Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Древнейшее арийское учение Заратуштры утверждает, что царь света Ормузд действием воли и Словом своим сотворил первое человеческое существо, из семени которого "впоследствии извлек первую человеческую чету, Мешиа и Мешиану" /49/.
Названия двух древнейших цивилизаций несомненно несут в себе имя Мосе: Месопотамия (или Междуречье – территория современных Ирана, Ирака и Кувейта), где зародился древний Шумер, а позднее процветал библейский Вавилон (по-еврейски – Сеннаар), и Мицраим (еврейское название, означающее смешение), он же древний Кем – современный Египет – и др. – русск. Миср. Мы найдем это имя в разных его транскрипциях в именах древнейших народов, из которых пока укажем только на самое интересующее нас: мосхи.
О возможной связи народа мосхов и имени Москвы с именем внука Ноева, сына Иафетова Мосохом (Мешехом) написано немало. Теория "Москва – Мосох" занимает исследователей уже не первое столетие. Ее противники ссылаются на неоднократные негативные упоминания о Мосохе ветхозаветным пророком Иезекиилем.
"Сын человеческий! обрати лице твое к Гогу в земле Ма-гог, князю Роша (русск. Рос; в Острожской Библии – "князю Росску". – С. М.), Мешеха и Фувала, и изреки на него пророчество" /Иез 38:2/. Пророчество же состоит в том, что Бог Израиля принесет эти вышедшие "от пределов севера" народы (или народ) вкупе со многими другими (персами, эфиоплянами, ливийцами и проч.) в "великую жертву", так что птицы и звери полевые будут "есть жир до сытости и пить кровь до опьянения" "всех откормленных на Васане" /Иез 38:39/.
Библеистика в большинстве упоминаний отождествляет имя Магог со скифами и, опираясь на сообщение Геродота о походе скифов на Палестинские земли до границ Египта (VII в. до Р. Х.) и их последующем страшном поражении /50/, считает пророчество Иезекииля исполнившимся.
Другие же склонны видеть в этом предсказании перекличку со строками Откровения Иоанна Богослова о последних временах, где также упоминается грозное имя Гога и созвучное ему – Магог.
"Когда же окончится тысяча лет, сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на брань; число их – как песок морской.
И вышли на широту земли и окружили стан святых и город возлюбленный.
И ниспал огонь с неба от Бога и пожрал их" /Откр 20:7–9/.
Вопреки общепринятому, остережемся пока именовать весь народ (или народы) Гога и Магога "врагами Божиими". Прежде всего потому, что, мощные по силе, эти имена до времени не раскрыты. А также потому, что, с поправкой на всегда спорную в таких случаях пунктуацию, в этом стихе Апокалипсиса можно видеть не вообще все народы "земли Гога и Магога", но лишь часть их – именно прельщенную часть, среди которых ни Роса, ни Мешеха поименно не находим.
Что же касается противоречивых сведений о Мосохе и мосхах, имена которых в истории оказались связанными с именами многих, в том числе очевидно неарийских, народов, то не забудем напомнить, что рядом с именем Мосоха-Мешеха, сына Иафетова, в Библии упоминается Мосох-Ме-шех, сын Симов /1 Пар 1:5, 17/.
Библейские тексты неоднократно преподносят нам эти таинственные имена-дубли, затемняющие суть религиозной истории, начиная с Еноха, сына Каина, и Еноха, живым перенесенного Богом в жилище блаженства, так что он "не видел смерти" /Евр 11:5/.
К связи имени нашей столицы с именем Мосоха и мос-хов, видимо, придется вернуться неоднократно. Еще М. В. Ломоносов высказывался по этому поводу: "Мосоха, внука Ноева, прародителем славенского народа ни положить, ни отрещи не нахожу основания" /51/.
И к этому поныне не разрешенному вопросу рискнем присоединить еще не встречавшиеся, кажется, соображения.
