Всего за 149 руб. Купить полную версию
Наши предки соприкасались со многими народами, и такие встречи не могли не оставить следа в их жизни. Много кто хаживал по необъятным просторам Великой Русской равнины: киммерийцы, и скифы, и сарматы, и готы, и гунны, и авары, и хазары, и печенеги, и половцы и прочее, прочее, прочее... Одни из них "погибоща аки обре", другие оседали, подобно черным клобукам и берендеям, смешивались с местным населением. Это позволяет некоторым историкам утверждать, что славянская раса, которая составила этническую основу Киевской Руси, в течение долгого времени "вываривалась" в некоем антропогеографическом котле, скрещиваясь с разными племенами и вбирая в себя элементы различных культур.
В этой беседе я не собираюсь выяснять, какой процент скифской или варяжской крови течет в жилах современного русского человека, как и вступать в споры о том, были ли скифы европейцами или азиатами и кто такие варяги - норманны или славянский народ, и т.п. Меня более занимает вопрос, какую роль сыграло природное окружение в формировании характера или, как сейчас говорят, менталитета славянина, как наши предки относились к окружающей среде и какая национальная экологическая память сохранилась в их потомках.
Если попытаться упростить мировоззрение наших предков, как это делают большинство ученых современности и недавнего прошлого, можно сказать, что изначальные представления о природе и окружающем мире сформировались у пранарода, от которого произошли индоевропейские племена, в том числе и славяне, в ту доисторическую эпоху, когда он вел свое простое и незамысловатое существование на лоне патриархальной природы. Человек боялся и любил природу, внимательно следил за ее знамениями, от которых зависели и которыми определялись его повседневные нужды.
День и ночь, гром и молния, солнце и ветер - эти и другие природные явления находили свое поэтическое объяснение у человека, еще не знакомого с физическими законами. Правда, с точки зрения человека, не учившегося понимать мир глазами перепуганного "раба божьего" или циника-атеиста, а воспитанного на Устоях Живы, учившегося исцелять людей, основываясь на представлениях ведовства о теории болезни, на старых представлениях о физиологии, гигиене и анатомии, - дело обстоит совсем не так просто и примитивно. Очень многие современные открытия наконец-то начинают подходить к основам Живы, например, та же природотерапия, квантовая и резонансовые теории в медицине, да и само последнее открытие - догадка ученых о том, что Земля - живой организм... В общем, это интересно и ново лишь для тех, кто считает предков дикарями, а себя образованными и цивилизованными в отличие от невежественных пращуров. А для имеющих родовую память, мироустройство всегда представлялось целостным и всеобъемлющим.
Конечно, борьба света и тьмы, тепла и холода, весеннее пробуждение жизни и ее зимнее замирание поражало неискушенный современной наукой ум наших предков. И они, подобно другим первобытным народам, обоготворили небо, ибо с него устремляются на землю солнечные лучи, блистают луна и звезды, проливается плодотворящий дождь... И небо стало всемогущим Богом, хмурящимся черными тучами, сверкающим в гневе молниями, отзывающимся голосом - громовыми раскатами, исторгающим дыхание - ветер... Может быть, и так. Но даже в этом случае, как правильно заметил А.Н. Афанасьев в своем труде "Поэтические воззрения славян на природу":
"Такое отношение к природе, как к существу живому, нисколько не зависело от произвола и прихоти ума. Всякое явление, созерцаемое в природе, делалось понятным и доступным человеку только через сближение со своими собственными ощущениями, действиями, и как эти последние были выражением его воли, то отсюда он, естественно, должен был заключить о бытии другой воли (подобной человеческой), кроющейся в силах природы".
Этот вывод человека, воспитанного на христианском менталитете и знакомого с научными трудами историков, специалистов по естествознанию и этнографии, изучившего отголоски старых представлений о мироустройстве после основательной чистки христианскими проповедниками старой культуры (причем, как правило, вместе с жизнями носителей этой культуры), - все же достаточно верен.
Давайте и далее не вдаваться в глубину конфликта между религиями людей Книги (христианскими, иудейскими, мусульманскими, сатанинскими религиозными конфессиями и сектами) и Верой предков (тем более что за нее выдают различные памфлеты из герметических, переделанных индуистских, христианских, греческих и римских обрядов или собственные бредни, полученные астрально-ментальным путем вроде святоведорусских учителей В. Мегрэ, или фантазий господ крамольников-ярославцев с неким Хеллпером-Щукиным...). А будем вести беседу о тех отголосках языческого мировоззрения и миропонимания, которое, слившись с христианством и пройдя сквозь атеистические времена, всегда оставалось в мироощущении славянина.
