Всего за 169 руб. Купить полную версию
– Я всегда чувствовала, что есть закономерность между датой рождения, датой смерти и причиной кончины человека, – рассказывает Светлана, – поскольку у меня был большой материал, я проанализировала около пяти тысяч случаев. И действительно выявила некую закономерность. Но лучшие результаты дает совокупность – эти данные и фотография.
– А как по фотографии вы понимаете, что произошло? Это какой-то голос или что-то еще? – спросил я.
– Зрительные ощущения стоят на первом месте, – говорит Светлана. – В глазах умершего появляется что-то еле уловимое. И это зависит от причины смерти. Иногда вижу какой-то туман – это если человек утонул или отравился. Или глаза, словно тоннели какие-то, становятся особенно глубокие. Это, скорее всего, удушение. Если травма головы, то над головой появляется какое-то искажение. А когда руку над фотографией подержишь, то чувствуешь тепло или холод. И образы в мыслях проносятся. Качество фото не имеет значения, хоть ксерокопия с паспорта.
Светлана снова взяла в руки распечатанную фотографию и помолчала несколько секунд.
– Это не естественная смерть, – сказала она. – Травмы очень серьезные, но не убийство. Что-то связано с очень высокой температурой… Вижу металл… Загородная местность. И еще: в момент смерти он был абсолютно спокоен. Даже испытывал приятные эмоции.
Я поражен. Разум лихорадочно ищет объяснение. Подсмотрела, пока я распечатывал? Или кто-то подсказал? Но, кроме меня, некому… Или просто сделала серию логических умозаключений? Как бы то ни было, экстрасенс Светлана попала в самую точку: на фотографии был запечатлен человек, погибший в авиакатастрофе. Светлана продолжала рассказывать о каких-то случаях, но мне плохо удавалось сосредоточиться. Скептик, не жалея сил, пытался отстоять ранее завоеванные пространства. Он, видно, понимал, что еще чуть-чуть и придется признать Бабу-ягу и ее полеты в ступе.
– Мне кажется, наши предки все это уже знали, – видя мое замешательство, вступает в разговор Сергей Зерин. – Помните русские народные сказки? Добрый молодец уезжает, оставляет какую-то вещь и говорит: если она почернеет, значит, со мной что-то случилось. Все наши вещи связаны с нами, несут на себе нашу энергию. Традиционная наука объяснить такие факты не в состоянии. Но в рамках квантовой физики это находит подтверждение. Ведь есть теория несепарабельности, то есть нераздельности. По ней все связи сохраняются. А если исходить из теории Большого взрыва, можно считать, что все связано со всем. Нужно только эти связи увидеть. Вы знаете, это получается и у обычных людей. В Приморском крае зимой был пожар. Все здание залили водой. Мороз 30 градусов, вода замерзла. А следователю надо работать, искать доказательства, до весны же ждать не будешь. Одна сотрудница сконцентрировалась и почувствовала: долбить лед надо в таком-то месте. И что вы думаете: именно оттуда извлекли главные улики! А в другом регионе сотрудник, никак не связанный с экстрасенсами, нашел закопанный труп. Он просто закрывал глаза и пытался почувствовать, где он может быть. Так что, думаю, стоит ввести специальный курс для следователей – по развитию интуиции.
Память – как видеокассета
Мы проводили Светлану Проскурякову, но вопросы к криминалисту у меня остались. Они касались так называемой активизации памяти свидетелей – под гипнозом человек может вспомнить детали, которые скрыты в обычном состоянии. Это тоже прикладная психология.
– Мы запоминаем все, что видим, – говорит Сергей Зерин, – но не на всех деталях концентрируемся. В гипнотическом состоянии можно считать и забытые детали, воссоздать все чуть ли не до запахов. И тогда воспоминания можно прокручивать, как пленку в видеомагнитофоне. Хочешь – медленно или быстро, хочешь – на "паузу" нажмешь или назад перемотаешь. В Санкт-Петербурге была серия разбойных нападений на банки. Ее никак не удавалось раскрыть, пока не нашли свидетеля, который видел машину преступников. Он мог припомнить только, как она быстро уезжала. Но в состоянии глубокого транса ему удалось вспомнить фрагмент номера, чего оказалось достаточно, чтобы задержать преступников. А в другом случае свидетель под гипнозом смог вспомнить номер телефона, который видел только мельком в записной книжке знакомого.
По словам Сергея Зерина, есть два вида активизации памяти. Легкая форма – когнитивное интервью. Это обычный допрос, но следователь пытается вызвать в воображении человека картины происшедшего в мельчайших деталях. Вторая форма, так называемая гипнорепродукция, глубже. С письменного согласия свидетеля специалист вводит его в измененное состояние сознания, в глубокий транс. Это позволяет вспомнить даже увиденное мельком.
