Всего за 164 руб. Купить полную версию
Многое в хлыстовстве заимствовано из разных сект, таких как молокане, духоборцы, о которых речь пойдет позже. В некоторых губерниях в среде хлыстов замечается дробление на отдельные толки. Например, между хлыстами Тарусского уезда разница в том, что одни едят мясо, другие нет; одни курят табак, другие нет; у одних бывают настоятели − батюшки, у других "девки-учительницы". Одежда хлыстов отличается от православных. На хлыстовке непременно ситцевый сарафан, такая же занавеска и платок темного цвета. На хлысте рубашка ситцевая светлого цвета. Цветов ярких на них не бывает. В домах у хлыстов всегда чисто и опрятно. В углу непременно стоит самовар. Для разговоров у них есть собственный язык. Сущность языка их состоит в том, что буквы каждого слога перестанавливаются в обратном порядке, деление на слоги не всегда выдерживается. Хлысты относятся к женщине не как аскеты, которые видели в женщине "сосуд дьявола", а как к человеку. Она пользуется у них свободами и равноправием. Если она была способна загореться религиозным переживанием, то она признавалась живым богом − "богородицей". Тогда она становилась во главе общины. Но женщина у хлыстов − только сестра и подруга. Физическая связь с ней запрещалась. Конечно, подобное "табу" встречалось скорее на словах, чем на деле. Обычно многие радения заканчивались "свальным грехом". Если бы свальный грех действительно санкционировался учением хлыстов или их обычаем как религиозный обряд, то указания на это непременно нашлись бы в изложении их учения, в проповедях и сочинениях их руководителей и пророков, а главное, в бесчисленных стихах, песнях, которые пелись на их собраниях. Однако ничего подобного нельзя найти ни в одном из хлыстовских распевцев, хотя последних, например, собрано огромное количество.
Первая четверть XIX века была благоприятным временем для развития данной секты. Гуманный государь освобождал от суда за заблуждения невежества. Принятое им постановление говорило, чтобы "не делать насилия совести и не входить в размежение внутреннего исповедания веры". То же прямое общее правило гласило: "Не допускать никаких внешних оказательств отступления от церкви и строго воспрещать всякие в сем соблазны, как нарушение общего благочиния и порядка".
Фактически в верхах относились к православной церкви как к достойной структуре, с которой следовало считаться в плане духовного и гражданского ориентира, но правительство и сам Александр I также считали, что духовный путь у всех разный и насилием здесь действовать не стоит, а лишь пресекать беззаконие и преступление. Хлыстовщина не считалась опасной сектой также и потому, что она на тот период была слабо изучена. Фактически власть понимала только то, что хлысты − христианская секта, связанная с расколом и по-своему понимающая Евангельское учение, а этого повода тогда было недостаточно, чтобы запретить секту. Также правительство знало, что данная секта не призывает к бунтам и революциям, к примеру, и что в ее учении нет ничего уголовного и криминального. Естественно, церковь считала секту развратной и враждебной, как, впрочем, и многие секты, что неоднократно заставляло ее обращаться к правительству с жалобами. Правительство в данном случае не предпринимало никаких карающих действий, но и не мешало действовать церкви (так как православие все же считалось религией номер один в России). Хлысты, как правило, жили в отдаленных местах (на хуторах, в своих деревнях), находясь на самообеспечении, и поэтому особо не беспокоили правительство, а власть не беспокоила их. Власть не мешала им проповедовать учение, в том смысле, что не отслеживала активность секты и тем самым косвенно поощряла ее развитие. Борьба шла непосредственно между церковью и хлыстовством. К православным хлысты относились с враждою, особенно к духовенству. Хлыстовство легко распространялось среди православного населения; оно привлекало многих таинственностью своих радений. На самом деле секта не была такой уж безобидной. Так прихожан заставляли хранить хлыстовские тайны под страхом расправы со стороны хлыстовских главарей за измену. Но случаев, которые имели бы подсудный характер, не было. Итак, хлыстовство легко распространялось. В качестве примера приведем Костромскую губернию, где в правление Александра I было с десяток хлыстовских общин, Подольскую губернию, где проповедовал отставной штабс-капитан Савицкий в 1820-х годах. Он объявил себя антихристом, разумея под этим агнца Христа, пришедшего судить мир. По его замыслу он начнет войну с царями земными и победит их. А те, кто ему не поклонится, будут переданы на муки вечные. С верными же он будет царствовать над всей Вселенной, а жена его Домна будет Царицей Небесной. Также можно перечислить губернии Поволжья и степной регион, где было распространено их учение.
Таким образом, политика правительства в отношении хлыстов была нейтральной в том смысле, что не препятствовала их деятельности. Секта беспрепятственно распространяла свое учение среди разных сословий. Законы Российской империи запрещали угнетение секты. Мы привели примеры также массового распространения секты по территории Российской империи, что свидетельствует о поощрительной политике власти. Но данное учение, по нашему мнению, не было столь безопасным для самодержавной власти, так как в нем упоминалось о государе и власти в отрицательном смысле. Хлысты понимали власть как необходимое зло и не стремились выполнять перед ней свои гражданские обязанности, предпочитая чистый, по их мнению, образ жизни.
Скопчество: Кондратий Селиванов − новоявленный Петр III
Скопчество появилось во второй половине XVIII века. Знаток скопцов, священник А. Рождественский считал доказанным существование связи хлыстов и скопцов: "Появление и распространение скопчества обуславливалась развитием среди нашего народа хлыстовщины". Основатель скопчества был хлыст, первую проповедь о скопчестве он начал в общинах хлыстов, среди которых он приобрел себе последователей. Скопчество до сих пор вербует своих членов из среды хлыстов. Хлыстовщина сделалась как бы переходной ступенью к скопчеству. И прежде и теперь хлысты участвуют в религиозных собраниях скопцов, и наоборот, на своих радениях хлысты поют и скопческие песни… Радение в общих чертах у хлыстов и скопцов сходны: на них распеваются песни, говорятся пророчества, прыгают и скачут. "Различие в этом случае состоит только в том, что у хлыстов радения заканчиваются иногда свальным грехом".