое сотрудников НАСА. Это меня особенно расстроило, поскольку с одним из сотрудников этой организации - капитаном Робертом Фрейтагом, заместителем директора Отдела перспективных программ Управления космических полетов НАСА, мы были приятелями.
С Бобом Фрейтагом меня познакомил известный писатель-фантаст Артур Кларк. Когда Боб приезжал в Лондон, мы часто обедали вместе, выбирая для этого рестораны с экзотической кухней - венгерской, китайской и прочей. Как-то раз, когда мы встретились с ним в Вашингтоне, Боб сказал, что хотел бы познакомить меня со своим другом - Джеско фон Путткамером. Насколько я могу судить, барон фон Путткамер был одним из тех немецких специалистов-ракетчиков, которые прибыли в США вместе с Вернером фон Брауном. Во время нашей встречи я рассказал им обоим о "Мистерии Сириуса".
И как же я был поражен, когда позже оказалось, что фон Путткамер самым возмутительным образом оклеветал меня в письме, написанном на бланке НАСА и направленном моему немецкому издателю. (По-видимому, кто-то из его коллег попросил барона отрецензировать мою книгу для какого-то журнала.) В письме, датированном 11 июля 1977 года, фон Путткамер писал, что я ничем не отличаюсь от фанатичного сторонника "летающих тарелок" и выстраиваю свои теории, по сути дела, на пустом месте. "Это скорее религия, чем наука… Работа Темпла в научном смысле совершенно беспомощна. В ней нет ни малейшего намека даже на какие-либо подтверждающие доводы, не говоря уже о серьезных доказательствах в пользу его гипотезы".
Далее фон Путткамер выражал желание выступить во Франкфурте с лекцией на эту тему - если его туда пригласят.
В сентябре 1977 года я написал Бобу Фрейтагу следующее письмо:
"Издательство Умшау Ферлаг, планирующее выпустить немецкий перевод "Мистерии Сириуса", переслало мне копию письма, написанного Вашим другом Путткамером и содержащего крайне отрицательный отзыв обо мне и о моей книге. Это письмо было написано на бланке НАСА и послано от имени Отдела перспективных программ. Поскольку письмо Путткамера может быть воспринято как выражение официальной позиции НАСА, я вынужден просить Вас прислать опровержение в адрес моего издателя и в мой собственный. [Путткамер] утверждает, что я использовал его имя в одной из телепередач, представив его сторонником моей гипотезы. Это полнейшая ложь.
По словам Путткамера, я сделал это "намеренно и с целью придания своей книге более высокого статуса".
Я глубоко обеспокоен клеветой, которую распространяет один из ваших друзей. Путткамер также приписывает мне мысли, которые я никогда не высказывал (например, предположение о том, что в истории о Гильгамеше речь идет о визите инопланетян; насколько я могу судить, это идея фон Дэникена). При этом он признается, что не читал второй части книги, в которой я, собственно, и рассматриваю эпос о Гильгамеше".
Судя по ответу Боба Фрейтага, поведение фон Путткамера его тоже возмутило:
"Я не знал о содержании его письма и о неприятностях, которые оно Вам причинило.
Прежде всего, хотел бы сразу опровергнуть причастность Отдела перспективных программ и НАСА в целом к этому письму. Все сказанное в нем является всего лишь частным мнением г-на фон Путткамера… Я предложил ему немедленно связаться с Вами и с Вашим издателем и объяснить, что он писал исключительно от своего имени, а никак не от имени НАСА.
Буду рад узнать о Ваших дальнейших планах и публикациях. С удовольствием встречусь с Вами в Лондоне, чтобы поговорить на интересующие нас темы".
В письме фон Путткамера, которое я получил в октябре 1977 года, говорилось:
"Моя точка зрения на вашу книгу вовсе не выражает официальной позиции НАСА. По-видимому, это впечатление возникло, поскольку я использовал для своего письма официальный бланк этой организации… Сожалею, что моя небрежность заставила вас предположить, что в письме выражена официальная точка зрения НАСА…"
По словам Путткамера, он также не имел никакого намерения оскорблять меня.
Странно, однако, что сотрудник НАСА выдвинул совершенно безосновательную с астрономической точки зрения гипотезу - предположив, что некогда Сириус В мог быть виден невооруженным глазом. Такое невежество в астрофизике меня поразило: Путткамер, похоже, и не вспомнил о параллаксе, который в любом случае не позволил бы увидеть невооруженным глазом Сириус В на фоне Сириуса А, даже если первый и был когда-то обычной звездой, а не белым карликом.
Вот, собственно, и все о бароне Джеско фон Путткамере.
Куда больше хлопот доставил мне другой сотрудник НАСА - не из числа подчиненных капитана Фрейтага. Противодействовать его усилиям было несравненно труднее.
Я не хочу называть здесь его имени. Скажу только, что он обратился к Артуру Кларку (с которым до того времени он не был знаком), в самых резких выражениях понося мою книгу и меня лично. Артур позвонил мне из Шри-Ланки и сообщил об этом. У него сложилось впечатление, что этот человек обращался и к другим известным лицам - в частности, к Айзеку Азимову. Артур полагал, что мне необходимо быть в курсе этих происков.
В 1997 году Би-би-си подготовила телевизионный документальный фильм из серии "Горизонт", озаглавленный "Дело о древних астронавтах". Со мной заключили контракт, и я впервые предстал на телевизионном экране как исследователь проблемы палеовизитов.
Первоначально предполагалось, что речь в основном будет идти именно о моих исследованиях, но продюсер - Грэм Мэйси - предпочел уделить основное внимание критике Эриха фон Дэникена. Дэникена Грэм стер, можно сказать, в порошок, но меня в этой части фильма даже не упомянули; я готовил материалы для последних пятнадцати минут фильма, посвященных загадке Сириуса. Здесь уже Грэм был в своих суждениях значительно более осторожен, проводя четкую грань между моими "обоснованными гипотезами" и "вздорными суждениями фон Дэникена". У меня сохранилась запись дикторского текста к фильму; в нем меня характеризуют как "упорного, осторожного и исключительно компетентного исследователя".
И лишь со временем Грэм рассказал мне, что в процессе подготовки программы ему неоднократно звонил некий американец. Грэм сказал, что этот человек очень нервничал и настаивал на "исключении Роберта Темпла из программы". (Сам он, разумеется, был готов дать интервью в любое время дня и ночи.) По словам Грэма, ему надоели эти приставания и он попросил оставить его в покое. Как продюсер он сам решает, кого включить в программу, а кого не включать.
Звонивший подчеркивал, что он работает в НАСА, и это обстоятельство вдвойне не понравилось Грэму. Похоже было, что американские власти активно не желали видеть меня в центре внимания массмедиа.
Надо ли уточнять, что это был тот же самый человек, который звонил Артуру Кларку?
Кстати сказать, на официальном уровне НАСА так никогда и не отмежевалось от попыток дискредитировать меня и мои исследования.