Всего за 139.9 руб. Купить полную версию
Для субъекта это самый отсутствующий в нем вопрос. Субъект, будучи связан с реальностью через свою воплощенность как процесс, осознает, что ответ на вопрос "как?" знает реальность. То нечто большее, во что он включен. И поэтому вопрос: "как это сделать?" – субъект не задает. Но зато он обладает желанием: "я хочу", "я этого желаю". Он действительно хозяин своих желаний. Это желания, пропущенные через ту часть сознания, которая связана с переживанием. Переживание превращает желание субъекта в намерение. Да будет так!
Посмотрим на две взаимосвязанные и взаимообусловленные объемные структуры: большого целого, состоящего из явленного и сделанного, и пространства нашего сознания, состоящего из объемного Я и Я-субъекта. Это необходимо, чтобы корректно мыслить о взаимосвязях и взаимодействии человека и реальности.
Рис. 10. Структура самосознания человека и большого целого во взаимосвязи
Не будем забывать о том, что субъект – это не явленное, а сделанное. Субъект существует в реальности, то есть в том большом целом, которое мы рассматриваем как аспект координации сделанного. Намерение через аспект связи сделанного, через воплощенность как процесс сообщается реальности, и реальность реализует это намерение. Для субъекта важно быть сконцентрированным на своих "хочу" и ни в ком случае не концентрироваться на своих "не хочу". Ибо мы знаем, что человек действует всегда из "хочу", что бы он там себе умозрением ни конструировал. В этом контексте мотив стойкий, поддержанный переживанием, становится намерением. Поэтому, если вы формулируете свое намерение через "нет", вы обманываете себя, но не реальность. "Я не хочу быть бедным!" Что слышит реальность? "Хочу быть бедным!" – и подбрасывает вам это. "Я не хочу страдать!" реальность слышит: "Хочу страдать!" – пожалуйста. Поэтому это не только глупость с точки зрения разума, но это еще членовредительство, мазохизм.
Очень важное осознавание, дающее возможность кристаллизовать в себе субъекта, хозяина своей воплощенности – человек не может захотеть то, чего нет. Единственный способ хотеть ничего. Ничего и получите. Это уже нирвана. Что бы человек ни захотел, это уже есть. Факт реальности – во Вселенной все есть. Захотеть чего-то, чего нет, невозможно. Но создать что-то, что было еще не воплощено до вас, – возможно. Потому что процесс воплощения неявленного в явленное постоянен. Это и называется "жизнь духа", в том числе и человеческого духа. Безостановочный, непрерывный процесс воплощения – это и есть бытие, принцип пребывания человека как существа в этом мире.
Естественно, что такая жизнь, такой принцип осуществим только в том случае, если вы находитесь в пространстве, а не на плоскости. В пространстве, в мире субъекта, для которого время предстает как сцепление событий. Сцепление событий порождает ряд ситуаций. Ситуация как таковая есть понятие объемное. Шар на плоскости касается плоскости – минимальное прикосновение. Шар в пространстве соприкасается с пространством всей своей поверхностью.
Пространство и время
Какая связь между включенностью в пространство, то есть переходом с территории в пространство, и временем? Включение обеспечивается переживанием, то есть начинает работать та часть сознания, которая связана с переживанием. Ведь сцепление событий в сознании – это и сцепление внутренних событий. За счет включенности возможна такая скорость, интенсивность разворачивания события в ситуацию и порождение нового события, которая во внешней реальности считается невозможной.
Остается один маленький вопрос: дает ли автоматически включение в пространство включение в переживание? Нет, не дает. А чего не хватает? Не хватает знаний некоторых аспектов. Инструмент, являющийся аспектом организации субъекта, – это душа (с т. зр. возможности резонансного действия). То, что принято называть душой, вместилище, чувствилище на старом русском языке.
Есть в человеке нечто пространственное, некий орган, про который мы, обычно показывая на центр груди, говорим: душа здесь! Почему здесь – непонятно. Потому что сердце, потому что сердце бьется, душа поет. Еще некоторые, чтобы уйти от физиологии, говорят: здесь духовное сердце, другое какое-то, виртуальное. (Некоторые более логичные люди привязывают душу к коже. Потому что кожа – самый пространственный орган нашего тела, а душа – самая пространственная функциональная система нашего сознания.)
