Всего за 149 руб. Купить полную версию
- Как - высадить обратно? - почти хором воскликнули мы. - Неужели женьшень после настаивания опять расти будет?
- Вот, смотрите, - с этими словами Олег подошел к кухонному шкафу и вынул из него стеклянную банку, в которой в прозрачной жидкости находился причудливой формы корень. - Он у меня восемь лет уже настаивается, теперь жидкость можно слить, а корень посадить, пусть растет.
- Так что, этот корень восемь лет настаивается непрерывно, что ли? - спросил Николай.
- Нет, зачем же, постоял дней пятнадцать-двадцать, отлил часть настойки и свежей порцией водки долил, - пусть себе дальше настаивается.
Мы, конечно, были поражены услышанным.
- А правда, что женьшень - лучшее средство для мужчин? - спросил кто-то.
- Что касается применения корня в качестве стимулятора мужской потенции, то мужчинам до сорока четырех лет женьшень вообще употреблять не рекомендуется, - огорошил всех волхв. - Вначале действительно наступает усиление потенции, но затем следует спад. Для этого лучше и гораздо полезнее любисток - его и в салате можно употреблять, и просто жевать, а результат получше виагры будет. Примерно такой же эффект дает и обычная наша жгучая крапива.
- Сложное это дело, - заметил я, - траволечение.
После ужина мы все вышли на свежий воздух, и тут я увидел, что Олег закурил. Вот тебе на, курящий волхв, неожиданный поворот! Где-то подспудно поселилась еще одна зацепка сомнения.
Олег сказал, что завтра осмотрит всех приехавших, кроме меня и Андрея-сантехника. Мы вдвоем остаемся, а у остальных послезавтра самолет на Москву.
- А что это за строение, оно старое, судя по всему? - спросил я у Андрея, когда мы вернулись в свое помещение.
- Здесь с пятидесятых годов были воинские части, вначале авиация, а позже танкисты, - пояснил тот.
- На остатки какого-то замка смахивает - толстые стены, сырость, башен только не хватает.
- Были две башни до пожара, вот Олег закончит строительство второго этажа и снова восстановит башни, - ответил Андрей.
- Значит, все-таки действительно "замок временем скрыт и укутан, укрыт в теплый плед из зеленых побегов", - пробормотал я, засыпая, слова из песни Высоцкого.
Спать на жесткой дощатой кровати для больной поясницы и ноги оказалось легче, чем на обычной мягкой.
Толстенные каменные стены "замка" не только хорошо защищали от летнего зноя, но и хранили сырость, которой в воздухе, особенно по утрам, было в избытке. Поэтому два молодых крепких парня по указанию Олега принялись разжигать расписной камин в большом зале, чтобы немного просохли вещи и само помещение.
Я же вышел во двор к перекладине и, оглядев спортплощадку, огороженную жердями, занялся утренней гимнастикой. Между площадкой и домом были душевые кабины и рукомойники, а напротив - просторный вольер с добротной деревянной будкой для кавказской овчарки по кличке Ева. Ее брат Адам - еще более крупный самец - находился в другом вольере с торца каменного строения, поближе к въезду на территорию усадьбы.
Шумливая чистая речка протекала почти параллельно "замку" волхва, являясь естественным рубежом между тайгой и двором. От вольера Адама перпендикулярно руслу реки выстроились курятники, гусятники, сараи. Еще одна спортивная площадка и участок вспаханной земли отделяли дом от тайги с другой стороны. Здесь же, где я занимался зарядкой, за душевыми и теплицами тянулся белыми стволами к небу замечательный березняк. А прямо возле увитого виноградом крыльца находились многочисленные клумбы и цветники, сооруженные из естественных и подручных материалов - камней, старых шин, деревянных колод. Это территория волшебства Галины - супруги волхва, - результат ее неутомимой энергии, ведь, кроме немалого хозяйства и замечательных клумб, помимо заботы о детях и муже, на ней еще и обязанность ежедневно готовить завтраки, обеды и ужины на более чем десяток человек. Но настоящая казачка, энергичная, сильная и властная, справляется со своими женскими делами так же хорошо, как справлялись ее предки - запорожские и донские казачки, которые ждали своих вольнолюбивых мужей, отправившихся за добычей в турецкие да греческие земли. А те старались привезти из дальних походов своим благоверным что-то особенное, такое, чего больше ни у кого не сыскать. Олег, например, увидев, что я разглядываю цветник, показал крохотную клумбу из диких валунов, с которой свешивались, раскрыв длинные белые лепестки, какие-то показавшиеся мне знакомыми цветы, но какие именно, я не мог вспомнить.
- Это эдельвейсы, - с нотками гордости сказал Олег, - их трудно вырастить в домашних условиях, но если мужчина любит по-настоящему, то он вырастит их для своей любимой...
Волхв последовал дальше, а я подумал, как древняя казацкая традиция воплотилась здесь, среди дальневосточной тайги, в виде неброских белых цветочков на клумбе из дикого камня.
