Всего за 231 руб. Купить полную версию
Тем не менее обе эти работы включены в современные сборники политических сочинений Локка, вышедшие под редакцией Д.Вуттона и М. Голди [44] . При этом Вуттон склоняется к тому, что "Основные законы Каролины" – в основном работа Локка, в то время как "Письмо знатного лица" – в основном работа Шефтсбери, а Голди считает обе работы принадлежащими Локку. "Письмо знатного лица своему другу в деревне" включено и в одно из последних научнокритических изданий Локка. Таким образом, и "Основные законы Каролины", и "Письмо знатного лица" продолжают фигурировать как работы, принадлежащие локковскому "канону". Почему?
Причиной является то, что и Голди, и Вуттон придерживаются приблизительно одной концепции, берущей свое начало в уже упомянутом научно-критическом издании "Двух трактатов о правлении" под редакцией Питера Ласлета. Поразительно, как общая концепция может влиять на интерпретацию даже опровергающих ее документов, заставляя маркировать и их в качестве подтверждающих.
Суть концепции заключается в том, что политическая мысль Локка привязывается к конкретному историческому периоду, а именно "кризису исключения". Помимо этого, утверждается, что для понимания Локковых идей необходимо помнить о его близких отношениях с первым графом Шефтсбери, деятельность которого, особенно в последний период его жизни, якобы сыграла определяющую роль в формировании политических взглядов Локка и задает главный контекст создания "Двух трактатов о правлении". Вехами в этом "формировании" и служат, для последователей Ласлета, "Основные законы Каролины" и "Письмо знатного лица". Именно они позволяют "привязать" Локка к контексту Шефтсбери.
Но был ли Локк их автором? Доказать, что был, невозможно. Доказать, что не был, трудно. Но шанс все же имеется.
В 1871 г. вышла биография первого графа Шефтсбери, написанная У. Д. Кристи, в которой цитировался отрывок из письма Локка графу Пемброку от 28 ноября / 8 декабря 1684 г. [45] Кристи счел это письмо достаточным основанием для того, чтобы сделать вывод о том, что автором "Письма знатного лица" является Шефтсбери. Фокс-Борн счел его основанием для вывода о "политической невинности" Локка. Приведем несколько отрывков из этого письма:
"Меня часто удивляло, при том образе жизни, который я вел, и при том складе характера, который меня отличал… что меня сделали автором столь многих памфлетов, разве только по той причине, что из всей семьи милорда я более других имел дело с книгами. Я думал, что такое мнение обо мне излечат время и содержащиеся в нем противоречия и что наиболее подозревающие меня лица в конце концов перестанут приписывать мне сочинения, содержание и стиль которых, верю я (ибо никогда не видел памфлетов, которые мне приписывают), настолько сильно различаются, что вряд ли могли быть написаны одним и тем же автором, к тому же гораздо более способным человеком, чем я. <…> И что же это за странная судьба, наградившая меня репутацией далеко не самого последнего сочинителя, хотя я ничем ее не заслужил. Думаю, что два или три стихотворения, напечатанные под моим именем [46] , не могли создать мне такой репутации. За этим исключением я решительно протестую и заявляю в присутствии Бога, что не являюсь автором не только клеветы, но и какого бы то ни было печатного памфлета или трактата, доброго, злого или нейтрального. Мои всегдашние опасливость и робость в отношении публикаций, даже в вопросах весьма далеких от каких-то клевет и бунтарства, настолько хорошо известны моим друзьям, что многие из них могли бы, уверен, выступить моими компургаторами [47] ".
Аналогичное заявление Локк сделал в письме Э. Кларку от 22 декабря 1684/1 января 1685 г. [48]
Разумеется, эти два письма Локка вызывают у современных историков разные оценки. Биограф Шефтсбери– К. Хейли считает, что Локк "темнил" [49] . Р.Ашкрафт, для которого письма Пемброку и Кларку подрывали всю его концепцию Локка как радикала, дал еще более резкую оценку. Письмо Пемброку, пишет он в своей книге, "содержит так много виляний и прямой лжи, что… занимает уникальное место как самый недостоверный и один из самых загадочных текстов, когда-либо написанных Локком" [50] . "Радикальная" позиция Р.Ашкрафта, во всяком случае, отличается последовательностью и отсутствием недоговоренностей. Если "Два трактата" были написаны в начале 1680-х гг. и если мы считаем полноценным автором этого труда Локка, то мы должны считать письма графу Пемброку и Эдварду Кларку спасительной ложью, а самого Локка – радикальным мыслителем, который был вынужден скрываться от властей в ссылке, а на гребне "славной" революции триумфально вернулся в Англию, достал спрятанное перед ссылкой сочинение и наконец опубликовал свой главный политический труд.
