Всего за 129 руб. Купить полную версию
И что всё это значит?
Половое созревание - время чудовищных физических, психологических и эмоциональных изменений. Неудивительно, что подростки чувствуют себя немного не в своей тарелке. Им приходится приспосабливаться ко всем этим изменениям, быть внимательными в школе, делать домашние задания, разбираться с первыми отношениями, первыми поцелуями и миллиардом других вещей.
Учитывая всё это, просто постарайтесь быть немного терпеливее.
Краткая сводка по половому созреванию
Половое созревание - период значительных физических, психологических и эмоциональных изменений.
Ваших детей это сбивает с толку не меньше вас.
Возраст, в котором начинается половое созревание, становится всё ниже, и детям приходится иметь дело с этим всё раньше.
Если вы не хотите, чтобы ваши дети носили вульгарную одежду, не покупайте ее.
Разговаривайте с вашими детьми о сексе и сексуальности.
Чем больше вы объясните им про секс, тем легче им будет принять правильное решение.
3
Основа третья
Сумасшедший дядюшка Джек
Кто-то сказал, что все дороги ведут в Рим, но я в этом не уверен. Помню, как-то раз в 8 году до Р. Д. (за восемь лет до рождения детей) мы с женой путешествовали по Италии. Мы пытались попасть в Рим. Это не так уж трудно, особенно если учесть, что Рим - довольно большой город. Странно, но мы обнаружили, что ни одна дорога не ведет в Рим. В какой-то момент мы подъехали к Риму довольно близко, но потом дорога почему-то свернула в сторону Германии. Это трудное путешествие стало испытанием для наших отношений.
"Почему ты просто не остановишься и не спросишь кого-нибудь?" - предложила жена.
"Пустая трата времени", - ответил я довольно резко.
"Не груби", - сказала она.
Я закатил глаза, как это делают мужья-мученики: "Они все говорят по-итальянски. Проклятие, какой в этом смысл?"
"Смысл в том, - сказала она с терпением, которым обладают только жены-мученицы, - что они могут показать".
Я на секунду задумался. Конечно, она была права - показать рукой может каждый. Но гордость взяла верх, и только через полчаса я согласился спросить дорогу в Рим. К моему огромному разочарованию, человек, который указал нам верное направление, не только очень хорошо говорил по-английски, но даже нарисовал карту.
"Видишь? - ехидно добавила жена, когда сорок минут спустя мы въехали в Рим. - Я же тебе говорила".
* * *
Я ничего не видел, а даже если бы видел, то никогда бы не признал, что она права. Теперь (хотя, опираясь на собственный опыт, я готов поспорить с тем, что все дороги ведут в Рим) я точно знаю, что все трудные подростки ведут к сумасшедшему дядюшке Джеку.
Кстати, позвольте представить вам семью Буп и их милую дочку Бетти. Мистер и миссис Буп когда-то были приятными людьми. Теперь это не так. Они оставили попытки быть приятными уже лет сто назад, когда их дочери стукнуло тринадцать. Раньше она была принцессой, да и сейчас оставалась ею… М-да, принцессой тьмы. В следующей главе мы поговорим об этом подробнее, а пока… Скажем, в доме семьи Буп всё шло не так уж гладко.
Миссис Буп начала рыдать еще до того, как я закончил свою занимательную небольшую вступительную речь. Мистер Буп выглядел несколько смущенным и… сдавшимся. Я попросил их рассказать о Бетти, и это было похоже на то, словно я вскрыл фурункул скальпелем. Из них так и хлынуло.
"Раньше она была такой милой, - говорила миссис Буп, и я слышал боль в ее голосе, как будто она была ранена. Конечно, она была ранена. По-настоящему, жестоко и глубоко. - Не знаю, что случилось. Она стала такой …ужасной, такой злой".
Мистер Буп грустно кивал. Он выглядел потрясенным, рассерженным и в то же время убитым горем. Он тонул в непонимании, сбитый с толку дочерью, которая разве что только не плевалась зеленой кислотой, вращая головой на 360 градусов и разговаривая по-арамейски. Мистер Буп старался помочь жене, измученное сердце которой было разбито на тысячи кусочков.
Они рассказали мне обо всех обычных приемчиках, всех причиняющих боль, грязных, жестоких вещах, которые с пугающей легкостью вытворяют девочки в этом возрасте. Бетти превратилась в кошмар, и родители не могли понять почему. Я позволил им выпустить пар и, дождавшись подходящего момента, включился в разговор.
"Она когда-нибудь называла вас сукой?" - спросил я миссис Буп.
Она грустно кивнула.
"Долбаной сукой?"
Снова печальный кивок.
"Долбаной злобной сукой?"
Миссис Буп слегка приободрилась.
"Нет", - ответила она, и в ее голосе зазвучала надежда.
Я махнул рукой: "Не волнуйтесь, скоро назовет".