– Что это за состояние глубокого транса? – спрашиваю я. – Это сон? Человек становится зомби, как в фильмах про гипнотизеров? Кстати, а вспомогательные вещества вы используете? Ведь некоторые предпочитают достигать транса с помощью героина или травки…
– Никаких наркотиков, – мотнул головой криминалист, – наоборот, нам частенько приходится восстанавливать память тем, кто после алкоголя или наркотиков ничего не помнит. Просыпается мужик, жена убитая на кухне лежит. А у него амнезия. Но даже в этом случае шаг за шагом память можно восстановить. Состояние транса – это не сон. Человек бодрствует, взаимодействует со специалистом. Но его сознание полностью освобождается от влияния окружающей обстановки и посторонних мыслей. Снимается напряжение, свидетель полностью погружается в то время и в ту ситуацию, которую необходимо воссоздать.
По словам заместителя руководителя Главного управления криминалистики СКР Ивана Стрельцова, специалистов, способных вводить собеседника в состояние гипноза и считывать детальную информацию о прошедших событиях, очень немного. Такие сотрудники постоянно в командировках – активизируют память свидетелей и потерпевших в разных регионах. У некоторых из специалистов более 30 командировок в год.
– Одна из наших основных задач – использование возможностей современной науки, в том числе прикладной психологии, в расследовании преступлений, – сказал Иван Стрельцов. – Метод гипнорепродукции памяти уже более трех лет состоит в арсенале следствия и помог раскрыть десятки преступлений по всей стране. Специалисты в этой области – это штучные экземпляры. Поэтому свою задачу сейчас мы видим в создании в СКР системы обучения, способной обеспечить подготовку профессионалов-психологов и в центральном аппарате ведомства, и в территориальных следственных органах.
Когда Сергей Зерин провожал меня к проходной, я спросил:
– Могу я или любой другой человек сам ввести себя в состояние, которое поможет вспомнить что-нибудь забытое? Например, потерянный телефон девушки…
– В гипнотическое состояние – это вряд ли, – ответил криминалист, – но можно постараться расслабиться и воссоздать в своем воображении нужную картину. Очень важен контекст. Запахи, цвета, ощущения, какая музыка звучала, что слышалось за окном. Тогда и номер телефона может всплыть. А вообще возможно все. Это касается и памяти, и паранормальных способностей. Да и вообще всего на свете.
Сергей Николаевич хитро улыбнулся и откланялся. Было такое чувство, будто я побывал в зазеркалье. Экстрасенсы, гипнотизеры, активизация памяти и теория Большого взрыва… Почему-то вспомнилась строчка из детской песни: "С кем водятся волшебники, а с тем, кто верит в них".
Разговоры с загробным миром
Занимаясь уфологией и биоэнергоинформатикой уже почти сорок лет, я убедился в многоаспектности этих научных направлений. Нередко они выводили на сокровенные вопросы жизни и смерти. Фактография таких соприкосновений обширна, и чем ближе я с ней знакомился, тем больше она увлекала. И вдруг – очерки Григория Тельнова в газете "Жизнь". Газета нравится не всем из-за множества скандальных публикаций бытового свойства. Но когда публикуются не вызывающие сомнения фактические данные, то ничего не остается, как присоединиться к расхожей фразе "невероятно, но факт". Тем более что с Григорием мы познакомились давно, готовя совместную статью. На этот раз материал, прямо скажем, из разряда сенсационных, он поместил в "Жизни", 2009, № 23–25 и рассказал о следующем.
Военный гидроакустик, капитан 2-го ранга в отставке Вадим Свитнев раскрыл роковую тайну гибели лайнера компании Air France A-330, установив связь с иным миром.
В ответ на вопрос: "Что же произошло на борту самолета?" – электронные голоса, выхваченные компьютером из хаоса небытия, ответили:
– Французы, мы наблюдаем преступление!
У ф о р у м
…Не спешите вычеркивать телефонные номера умерших родных и друзей из своих телефонных книжек.
Как знать, может быть, вам еще будет предоставлена возможность услышать дорогие вам голоса. Контакты с потусторонним миром с помощью технических средств уже успешно идут и в России. Цель, которую ставят изобретатели, кажется фантастической, но им уже удалось не только создать экспериментальные образцы уникальной аппаратуры, но даже получить сообщения с того света – они потрясающие!
– Мы мертвые, но мы – живы, – ответил ученым абонент с того света.
Сейчас в архиве Российской ассоциации инструментальной транскоммуникации (РАИТ), которую возглавляет кандидат физико-математических наук Артем Михеев, хранятся тысячи звуковых файлов, свидетельствующих о радиоконтактах с загробным миром. Среди них записи с ответами о судьбе пропавшего над Атлантическим океаном лайнера. Их получил кандидат технических наук Вадим Свитнев, в прошлом – военный моряк, специалист по гидроакустике.
Лайнер