Социализация человека направлена на то, чтобы максимально нейтрализовать влияние души и получаемой ею информации на жизнь человека. Человека, который личность, который принадлежит Мы и отождествлен с этим Мы. Ибо если люди будут объединяться на душевном уровне, на уровне своих чувствилищ, то это уже будет резонансное Мы, и оно не может быть конвенциональным, ведь оно будет контактировать непосредственно с пространством реальности, того или иного объема реальности, и, естественно, поэтому будет процессуально, как сама реальность.
Переживание как инструмент сознания и является тем, что связывает душу, чувствилище, вместилище, этот пространственный орган, с сознанием. Поэтому переживание – это аспект координации жизни субъекта. Качественная определенность жизни субъекта – переживание.
Субъект – разумный эгоист
Человек, привыкший жить в Мы и по законам Мы, и так думает, и так чувствует: это наши чувства, это наши мысли. Ему остаться одному так же страшно, как было страшно первому человеку, до которого вдруг дошло, что вот он – а вот мироздание. Это скорее даже ужас, чем страх. Поэтому поговорить, узнать, почитать, послушать – да. А реализовывать мешает страх бесконечного. Страх бесконечного, в бытовом смысле – страх сойти с ума, потому что своего ума нет, есть коллективный, значит, страх сойти с ума равен тому, чтобы встать против коллектива.
Редкие люди рождают такие афоризмы: "Это не я плыву против течения, это течение плывет против меня". Редко подобное случается, потому что все силы социального внушения и социального давления направлены на удержание дикого человека в социальном со-обществе. Изначально предполагается, что человек дик, что он не в состоянии соблюдать нормы, правила, разучить конвенции и действовать в соответствии с ними. Не зря один из самых социальных диагнозов в психиатрии – это не шизофрения, а психопатия – снижение уровня социального торможения. Чем больше человек заторможен, тем больше социализирован. Вплоть до гиперсоциализации, которая тоже вроде как нехорошо, ведь в этом случае творцов не будет, никаких творческих инициатив не будет. И социум маневрирует между гиперсоциализацией и снижением уровня социального торможения.
Субъект по определению является, на социальном языке, эгоистом, или, как говорили в XIX веке, когда стало популярным выражение, придуманное еще просветителями: разумным эгоистом. Не зря оно привилось в дворянской среде, в дворянском Мы. Поскольку там культивировались личная ответственность и личная честь, и некоторый зародыш субъекта формировался под влиянием социального давления, социальной суггестии. Это был специфический социум.
В контексте разумного эгоизма психология субъекта – психология отдельно взятого конкретного человека в его отношениях с его конкретным пребыванием в этом мире.
Сама постановка задачи включения в пространство, то есть подход к пространству сознания, логически приводит нас к сцеплению событий, которое порождает субъекта, необходимость субъекта и необходимость субъективной жизни. Хотя бы в частной жизни необходимо начать осуществляться по принципу резонанса. А это невозможно сделать, невозможно привести пространство сознания в резонанс с реальностью, не использовав главный пространственный орган, или главную пространственную функциональную систему, которая называется душа, чувствилище, вместилище.
Таким образом, мы рационально, оставаясь в рамках рациональных рассуждений, не привлекая никаких потусторонних сил, мистических, оккультных и прочих декораций, имеем возможность рассуждать о душе, попытаться найти технологию ее функционирования и начать использовать ее по ее прямому назначению. Ибо известно: орган, который не упражняется, атрофируется.
Для того чтобы начать говорить о душе рационально и не бояться этого, нужно довериться истории человечества и перестать наконец-то в начале XXI века брать в качестве исходной посылки: дикий человек в каменных джунглях, его надо заставить быть социальным. Возьмите среднестатистического человека из социума и попытайтесь сделать из него дикого зверя. "Выпустим зверя" – есть такая завлекательная тренинговая программа. Выпустим зверя! Там всякими приемами грузят, в конце концов выбегает такая мышка, делает так: пипи-пи-пи, этот зверь уже давно замучен, не кормлен, задрессирован.
Почему мы любим ходить в зоопарк и в цирк? Это подтверждает тезис: сколько волка ни корми, он все равно в лес смотрит. Это подтверждает тезис, что мы дикие люди и если бы не наше Мы, наши конвенции, то мы бы оказались в лесу. А так мы в мегаполисе. Цивилизация: теплый туалет (замечательная, кстати, вещь), душ, холодная, горячая вода, газ и так далее – отвоеванная у природы социальная территория. И замечательно! Почему? Потому, что нет другого места для объективизации ваших желаний, господин субъект! Объективация, реализация желаний субъекта, даже самых духовных, с трепетом произношу это слово, возможна только в социальном пространстве, в пространстве социальной реальности.