Всего за 129 руб. Купить полную версию
– Как кого? – подняла свои испуганные глаза к цветку Снежка, – Страшуса. Он гонится за мной. Он сейчас будет здесь. Я боюсь его. Помоги, пожалуйста. Защити…
– Страшуса? Снежка, как можно бояться того, над кем ты уже одержала победу?
– Как победу? – она вытерла слезинки и удивленно посмотрела на чудо-цветок.
– А ты разве не слышала взрыва минуту назад? Это же Страшус лопнул.
– Как Страшус? Как лопнул? От чего? – недоуменно уточняла Снежка.
– И ты еще спрашиваешь, от чего он лопнул? От твоей смелости, малышка. Да, он не выдержал твоего натиска, твоей силы воли, твоей воли к победе, твоего бесстрашия.
– Но я не бесстрашная! Я боюсь его! – пыталась возразить Снежка. – Или боялась…
– Возможно, но твоя вера в себя и в свои силы сделала тебя бесстрашной и обезоружила Страшуса. Таким образом ты его победила. Если не веришь – оглянись. На этом поле его уже нет. Вокруг валяются только маленькие кусочки его мохнатого тела. Но утром, с первыми солнечными лучами, и они исчезнут.
Снежка робко оглянулась и действительно увидела только небольшие мохнатые черные кусочки вокруг – это все что осталось от паука, который наводил страх на все поле. И в этот самый момент она почувствовала пустоту внутри. Эти новые ощущения ее напугали.
– Цветочек, а почему внутри себя я чувствую пустоту?
– Это потому, что только что ты победила не только паука, но и Червя, который жил внутри тебя. И пока на том месте, где он обитал, пустота. Но очень скоро она начнет заполняться разными приятными чувствами: любовью, радостью…
Кстати, разреши мне "положить" в тебя первое хорошее чувство.
– Какое? – с интересом спросила Снежка.
– Гордость за себя. Все дело в том, что очень давно, когда фея пролетала над этим полем, оно ей так понравилось, что фея решила наполнить его исключительно хорошими чувствами. Но в тот момент из земли вылез Червь и сказал, что это его территория и он ее никому не отдаст. И если фея сделает это поле волшебным, то Червь все равно будет напоминать о себе и вселять страх в сердца жителей этой местности. Фея согласилась на это условие. Но, улетая, она наложила на это поле заклятие. Оно заключалось в том, что если однажды найдется на этом поле цветочек, который не побоится сразиться сам с собою и сможет преодолеть свой самый большой страх, то в эту минуту он победит земляного Червя, освободив тем самым всех жителей поля от страха.
Вот так, Снежка, ты спасла не только себя, но и всех нас.
Но этих слов ромашка уже не слышала. Она уже давно забралась на удобный листик чудо-цветка и сладко спала.
"Пусть сон ее будет сладким. Этот день был тяжелым", – подумал волшебный цветок и укрыл ее другим листочком.
Утром Снежка проснулась в родном доме. Ей даже на мгновенье показалось, что эти приключения были только сном. Она хотела спросить Солнышко, было ли все это на самом деле, но не успела.
– Снежка, просыпайся! К нам едут гости! – прощебетала птичка над ее головой.
– Какие гости?
– К нам из соседнего поля приехала семья ромашек. А у них такой симпатичный сын… Снежка, ну просыпайся ты поскорей! Ты обязательно должна с ним познакомиться!!!
– Как я могу с ним познакомиться? Где?
– А они с минуту на минуту будут здесь, так что будь готова! – прощебетала птичка и улетела.
Снежка еще не осознала до конца всей ситуации, как услышала шаги. В их дом вошла семья ромашек. Взрослые ромашки начали здороваться со Снежкиными родителями.
– Снеж, иди сюда, – позвал ее отец.
– Да, пап…
– Познакомьтесь, это наша дочь, Снежка.
– Очень приятно. А это наш сын, Ромуш.
Снежка увидела очень красивого мальчика-ромашку с такими же белоснежными лепестками-волосиками, как у нее, и потрясающе красивыми голубыми глазами.
Их глаза встретились, и он улыбнулся ее в ответ.
И в этот момент в небе загорелась еще одна звезда (Африканка).
Соавтор по счастью
1
Вот за этот свист ветра в ушах и свободу на дорогах Мотогонщица и ценила своего Ямаху. Да и японский мотоцикл не был похож на седло на колесах. Красный с блеском корпус напоминал мощную боевую машину, а оранжевые зрачки фар, свирепо метающие снопы искр на зевак, смотрели на свою хозяйку покладисто и с обожанием. "Чего изволите?" – эту фразу источал каждый дюйм металлического зверя.
Мотогонщицу устраивало послушание железного коня и полное подчинение ее воле.
Она прислушивалась к мягкому урчанию своего помощника: куда на этот раз приведет ее серая лента асфальта?
Всю свою зарплату Мотогонщица тратила на содержание мотоцикла. Даже его гараж был просторнее и комфортнее ее непрезентабельного домишки.