И Хейли, и Ашкрафт, приводя свои доводы, не обращают внимания на слова "в присутствии Бога". Локк не мог написать эти слова, не отвечая за них в полной мере.
Вернемся к письму: "Я никогда не делал ничего неподобающего против Его Величества или против правительства: в моей жизни не было ничего меня позорящего, и я не припоминаю ничего, что следовало бы расценить как правонарушение. Я никогда не состоял ни в каких подозрительных клубах или заговорщических кликах, был мало знаком и почти ни с кем не знался в доме, где происходило столь многое, а из тех немногих, с кем я водил дружбу, делал выбор в пользу людей книжных" [51] .
По словам Локка, его собственное состояние за время "столь долгого" пребывания в доме Шефтсбери почти не увеличилось, и теперь, пишет он, "получив столь мало пользы от службы ему при его жизни, я должен испытывать столь великие страдания теперь, когда он умер".
Вообще говоря, тезис о какой-то особенной дружбе Локка и Шефтсбери не получает подтверждения и основывается лишь на свидетельствах первых биографов – Жана Ле Клерка и Пьера Коста. Локк выполнял работу секретаря нескольких комиссий в период, когда Шефтсбери занимал пост лорда-канцлера, т. е. в начале 1670-х гг. Но был ли он его личным секретарем? Во многих работах, затрагивающих тему отношений Локка и Шефтсбери, отмечается также, что они даже обедали за разными столами: Локк был "приписан" к столу графского стюарда – Томаса Стрингера [52] , при этом за собственным столом Шефтсбери делил компанию со своим капелланом и школьным другом Локка Натанаелем Ходжесом [53] . Известно также, что во время выездов в Уайтхолл Локк находился не в карете с патроном, а всю дорогу шел рядом с экипажем. В письме Локка Пемброку сквозит неприязнь к Шефтсбери, которая находит свое выражение и в меморандуме, который он составил перед смертью по просьбе третьего графа Шефтсбери.
Письма Локка Пемброку и Кларку многое говорят об отношении их автора к Шефтсбери. Но если признать, что Локк не лгал (а стоит ли предполагать иное?), то из этого следует, что он не имел прямого или вообще какого-либо отношения к составлению "Основных законов Каролины" и "Письма знатного лица". Раз и в кодицилле не оказалось этих работ, это означает, что он был далек от процесса их создания, в лучшем случае выступал как переписчик или стенографист. Вспомним: Локку стоило немалых сил признать "своими" "Два трактата о правлении", но он все же это сделал.
Из письма Пемброку следует также, что "Два трактата о правлении" были написаны уже после смерти Шефтсбери. Но в таком случае на момент своего исключения из колледжа Крайст-Чёрч в конце 1684 г. Локк оказывается автором: 1) консервативных трактатов 1660–1662 гг., вероятно написанных по просьбе декана колледжа Крайст-Чёрч Джона Фелла; 2) плана лекций, которые фон Лейден назвал "Опытами о законе природы"; 3) "Опыта о толерантности" 1667 г. – переписанного набело рукой Локка некоего текста, вероятно служившего домашней заготовкой для продвигавшегося тогда лордом Ашли Купером (т. е. Шефтсбери) очередного "билля о снисхождении"; 4) совместных с Джеймсом Тиррелом заметок о только что вышедших публикациях Эдварда Стиллингфлита 1681 г. (до сих пор по какой-то причине опубликованных в крошечных фрагментах).
Необходимо помнить, что ни одна из этих работ не была опубликована при жизни Локка и даже их названия являются условными и придуманы позднейшими публикаторами. Локк никогда не собирался публиковать эти свои сочинения. Да и чего только не бывает в архивах! Если же "убрать" из "канона" приписанные Локку работы "Основные законы Каролины" и "Письмо знатного лица" и предположить, что "Два трактата" написаны уже после смерти графа Шефтсбери, то становится весьма сомнительным, что Локк когда-либо был теоретиком колониализма, идеологом вигов и радикалов, соратником Шефтсбери и активным участником политических баталий и заговоров 1670-х – начала 1680-х гг.
Сомнительной оказывается и вся детально разработанная историографическая конструкция, толчком к созданию которой послужила поправка Де Мезо – Коллинза, фундаментом стала гипотеза Ласлета, а само здание с многочисленными и порой альтернативными выводами возвели многочисленные последователи Питера Ласлета в 1970-2000-х гг.
Все дальнейшее изложение, с одной стороны, представляет собой критический анализ современных историографических концепций (в том числе и выводов Ласлета), а с другой стороны, является попыткой иного взгляда на фигуру Локка и на контексты его политической мысли.