Насмешливое украинское прозвание москвичей и вообще русских москали, на наш взгляд, уводит во времена по крайней мере не позднее похода аргонавтов за Золотым руном в Мосхийские горы (западная часть Малого Кавказского хребта), где колхи (кохлы, хохлы – обычная языковая метатеза, как медведь – ведмедь) обитали в то время рядом с мосхами (москалями), имя которых и сохранилось в названии этой территории. Возможно, им, колхам-хох-лам, и принадлежало в то время нечто, связанное со священными знаниями о слове, известное нам из греческой мифологии как Золотое руно. Между прочим, аргонавты совершали свой поход под знаком змея, а наименование их корабля неслучайно дало современное слово жаргон и указывает на утрату ими священного знания. Мосхи же, согласно смыслу их имени, вероятно, были хранителями рода священной крови. (Мосхи – МОСО КИ, Мессианская Кровь; колхи – КОЛО КИ, Солнца Кровь.) Колхи утратили Руно, и с тех времен о нем не осталось никаких сведений.
Разумеется, настаивать на этой версии, требующей детального изучения, преждевременно. Мы посчитали необходимым хотя бы кратко изложить ее потому, что в "Слове об ариях" встречаем понятие ИЕРЕ РОНИ, которое перевели как иереи Рун, или иереи Священного письма, иереи Священного Слова. О том, что древние тексты могли нести одновременно несколько разных пластов информации, включая эзотерическую, тайную, специалистам по древнему письму известно. Не это ли тайное знание привлекало аргонавтов? И не его ли хранителями были ИЕРЕ РОНИ Пе-руджианского камня?
Но вернемся к имени Мосе. В разных транскрипциях: Моисей, Муса, Моса, Меша, Меса, Месе(на), Мезе(нций) и др. – оно время от времени встречается в Библии и других древних источниках. У русских оно отчетливо различимо в уменьшительных (от еврейских будто бы имен) Маша и Миша.
С точки зрения пракорней или по крайней мере арийских, и прежде всего славянских, языков это двуосновное имя может быть осмыслено как: Мой Сущий, Мой Благий, Единый со Мной, Мне Равный или Мне Подобный – МО СУ(СЕ,СО) /Фасмер, т. III, с. 539–540, 586, 591, 791/ .
В русском языке это отчужденное в ходе религиозной борьбы слово сохранилось напоминанием в ласкательных масенький и мизинец (ср. египетское дитя), а также в словах муж, мочь – "сила, возможность", мощи – "тело умершего, прославленное нетлением и чудесами" /Срезневский, т. II, стб. 180–181/, – и искони, видимо, означавшими именно мощь духовную.
В свою очередь представления о мочи как силе продолжения рода связано с древнейшими знаниями народов о том, что всю силу рода несет в себе первородный ребенок /Втор 21:15–17/. (Этим, видимо, и обусловлены стремление библейского Иакова "перекупить" право первородства у брата Исава, а также акты избиения первенцев в Ветхом Завете).
Во всяком случае, так мы можем объяснить, почему в тексте Перуджианского камня вслед за именем МОСЕ РА идет идеограмма 1, что мы и переводим как Первый, а точнее – Первенец.
А теперь, после самых кратких и необходимых пояснений, вернемся в моавитские земли – в Моаб.
Поскольку события, описанные в тексте Перуджианско-го камня, происходят именно здесь, на что указывает и сам топоним Моаб, и имена многих других городов, расположенных на его территории, а также в силу особости имени МОСЕ, естественно было обратить внимание на один из библейских эпизодов, связанных с именем моавитского царя Месы (или Меши).
Исходя из библейского рассказа и хронологии библеи-ста А. П. Лопухина /53/, можно предположить, что описанные Ветхим Заветом события, столь точно совпавшие с событиями текста Перуджианского камня, происходили в конце X – начале IX вв. до Р. Х. при десятом царе израильском Иораме (Иегораме) и отражены в Четвертой книге Царств /гл. 3/.