Глава II
Помимо рынка конспирологической литературы существует и рынок антиконспирологических работ, эффект которых нередко столь же контрпродуктивен, как и некоторых конспирологических: если эти последние нередко компрометируют анализ закрытых сторон реальности как таковой, то их антиподы своей слабостью или ангажированностью, стремлениям доказать, что никаких заговоров в природе нет, что, например, Линкольна и Кеннеди убили одиночки и т. п., добиваются обратного эффекта. К таким работам, в частности, относится книга Д. Пайпса "Заговор. Мания преследования в умах политиков". Уже из названия видно, что автор, сын известного русофоба Р. Пайпса, приравнивает ТЗ к паранойе. О работе Д. Пайпса, как и о ее авторе, на котором природа явно отдохнула (достаточно почитать его рассуждения), самих по себе не стоило бы говорить. Однако эта работа доводит до логического конца типичную антиконспирологическую аргументацию, активно замешанную на тупом антикоммунизме, и тем показательна, а потому взглянём на неё поближе.
Пайпс высмеивает "конспирологические" теории убийства Кеннеди (он согласен с официальной версией!), создания Федеральной резервной системы (ФРС), Французской революции. "Сплясал" он и по поводу "Протоколов Сионских мудрецов", напирая на роль этого документа в "конспирацизме". В реальности в послевоенный период "Протоколы…" не играют практически никакой роли в конспирологической литературе. Но дело даже не в этом. Чёткий ответ по поводу протоколов дал Герберт Уэллс - писатель, разведчик, человек из "закулисы", причём намного более информированный, чем оба Пайпса, вместе взятые. На вопрос: фальшивка "Протоколы…" или нет, автор "Машины времени" ответил, что этот вопрос иррелевантен, т. е. не имеет значения, поскольку в мире всё произошло так, как расписано в "Протоколах…". Повторю: Уэллс "работал" на таком уровне, куда пайпсов и близко не подпустят.
Все ТЗ Пайпс-младший, примитивизируя и оглупляя их, сводит к схемам поисков каверз масонов и евреев, автоматически навешивая на конспирологов ярлык "антисемитизма". Д. Пайпс - не единственный "критик конспирологии", прибегающий к этому дешевому жульническому трюку. Нередко исследователей, ищущих скрытые механизмы истории и политики, обвиняют в поисках "мирового правительства", "жидомасонского заговора", ну а от "жидомасонского заговора" один шаг не только до "масонов", но и до "жидов" и, следовательно, до обвинения в антисемитизме. Пайпс вешает антисемитизм на левых, но ведь исторически антисемитизм - это, как правило, "забава" правых, и сам же Пайпс связывает конспирологию и с правыми. Где логика? Он даже утверждает, что в 1989 г. с исчезновением советского блока исчезла и самая мощная в истории фабрика ТЗ. Бедный-бедный Пайпс. Он, по-видимому, незнаком с основами марксизма, исторического материализма, которые в том виде, в каком они развивались в СССР, исключали ТЗ по определению, поскольку акцентировали роль "объективных массовых процессов" и "законов истории". Ярлык "советского конспирацизма" Пайпс пытается навесить на любое противодействие СССР агрессивным акциям США во внешнеполитической и идеологической сферах.
"Советским конспирацизмом" Пайпс называет "непомерный страх коммунистических режимов перед заговорами" в результате того, что они, как пишет Пайпс, сами же поверили в созданный ими образ врага. По Пайпсу, выходит, что у СССР и соцстран не было врагов - они их выдумали; т. е., выходит, не было директив Совета национальной безопасности США об атомной бомбардировке советских городов. Практически любую критику в адрес США Пайпс квалифицирует как проявление ТЗ. Можно порекомендовать ему почитать Зб. Бжезинского, Г. Киссинджера, Дж. Фридмена и др., которые откровенно говорили и говорят о тех агрессивных планах США, которые Д. Пайпс квалифицирует как "конспирологические выдумки". Пайпс, по-видимому, идиот в исходном, греческом смысле слова: идиот - человек, который живёт так, будто окружающего мира не существует.
