Всего за 176 руб. Купить полную версию
Теперь ответьте на элементарный вопрос: каков будет исход шахматной партии, если один шахматист (коллективный Запад) желает победить, а другой (коллективный Путин) шантажирует своего противника тем, что в случае отказа от ничьей он не будет доигрывать партию? Но отказаться-то он не может! Отказ от игры уже означает поражение, пусть без эффектного мата, но поражение.
Отказ доигрывать донбасскую партию означает, что ВСУ переходят в наступление и в течение трех недель с ЛуганДонией без вмешательства российской армии будет покончено. А вмешательство "отпускников" повлечет за собой очередной Минск-3, где коллективный Путин будет иметь позиции еще более слабые, чем во время Минска-1, вне зависимости от того, где пройдет линия фронта.
В общем вопрос стоит так: готов Кремль допустить военный разгром Донбасса или нет? В случае, если он допустит разгром ЛуганДонии, рейтинг Путина рухнет ниже плинтуса, потому что при отрицательных успехах внутри страны потерпеть разгром на внешних фронтах означает, что царь не оправдал доверия масс – не только допустил войну (что само по себе уже плохо), но и проиграл ее. При этом формально он проиграет ее не НАТО и США, а Украине. Можно ли представить больший позор для бесноватого?
Но у Кремля есть и другая военная проблема – Сирия. В эту войну Путин влез в совершенно безумной надежде "обнулить" украинский вопрос. Но он не только не решил украинскую проблему, а приобрел еще несколько новых, включая проблемы с Турцией, которая раньше считалась чуть ли не другом РФ наряду с Китаем и Венесуэлой. Сейчас кремлевский режим напоминает акробата, причем нетрезвого, который отчаянно балансирует над трясиной, стоя на двух гнилых кочках – Сирии и Украине. Если хоть одна нога сорвется – акробат утонет…
Поняв, что сирийский "ход конем" привел Москву в полную жопу, Путин начал торговаться и по капитуляции в Сирии. Смысл предложения сводится к тому, что Запад берет РФ в свою антидаишевскую коалицию для сохранения лица, а взамен Путин сливает Асада. И снова мастер многоходовочек позорно облажался. Запад с ухмылочкой заявил, что в помощи Путина не нуждается. В итоге в Сирии действует целых три коалиции – российская (РФ, Иран и Асад), западная (США, Великобритания, Франция, Турция, курды и ССА) и саудовская, которая, по сути, есть филиал западной коалиции. Не исключаю, что и ДАИШ тоже пляшет под вашингтонскую дудку. Шансов на победу у Путина тут нет даже гипотетических. Зато вероятность увязнуть в конфликте, который будет пожирать все больше средств и сил, – стопроцентная.
Не ровен час, "партнеры" еще и в Афганистан Вову затащат. Легитимность режима продолжит падать, нефть – дешеветь, положение быдла – ухудшаться. И через год (два, три, четыре, да хоть через пять) путинский режим свергнут сами же нынешние упоротые путинисты-ватники по тунисскому сценарию. Но есть и другой вариант краха режима, более вероятный.
Чтобы понять ближайшие перспективы РФ (дальних перспектив у нее нет, как их нет у больного, умирающего от рака), надо разобраться со структурой ее экономики. Наша модель – четырехсекторная, в которой действуют четыре экономических агента:
1. Домохозяйства.
2. Фирмы.
3. Государство.
4. Иностранный сектор.
Все четыре агента являются сообщающимися сосудами. Рост экономики, которым нас пугает наше дебильное правительство, может произойти лишь в случае роста хотя бы в одном секторе. То есть если будет приток средств хотя бы в одном сосуде, уровень повысится во всех прочих. А если хоть в одном сосуде уровень жидкости упадет, это приведет к падению уровня в остальных. Давайте разберемся, за счет чего хотя бы гипотетически может выправиться ситуация в экономике РФ.
ДОМОХОЗЯЙСТВА. Тут все не так плохо, как нам говорят по зомбоящику, а гораздо хуже. Росстат в попытках натянуть сову на глобус утерял последнюю наглость. Какой идиот поверит в то, что инфляция у нас всего 12 %? Хотя следует учитывать, что "инфляция" – понятие абстрактное, ведь этот показатель не отражает изменение стоимости всех товаров и услуг на рынке, инфляция вычисляется всего по нескольким десяткам индикаторов. Скажем, если крупа подорожала на 10 %, а элитная недвижимость и буровые установки подешевели на 50 %, то получится, что в стране дефляция. Но ведь мы, 99 % населения, не покупаем элитной недвижимости и буровых установок.
Более близким к телу является индекс потребительских цен (ИПЦ), показывающий, насколько подорожали товары повседневного спроса. И тут картина совсем иная – ИПЦ показывает рост более чем на 30 %. Но для экономики показатель инфляции не играет никакой роли. Если ИПЦ вырос на 30 %, а доходы населения на 50 %, то экономика будет бурно цвести и пахнуть, а население жировать и радоваться. Поэтому надо вычислить пропорцию между ростом потребительских цен и ростом доходов потребителей.
