Всего за 52.8 руб. Купить полную версию
В принципе любые крупные негативные события на финансовом и фондовом рынках серьезно сказываются на работе отраслей производственной инфраструктуры: снижение интенсивности реальной экономической деятельности отражается на уровнях потоков транспортных средств, объеме перевозок, потреблении энергоресурсов и т.д. Однако процесс этот неоднозначен и противоречив. Например, девальвация национальной валюты способствует росту экспорта, а значит, приводит к оживлению работы морских портов, аэропортов, других транспортных коммуникаций, ориентированных на внешний рынок.
Многие инфраструктурные проекты в конце 1990-х гг. были прекращены вследствие высокой инфляции и обесценивания национальных валют. Экономический спад резко уменьшил доходы компаний. Инфляция привела к большим затратам финансовых ресурсов. Обесценивание валюты сделало невозможным во многих проектах производить обменные операции с иностранными валютами, выполнять международные обязательства, платить по долгам.
Потоки иностранных инвестиций на развивающихся рынках в 1999 г. уменьшились почти в два раза по сравнению с 1994 г. Большое число проектов в области платных дорог, портов, аэропортов прекратили свое существование из-за банкротств, а сами дороги были национализированы или перешли на государственное финансирование. Часть контрактов с иностранными инвесторами была перезаключена на иных, более тяжелых для стран-реципиентов финансовых условиях. Многие положения концепции партнерства государства и частного сектора были пересмотрены.
Одни страны (Республика Корея, Малайзия) достаточно быстро преодолели последствия финансовых кризисов, в других (Индонезия, Филиппины, Аргентина) негативные результаты проявляются до сих пор.
Будущее проектного финансирования в инфраструктуре представляется достаточно противоречивым. С одной стороны, кризисные события на международных финансовых рынках 1990-х гг. привели к определенному пересмотру концепции управления рисками при реализации проектов ГЧП. С другой стороны, учитывая сокращение государственного сектора и возрастающие потребности в финансировании производственной инфраструктуры, предстоит и далее совершенствовать методы проектного финансирования, изыскивать формы и способы предоставления различного рода гарантий, в первую очередь правительственных.
Итак, финансовые кризисы 1990-х гг. имели ряд последствий.
1. Риски увеличились . Повысились страховые премии политического и валютного риска. Если взносы по страхованию политического риска инвестиций в развивающиеся страны в период максимальной активности иностранного капитала в конце 1996 г. упали до 3–5%, то за два-три последующие года они повысились до 7–10%. Неуверенность в развитии мировой экономики и экономики развивающихся стран продолжает отрицательно сказываться на процентных ставках по страхованию рисков.
2. Более высокими стали затраты на обслуживание долговых обязательств . Сохраняющиеся предпосылки потенциальных девальваций и по-прежнему существующие финансовые трудности обусловливают высокие ставки по кредитам. Проекты инфраструктуры, которые имеют большой коммерческий риск, сталкиваются с более высокими ставками процента, чем другие, в частности краткосрочные, проекты. Процент, равный ставке ЛИБОР [42] плюс 6–10%, не является для современных инфраструктурных проектов ГЧП исключительным явлением. По нашему мнению, условия функционирования финансовых рынков улучшатся нескоро.
3. Срок долговых инструментов сократился . Инфляция и нестабильность привели к сужению горизонтов кредитования инфраструктурных проектов до 5–7 лет (по сравнению со сроком 8–10 лет в середине 1990-х гг.), что стало главной проблемой для многих проектов инфраструктуры. Однако процесс этот неоднозначен. Некоторые крупнейшие банки и страховщики, стремясь обеспечить себе конкурентные преимущества, завоевать новые рынки, опираясь при этом на свои капиталы, пошли на увеличение максимальных сроков предоставления инвестиционных кредитов и их страхования.
4. Размер акционерного капитала, требуемого для реализации проектов, увеличился . Проекты, в структуре финансовых активов которых ранее 70% составляли кредиты, а 30% – акции, теперь в большей степени привлекают для своей реализации акционерный капитал: чаще всего на акционерный капитал приходится 40% финансовых активов. В будущем по многим проектам доля банковского кредитного капитала может снизиться до 50%.
5. Источники формирования активов изменились . Кризис ограничил круг участников проектов ГЧП. В результате правительства при разработке тендеров на инфраструктурные проекты стали чаще обращаться не к финансовым институтам, а к строительным и отраслевым компаниям. Кроме того, увеличилось давление на правительства с целью сделать проекты более привлекательными за счет правительственных гарантий, кредитов, субсидий, налоговых и иных льгот.