Показательно, что Пайпс не осмелился назвать свою работу научным исследованием - она не выдерживает минимальной проверки на научность. Её цель в другом - опорочить в глазах широкой публики любые попытки анализа реальных тайных пружин политики, и особенно - американской политики.
У работы Пайпса есть антиподы - ультраконспирологические схемы, авторы которых видят заговоры везде. Это крайности, посередине - скучноватый мейнстрим, в котором не столько анализируются (для этого много что надо знать и немало продумать), сколько излагаются и каталогизируются ТЗ (классика - работа Й. Р. фон Биберштайна) или даётся попытка их культурологической интерпретации (например, П. Найтом).
Хотя обе эти книги более спокойные по тональности, чем многие другие опусы подобного рода, у них есть заданная направленность, которая видна в подзаголовках. Для Найта "культура заговора" - это одновременно и реальное, до сих пор нераскрытое убийство Кеннеди с практически доказанным реально существовавшим заговором, и популярный сериал. Так сознательно стирается грань между реальностью и вымыслом и возникает некая зыбкая "культура заговора", где социальное содержание событий исчезает, растворяется в фантастике. А самое главное - снимается необходимость поиска причинно-следственных связей, который может поставить ряд неприятных или просто неприемлемых для истеблишмента вопросов.
В ещё большей степени это так в случае с фон Биберштайном. Он разбирает схемы, в которых в качестве заговорщиков фигурируют философы, масоны, евреи, либералы и социалисты. Но не финансисты, не капиталисты, не династические семьи, не аристократия, поскольку такой анализ, имеющий, кстати, солидную доказательную базу, подошёл бы опасно близко к реальным секретам западной системы, буржуазного общества. Тайная криминальная история капитализма, в которую в качестве активно действующих лиц, субъектов замешана верхушка, - реальность; при таком подходе уже трудно будет дать заголовок "Миф о заговоре" - с капиталом всё конкретно, и фон Биберштайн прекрасно это понимает, "тренируясь на кошках" - на философах, социалистах, на тех, кто не создаёт проблем.
В целом работа фон Биберштайна полезна - судя не только по библиографии, но и по тексту, автор перелопатил огромный пласт конспирологической и антиконспирологической литературы. К сожалению, работа написана в "немецком стиле" - много знания и не так много понимания, отсюда либо легковесные, либо приземлённые суждения - автор знаком с книгами по узкой теме, но не очень хорошо представляет себе более широкую историческую реальность. Впрочем, повторю: как стартовым историографическим материалом "Мифом о заговоре" вполне можно пользоваться.
Моя работа - не историография конспирологии, тем не менее необходимо упомянуть те работы, которые обычно помещают у её истоков и которые задали определённую логику её развития и логику её критики, особенно недобросовестной. Прежде всего, нужно назвать "Памятные записки по истории якобинства" (1797) аббата Огюстэна Баррюэля, "О тайных обществах и их угрозе государству и религии" Джона Робинсона и "Триумф философии в XVIII веке" Йогана Августа Старка. По сути, это трио и сформулировало нечто вроде масонско-иллюминатской повестки дня развития конспирологии и антиконспирологии на добрую часть XIX в. Хотя Баррюэль был не первым, кто связал масонство с революцией (пионер здесь - священник Жак Франсуа Лефран с его "Сорванным покрывалом"), и хотя документами его активно снабжал Старк, всё же именно этот аббат оказался главной фигурой у истоков конспирологии - по детальности и одновременно охвату исследования, весьма масштабному по меркам конца XVIII в., да и не только. В первом томе ("Антихристианский заговор") он подробно описал как англофил Вольтер со товарищи вели идейную подготовку подрыва монархии и христианства; во втором томе ("Заговор софистов и мятеж против королей") рассказано о союзе философов и масонов; третий том ("Нечестивый и архаический заговор софистов" - так же называется и четвёртый том) посвящён баварским иллюминатам, а в четвёртом показано, как заговор реализовывался в реальности.