Маленький пузырь надежды лопнул с тихим, едва слышным хлопком.
"Думаю, нужно рассказать вам о сумасшедшем дядюшке Джеке", - сказал я.
Родители Бетти, казалось, были обеспокоены тем, что я собираюсь рассказывать им о своем спятившем родственнике. Но я не собирался.
"Представьте на секунду, - сказал я, - что вся ваша семья собралась и решила, что сумасшедший дядюшка Джек будет жить с вами. Никто больше не желает иметь с ним дело, потому что он безумен и пахнет мочой, и они подсунули его вам".
Мистер и миссис Буп внимательно слушали.
"А теперь представьте, что вы сидите и смотрите вечером телевизор. Начинается реклама, и вы оборачиваетесь, чтобы спросить сумасшедшего дядюшку Джека, не хочет ли он чашечку чая. Он смотрит на вас с минуту, а потом начинает прыгать. "Да пшел ты! - вопит сумасшедший дядюшка Джек. - Точняк, блин, ты сука, долбаная сука…" - и мчится в свою комнату в подвале, извергая проклятия. Ну что, это испортит вам вечер или вы просто подумаете: "Ох, сумасшедший дядюшка Джек снова бесится, ничего удивительного"?"
Миссис Буп пожала плечами: "Наверное, я подумаю, что он псих, и не стану переживать".
Я глубокомысленно кивнул (а это не так уж просто): "Вы примете это на свой счет?"
"Нет".
"Будете ли вы задумываться о том, прав ли старый, безумный, вонючий дядюшка Джек? Начнете ли искать в себе причины его поведения?"
"Нет".
"Так почему, - спросил я, - вы расстраиваетесь, когда Бетти ведет себя как дядюшка Джек?"
Она пожала плечами: "Когда вы так об этом говорите… даже не знаю".
"Считается, что период полового созревания - одна из ступеней развития, - продолжал я, - но это миф. На самом деле это больше похоже на психическое расстройство".
И тут миссис Буп впервые рассмеялась.
"Когда я был подростком, - сказал я, приводя в качестве примера собственное безумие во время полового созревания, - мы с братом не на шутку дрались из-за того, кому разбирать сушилку для тарелок".
Мы на самом деле дрались по тридцать - сорок минут почти каждый вечер из-за того, кто должен вытирать и убирать тарелки. Закон тут был бессилен, это сложное дело вызывало длинные и жестокие споры. Один из нас мыл тарелки, а другой вытирал, но мы почему-то никак не могли договориться, кто будет разбирать сушилку. Мы были словно граница между Северной и Южной Кореями и следили друг за другом, как коршуны. Дело доходило до драки, и я готов был биться до последнего издыхания, утверждая, что сушилку должен разбирать брат, потому что он всё еще держал крышку от кастрюли, когда я уже положил в сушилку последнюю ложку. Я был готов пожертвовать жизнью, только бы не отступить.
"Но вот что странно, - продолжал я, - эта сушилка до сих пор стоит у нас дома, и, когда несколько лет назад я гостил у родителей, я мыл посуду и вспомнил об этих драках. Я засек, сколько требуется времени, чтобы разобрать сушилку. Три секунды. Но когда я был подростком, мне ни разу не пришло в голову, что умнее всего было позволить брату думать, что он выиграл, разобрать сушилку и жить дальше. Никто ни разу так не поступил. Я действительно думал, что если мне придется ради чего-то умереть, то я умру ради этого. Я буду биться до последнего из-за сушилки для посуды, и если я умру, то, по крайней мере, останусь человеком принципов".
Бупы, которые выглядели уже не такими убитыми, улыбались (наверное, вспоминали свои закидоны в том возрасте).
"Псих, - сказал я. - Вот кем я был - гребаным психопатом. Пару лет назад я спросил маму, что она думала о наших драках, и знаете, что она сказала? Она сказала: "Я думала, что вы сошли с ума". Моя мама - очень здравомыслящий человек Единственная и самая большая ошибка, которую совершает большинство родителей: они воспринимают неприятные и отталкивающие вещи всерьез. Если бы вы не стали обращать внимание на сумасшедшего дядюшку Джека, то почему обращаете внимание на безумную Бетти?"
"Значит, мы просто не должны переживать из-за того, что она говорит?" - спросил мистер Буп.
"Именно".
"Есть ли какое-нибудь лечение?" - спросила миссис Буп, которая заметно оживилась, когда поняла и приняла все, о чем я говорил.
"Да, - сказал я, - конечно".
"Какое? Может быть, таблетки?"
Я покачал головой:
"Есть только одно лечение для тринадцатилетних. Оно эффективно на сто процентов и абсолютно натуральное".
"Что же это?" - спросили родители хором.
"Четырнадцатилетие, которое можно вылечить пятнадцатилетием, а последнее - шестнадцатилетием".
Они снова засмеялись. Смех гораздо лучше слез.