Кавказская овчарка, с любопытством наблюдавшая за действиями незнакомого ей человека, принялась лаять - без особой злости, а так, для порядка. Собака молодая, хорошо сложенная, с умными любопытными глазами, понравилась мне, и я решил с ней познакомиться поближе, хотя всех предупредили, что с кавказцами шутить не стоит. Может, и в самом деле место здесь необычное, потому что я, не прилагая каких-либо усилий, хорошо ощущал настроение животного. Но свои ощущения я привык проверять на практике, поэтому расслабившись и настроившись на доброжелательность, подошел к вольеру, похваливая собаку за то, что она хорошо несет свою службу:
- Ай, Ева, красивая, умная собачка, ай, хороша! Что, скучно тебе в загородке, да? Я бы тебя, конечно, выпустил, но я гость, права такого не имею, вот если разрешат хозяева, то мы обязательно по тайге побегаем, а пока извини... - Собака смотрела на меня своими умными глазами, наверное, стараясь понять, искренне ли я говорю или притворяюсь. Так, нужно сделать какое-то действие в подкрепление своих слов. Ага, вода, принести ей свежей воды. Я беру ведро и приношу свежую речную воду. Сейчас увижу, верит ли мне умная псина. Порядок, пьет воду, бросая на меня благодарный взгляд, потом становится на сетку вольера передними лапами и лижет мою руку. Это значит, что мы подружились. Я возвращаюсь в "замок", мои тапочки тяжелы от воды, которая непривычно обильно покрывает траву под ногами, - просчет от незнания обстановки, - при такой влажности нужно было вместо тапочек взять с собой пластиковые или резиновые шлепки.
Когда я вошел в "тронный зал" (так я окрестил для себя самое большое помещение), огонь уже весело разгорался, от каменного чрева камина повеяло живым теплом. Один из парней уселся в кресло и сунул промокшие от хождения по щедрой росе ноги в камин, поближе к огню, от носков пошел пар. Другой, упитанного вида парень, присев на край стола, рассказывал какой-то веселый случай. Волхв вошел как всегда своей мягкой неслышной походкой. И тут произошло неожиданное: прозвучало два почти одновременных шлепка, и оба парня оказались на полу, причем, как и чем ударил их Олег, никто не заметил.
- Я вам говорил, что Огонь и Стол - это святое, предупреждал? - впервые повысил он голос.
- Забыли, - потирая один правую, а другой левую щеку, виновато пробубнили ребята, быстро вскакивая на ноги.
- Больно? - осведомился волхв.
- Больно, - подтвердили нарушители.
- Значит, теперь не забудете, что огонь в очаге домашнем - частица огня небесного, его чтить положено и относиться с уважением. А стол - это домашний алтарь, - с некоторым нажимом, веско сказал волхв. Потом помолчал немного, как бы прислушиваясь к наступившей полной тишине, а затем продолжил уже почти спокойно своим обычным негромким голосом. - Вы сюда приехали не просто для того, чтобы научиться хорошо драться, для этого не стоило из города выезжать - там и кэмпо, и каратэ разных стилей, и ушу, и каких только желаешь школ и секций по единоборствам полно. Вы приехали за шестьсот километров ко мне в тайгу, чтобы научиться понимать силу Земли-матери, Рода славянского, Сварги небесной, - волхв снова сделал паузу. - И наука эта в первую очередь с уважения начинается, а вы ноги в Священный огонь суете и задницей на Родовой стол садитесь...
- А родовой стол - это как? - заинтересованно спросил крупный парень, уже не обижаясь, что Олег смел его с этого самого стола неуловимым мощным движением.
- Это главный в доме стол, за которым семья принимает пищу, общается, обсуждает всякие дела, куда садятся все твои родственники - живые и те, кого уже нет в явленном мире, но они незримо присоединяются к трапезе. Пища трудом добывается и на столе выставляется, и перед ее принятием совершается благодарственная молитва-посыл всем тем, кто принимал участие в приготовлении - богам светлым, за то, что растили, согревали, поливали урожай; людям, которые собирали, молотили, веяли; хозяину с хозяйкой, за то, что варили, пекли, подавали. И пища эта не только для нас, она и жертва пращурам нашим, всем дедам и прадедам, которые незримо приходят и садятся вместе с нами за единый родовой стол. И когда бывает трудно, когда нужно принять какое-то важное решение, ты приглашаешь пращуров на Семейный Совет и пускаешь по кругу чашу, из которой каждый отпивает глоток. И вот кто-то из родичей передает чашу тебе, причем, неважно, когда он жил - сто или тысячу лет тому назад, - ты делаешь глоток и проживаешь его жизнь - всю, без остатка, во всех мелочах, со всеми радостями, обретениями, потерями близких и лучших друзей, и при этом одновременно осознаешь себя. Это тяжело, не каждому под силу. Не каждый может быть "кромешником", то есть идущим по кромке Яви и Нави. Поэтому прежде нужно крепко подумать, готов ли ты к этому.
Снова наступило молчание.
- А для чего это нужно?
- Для того, чтобы быстрее овладеть разными навыками, которыми владели предки,