Мотогонщица работала рассказчиком на местном радио. А материалы для своих рассказов находила в путешествиях по жизни.
2
В основном это были приятные путешествия. Например, у всех жителей Снежного царства, где однажды побывала Мотогонщица, были такие горячие сердца, что подпитывали своей энергией районные подстанции и тепломагистрали. Это приводило к существенной экономии городских бюджетов, что наилучшим образом влияло на развитие образования и искусств. Не было в тех местах и бедных, потому что только трудолюбивые люди могли выжить в условиях вечной мерзлоты и ледяного дыхания Северного океана.
Подводные коралловые замки ласкового Южного моря околдовали ее, а морские обитатели научили ее разным языкам.
Бывало, что подстерегали ее и опасности.
Некоторые города и местечки, в которые врывалась путешественница со своим верным железным конем, вцеплялись в нее как в потенциального жителя. Каждый из таких населенных пунктов пытался доказать, что только он имеет право называться столицей. А для этого надо было набрать как можно больше поклонников предлагаемого образа жизни – то бишь жителей. И тут в ход шли и коварство, и хитрости, и обман…
По неписаным правилам зазевавшийся гость, не успевший покинуть пределы того или иного местечка до определенного часа, намертво прилипал к городу, а потом и вовсе увязал, чаще всего в обратной стороне его парадного вида.
3
Занесло как-то Мотогонщицу в долину Лежебок. Летели они с мотоциклом по скользкому от дождя асфальту, а сбоку всплыло сиреневое облачко. Затем еще одно и еще… Облака складывались в чудесные картины: вот прекрасная пастушка пасет коров, а рядом статный паренек на дудочке выводит душещипательные трели… Вместо пастушьей фигурки вдруг проклюнулся зеленый росточек, вырос в ветвистое дерево. Среди листочков взметнулись нежно-белые соцветия, которые выстрелили крупными наливными яблочками. Аромат от них вскружил голову путешественникам, причем первому – мотоциклу, и он съехал (а может, просто угадал желание своей хозяйки) с автомагистрали.
Густая трава расступилась и перед глазами любопытных героев возникла сонная долина. На берегу озера, на живописных пригорках, лежали вперемешку люди и звери. Люди были разодеты в камзолы, пиджаки и платья разных эпох и будто замерли: кто – сидя, кто – лежа, кто – в обнимку. Крокодилы мирно посапывали рядом с оленями, удавы – с кроликами, волки с козлятами. Противоположный берег озера был занят валунами и скалами, закрывающими синеву неба.
От каждого ленивца, двуногого либо четырехлапого и лохматого, струились вверх те самые причудливые облачка-картинки, видневшиеся издалека. Таким покоем и миром веяло от долины, что уставшая от пыли и скорости Мотогонщица уж и ногу занесла, чтоб прямо с седла упасть на приглянувшуюся зеленую полянку, да железный конь отчаянно взбрыкнул, развернул переднее колесо на 360 градусов и метнулся назад по еще не успевшей распрямиться травке. Ее длинные зеленые стебли уже тянулись к спицам заднего колеса, чтоб намертво схватиться за них, да промазали, и Мотогонщица вылетела на дорогу.
– Ты что?.. – попыталась пожурить она приятеля. Но вспомнила: это ж опасная долина Лежебок, кто угодит в нее, со временем навек либо в камень, либо в глыбищу превратится.
Чутье у Ямахи было лучше, чем собачье, просто сверхъестественное какое-то.
4
Чутье, правда, чуть не подвело приятеля Мотогонщицы, когда они ворвались в мегаполис Власти.
Чтобы получить очередную дозу адреналина, Мотогонщица круто вписала свою машину в поворот и вылетела из него на скорости свыше сотни километров в час. Потому и не услышала бравурных и помпезных фанфар, предвещающих торжественный въезд в мегаполис Власти.
Этот город казался самым огромным из всех, какие видела Мотогонщица. Но всего лишь на первый взгляд. На самом деле, жителей здесь было намного меньше, чем где-либо. Каждый обитатель мегаполиса ощущал себя крупным начальником. Сила желания быть вершителями судеб, далеко не всегда впрочем, подкрепленная возможностями и делами, порой распирала горожан до немыслимых размеров. По широким проспектам двигались, катились, скрежетали солидные туши, вычурные громады, лоснящиеся зеркальные шары… Встречались даже ходячие монументы из бронзы, а то и из золота. Все фигуры казались столь значительными, что хотелось уподобиться какой-либо из них. Ведь тогда можно запросто стать хозяином жизни и ни одна боль мира больше не посмеет коснуться твоего сердца.
– Н-н-нет, – поежилась Мотогонщица. Женщиной ей нравилось быть больше, чем непробиваемой, пусть и неуязвимой, но… громоздкой массой.
А ее моторный спутник не мог оторвать глаз от проносящихся мимо подобных ему собратьев.
"Японец" понимал, что его собственная надежность и универсальность по сравнению с этими стремительными писаными красавцами-тяжеловесами отдает эдаким высокотехнологичным ширпотребом.