Тот же Росстат утверждает, что номинально зарплаты в РФ выросли на 5,4 %, а реальные доходы населения упали всего лишь на 9,5 %. Я не нашел ни одного человека за год, у которого бы номинально зарплата выросла. Почему-то все говорят, что получать стали меньше, особенно бюджетники. Почему врет статистика? Дело в том, что официоз оперирует лишь "белыми" зарплатами. Распространенная же практика заключается в том, что во многих фирмах работники получают "вбелую" лишь часть жалования. Один мой знакомый на протяжении нескольких лет платит персоналу по бумагам исключительно МРОТ. А сам он для налоговой вообще работает "на общественных началах". В 2015 г. МРОТ вырос на 7,4 % – ровно на столько же "выросла" и зарплата в его фирме. Реально же, по его словам, он стал платить всем в среднем в полтора раза меньше, и это по данным на сентябрь, сейчас и того хуже.
У бюджетников зарплатой считается оклад. Оклады номинально выросли или, по крайней мере, не изменились. А вот всякого рода стимулирующие выплаты и премии из внебюджетных фондов усохли весьма существенно. Поэтому, как шутит один мой знакомый врач, "зарплата у меня выросла на 10 %, а получать стал на 30 % меньше".
Еще один нюанс. Росстат считает зарплатой стоимость труда за час. Поэтому тариф оплаты, может, и не изменился, а вот занятость на многих предприятиях сократилась весьма существенно – переход с 5-дневной на 3-дневную рабочую неделю означает, что на руки работники стали получать на 40 % меньше, при том что номинально их зарплата не изменилась. Тех, кто работает сдельно, это тоже касается. Если раньше у таксиста было два клиента в час, а сегодня – один за три часа, то зарабатывать он стал меньше, хотя формально тариф за пассажирокилометр даже вырос.
Принимая во внимание все вышесказанное, приходим к выводу, что реальная заработная плата, то есть покупательная способность зарплаты, снизилась весьма существенно – если навскидку, то на 30–40 %. Почему же потребительский рынок упал не столь значительно – где-то на 20 %? Во-первых, за счет иностранцев – они стали потреблять больше, поскольку их покупательная способность из-за девальвации рубля выросла. Причем под иностранцами я не имею в виду гостей из сытой Европы. В конце 2014 – начале 2015 г. к нам, словно саранча, хлынули казахи, сметая с полок электронику, бытовую технику и автомобили. В Астрахани автосалоны в декабре 2014 г. продали авто примерно столько же, сколько за предыдущие 11 месяцев. Большинство покупателей были из Казахстана.
Во-вторых, те россианцы, у которых были хоть какие-то накопления, постарались избавиться от них, покупая недвижимость, ювелирные украшения, авто или дорогую бытовую технику. В-третьих, многие торговые сети, понимая, что паровоз уходит, принялись демпинговать, освобождая свои склады. Я, например, с удовольствием прикупил паркет со скидкой в 40 %. Застройщики тоже порадовали, снизив цены на 2–5 %. В какой-то мере повлияло на активность потребителей и сокращение туристического трафика: чем меньше денег граждане тратят за границей, тем больше тратят внутри страны. Наконец, следует учитывать, что в продаже в 2015 г. находилась еще значительная товарная масса по старым ценам, не учитывающая двукратное падение курса рубля.
Несмотря на все это, покупательная способность населения упала, как минимум, на треть, что в полной мере скажется на потребительском рынке лишь в нынешнем году. Домохозяйства в России не являются драйвером экономического роста, скорее, наоборот, сокращают свои расходы, что тянет экономику на дно.
ФИРМЫ. К базовым относятся семь отраслей экономики РФ, формирующих порядка двух третей ВВП:
– сельское хозяйство;
– добыча полезных ископаемых;
– обрабатывающие производства;
– производство и распределение электроэнергии, газа и воды;
– строительство;
– транспорт;
– оптовая и розничная торговля.
Торговля, строительство, обрабатывающая промышленность и частично транспорт находятся в зависимости от потребительской активности домохозяйств и потому уверенно падают. Добыча полезных ископаемых и энергетика номинально растут, однако в связи с катастрофическим падением мировых цен на энергоносители и сырье они находятся в полнейшем упадке. Для любой производящей экономики дешевеющие энергоносители и сырье – благо. Для экспортной экономики РФ – смертный приговор. Итого ничтожнейший рост в 2,2 % показало только сельское хозяйство. При этом рост это неполноценный, поскольку рентабельность АПК падает, дотационность растет. Реальная зарплата в отрасли не повышается, а медленнее падает она лишь потому, что дальше падать ей просто некуда – средняя зарплата по АПК и так составляет 55 % от средней по стране. Уровень инвестиций так же снижается, то есть рост производства обеспечивается ускоренной амортизацией основных фондов. В общем, не удивлюсь, если даже номинально никакого роста нет, а Росстат привычно врет.