6. Воспроизводственная структура реализуемых проектов изменилась . Все большее число из них осуществляется по линии модернизации и расширения существующих объектов инфраструктуры, а не создания новых. Одна из тенденций – объединение инфраструктурных проектов в "пакеты" для предоставления частному сектору комплексных концессий, включающих объекты разного качества и отраслевой принадлежности.
7. Появился "суперкласс" спонсоров, банкиров, инвесторов. В каждой отрасли это приблизительно 15–20 транснациональных проектно-строительных компаний, ряд финансово-промышленных групп, которые имеют значительный капитал и обеспечены эффективной финансовой поддержкой государства. Ядро "суперкласса" составляют банки и отраслевые компании по строительству энергетических объектов, трубопроводов, аэропортов, железнодорожного хозяйства, автомобильных дорог. Именно они определяют стандарты и правила игры на инвестиционных отраслевых рынках и приемлемые условия проектного финансирования.
8. Накоплен значительный опыт проектного финансирования. За десятилетие, прошедшее после финансового кризиса 1990-х гг., проектное финансирование пережило множество удач и неудач на пути реализации проектов инфраструктуры с привлечением частного сектора. Ряд проектов оказались весьма поучительны с точки зрения экономики строительства, использования финансовых моделей, анализа чувствительности, влияния макроэкономических факторов, потребности в стимулах, регулирующих мерах и государственной поддержке. К 2007 г. рынки переходных экономик развивающихся стран оправились от кризиса, в полной мере реализовав за прошедшее десятилетие потенциал ГЧП. Однако сегодня, в период нового кризиса, возникает острая необходимость провести квалифицированный анализ проектного финансирования, для того чтобы использовать опыт неудач, а также преимущества новых инструментов и приобретенного знания. Только при таком условии можно ожидать в будущем появления более жизнеспособного проектного финансирования, в частности за счет институционализации новых схем ПФ с участием российских институтов развития и международных финансовых организаций.
Экономический и финансовый кризис в России, разразившийся 17 августа 1998 г., был вызван огромным государственным долгом, искусственно завышенным курсом рубля, неспособностью экономических агентов оплачивать в срок свои обязательства и удовлетворять предъявляемые им законные денежные требования. Кризис привел к объявлению российским правительством дефолта со всеми вытекающими отсюда тяжелыми последствиями для экономики и населения.
В то время правительство – ни само, ни с помощью частного сектора – не осуществляло практически никаких капитальных вложений в инвестиционные проекты ГЧП, проживая производительный капитал, созданный в СССР. Дефолт привел к переосмыслению многих концепций экономического развития страны. Падение курса рубля по отношению к основной мировой валюте – американскому доллару в четыре и более раза в совокупности с последовавшим в начале 2000-х гг. ростом мировых цен на сырье и энергетические ресурсы привело к повышению конкурентоспособности на мировом рынке некоторых видов отечественной продукции, росту экспорта. Это стало материальной основой высоких темпов развития экономики и социальной сферы вплоть до середины 2008 г., когда в России вслед за ведущими странами мира разразился финансово-экономический кризис.
Влияние кризиса 2008–2009 гг. на ГЧП
Можно отметить ряд фактов, позволяющих оценить влияние финансово-экономического кризиса 2008–2010 гг.
1. Замедление развития ГЧП в развивающихся странах.
За период с июля 2008 г. по март 2009 г., по данным Всемирного банка, темпы заключения контрактов ГЧП снизились: на 30% упало число подписанных контрактов и на 15% уменьшился объем инвестиций. В первую очередь это произошло за счет отмены или задержки реализации относительно мелких проектов, тогда как важные проекты, имеющие высокий приоритет для государств, продолжали реализовываться.
При этом наиболее серьезно кризис сказался на проектах ГЧП в сфере транспорта и водоснабжения: число заключенных контрактов в сфере транспорта уменьшилось на 40%, а размер инвестиций – на 50%; в сфере водоснабжения было подписано на 60% меньше контрактов на сумму ниже показателя аналогичного периода прошлого года на 37% [43] .
2. Проекты ГЧП получили значительную государственную поддержку.
Мировой финансовый кризис привел к тому, что многие частные инвесторы – участники проектов ГЧП столкнулись с трудностями в привлечении заемных средств. Из-за возрастания кредитных ставок частные инвесторы в некоторых случаях оказались неспособны выполнять взятые на себя обязательства, что поставило под угрозу проекты ГЧП. В результате, например, в Великобритании за 2008 г. было заключено только 34 контракта ГЧП (для сравнения: в течение предшествующих десяти лет каждый год подписывалось как минимум по 60 контр актов).