Поскольку основа религиозных представлений славян органически связана с их хозяйственной деятельностью, скотоводством, земледелием, как, впрочем, и большинства других народов Земли, то обратим внимание на так называемый народный календарь. Весь круговорот праздников в славянском народном календаре являет отголосок старых языческих представлений, связанных с чествованием творческих сил природы, которые не исчезли из народной памяти с принятием христианства, а слились с ним и продолжают жить до настоящего времени.
Коляда и Купала, Ярило и Леля, Макошь и Лада и другие божества были олицетворениями неких изменений в природе, определяющих смену времени года и, соответственно, хозяйственной деятельности. Кроме этого, они несли с собой определенные силы и определенные этические нормы и поконы, о чем мы будем говорить в беседах о символизме. К сожалению, христианству удалось во многом стереть память о втором главном смысле праздников, связанных с этими богами, а где-то просто грубо извратить их смысл. Но все же многое осталось. И боги, объявленные попами "демонами", в свое время были близки и понятны человеку, как и природа, его окружающая. Им придавали человеческое обличие, их встречали и провожали. Боги славян оставались не бесплотными духами, а силами, пусть неосязаемыми и таинственными, но все же реально существующими рядом.
Но праздники праздниками, а все остальное время года человек должен трудиться: растить хлеб, овощи, пасти скот и др. Соотносить свою деятельность с ежегодными изменениями в природе славянину помогал календарь. Названия месяцев древнеславянского, древнерусского календаря показывают, что предки обращали внимание на различные явления в природе и давали им меткие и живописные определения:
Январь - "просинец" (от "сиять"), так как увеличивается продолжительность дня, он же "лютень" иль "лютый", или "ловзаец";
Февраль - в некоторых местах именно он "лютень", он же "снежен" или "бокогрев";
Март - "свистун" (из-за поры ветров), "протальник" или "белояр" - из-за ярко пригревающего солнышка;
Апрель - "пасочник" или "березозол" (из-за "пасоки" - березового сока), он же "заиграй-овражки" (пора весенних ручьев, бегущих по оврагам); "цветень";
Май - "росеник", "травень";
Июнь - "паутннннк" (из-за появления пауков, слепней, оводов) иль "изок" (кузнечик); "червень" (красный - по обилию цветов и ягод);
Июль - "липень" (из-за цветущей липы), "лепец", "сенозарник", "грозник";
Август - "зорничник" (от "зорить" - зреть), "серпень", "капустник";
Сентябрь - "рюян" (из-за рева оленей), "жовтень" (желтая листва), "хмурень";
Октябрь - "листопад", "грязник";
Ноябрь - "грудень" (от "груды" - мерзлой земли на дороге);
Декабрь - "студень".
Святцы, введенные православной церковью, трансформировались в памятную книжку, в своеобразный дневник наблюдений за природой. Причем святые мужи и жены, помогавшие запомнить те или иные природные приметы, стали как бы запанибрата, получив бесцеремонные прозвища, как закадычные друзья, вместе с которыми славянин подшучивал над своими горестями и радостями.
18 января - день святых Афанасия и Кирилла, афанасьевские морозы дают о себе знать: "Афанасий и Кирилла забирают за рыло".
24 января - день памяти преподобной Ксении: "Аксинья - полухлебница-полузимница". Какова Аксинья, такова весна.
1 апреля - день святой Марии Египетской: "Мария - пустые щи".
5 мая - великомученицы Ирины: "Арина - рассадница", время рассаживать капусту.
"Мартовская Дарья - загрязни проруби", "апрельский Василий - выверни оглобли", "майская Лукерья - комарница", "Егорий - скотопас" и т.д. и т.п.
Не раболепствует славянин перед христианскими святыми, точно так же как не пресмыкался и не раболепствовал и перед существами божеского происхождения родного язычества. Вспомним хотя бы взаимоотношения с Бабой-Ягой иль Змеем Горынычем. С ними и по душам можно поговорить, и помочь в чем-нибудь могут. А коли неприятности доставлять начнут, вредить, то уж не взыщите - получите по заслугам!
Страшные лесные звери - медведи да волки - не особо пугали славянина. Порой Иван-дурак жалеет и их, и деточек, а они и рады ему службу сослужить. В общем, как к мифологическим, так и к вполне реальным соседям относился русич по принципу:
"Ты меня не трогаешь, и я тебя не трону".