Последняя рюмка, поднятая с Дукалисом за победу, сделала свое дело.
Американец лежал без движения, а русские друзья пытались привести его в чувство. Наконец Луис открыл глаза.
– Гдье здьесь туальет? – с трудом произнес негр.
Под дружные аплодисменты зала сержант полиции покинул ристалище, поддерживаемый с двух сторон российскими коллегами.
9
Выстрелив в Золотарева, Филиппов несколько минут стоял возле бездыханного тела своего помощника. Затем глава партии открыл ящик стола и положил туда пистолет. Движения председателя были медленными и усталыми. Он налил себе виски и залпом осушил бокал.
Спустя еще полминуты на звук выстрела в кабинет вбежали начальник охраны Аркадий Пискарев и двое его подчиненных – Вячеслав Хлебников и Александр Крячун. Пискарев, крепкий высокий мужчина лет тридцати пяти с широким лицом и короткой прической, был старше подчиненных лет на пять. Начальник охраны первым вбежал в кабинет Филиппова. За ним появился Хлебников, крупный верзила, чья фигура отличалась рыхлостью, а лицо имело сонное выражение. Замыкал троицу Крячун, низкорослый веснушчатый человек с глубоко посаженными глазами.
Увидев окровавленный труп Золотарева, Пискарев молча взглянул на Филиппова. Начальник охраны офиса давно работал с председателем и знал его вспыльчивый характер. Он понял все.
Между тем глава партии взял себя в руки и, встав, спокойно прошелся по кабинету.
– Золотарев давно потерял контроль над собой, – произнес Филиппов. – А сегодня он словно с цепи сорвался. – Председатель посмотрел на Пискарева. – Дай мне закурить, – сказал он.
– Извините, я не курю, – ответил тот.
Крячун услужливо протянул пачку Филиппову и дал ему прикурить.
– Мы с ним сидели, обсуждали финансовые дела, – продолжил председатель, – и вдруг он ни с того ни с сего набросился на меня и, начал душить. Я вырвался, вынул из сейфа пистолет и… – Глава партии тяжело вздохнул. – Нельзя, чтобы об этом пронюхала хоть одна живая душа. – Филиппов глубоко затянулся. – Иначе сорвется моя предвыборная кампания.
Пройдясь несколько раз по кабинету, председатель сел в кресло. Охранники все это время молча стояли, слушая шефа. Наконец Пискарев заговорил.
– Какие будут указания, Артем Генрихович? – спросил он.
Партийный босс быстро перебрал в голове возможные варианты решения возникшей проблемы.
– Увезите его отсюда. – Председатель показал рукой на труп Золотарева. – Выносите из здания осторожно, через заднюю дверь. Поезжайте на Малый проспект Васильевского острова и положите где-нибудь в безлюдном месте.
– Может, лучше за город? – сказал Пискарев.
– Делайте, как я сказал. – Голос Филиппова звучал властно. Он сурово посмотрел на подчиненных. – И еще, – продолжил председатель. – Повторюсь, о том, что здесь произошло, никто не должен знать.
– Конечно, Артем Генрихович, – произнес Пискарев.
– Никто! Не дай Бог кому-нибудь лишним словом обмолвиться! Я не угрожаю. Просто предупреждаю.
– Не волнуйтесь, Артем Генрихович, – заверил главу партии начальник охраны. – Никто ничего не узнает.
– Когда вас спросят, скажете, что видели, как Золотарев вечером вышел из офиса и сел в такси. Так как он часто добирался до дома таким образом, это не вы зовет подозрений.
– Понятно, – кивнул Пискарев.
Филиппов встал.
– Тогда за дело, – сказал он.
Председатель налил себе еще виски, однако, поднеся бокал к губам, почувствовал внезапную тошноту.
– Слава, Саша, тащите его к служебному выходу, а я подгоню машину, – дал указание охранникам Пискарев 4.
– Перед тем как выносить во двор, проверьте, чтобы там никого не было, – сказал Филиппов, выходя из кабинета.
Партийный босс быстрыми шагами направился в сторону туалета.