Всего за 724.9 руб. Купить полную версию
Руины Рюриковой крепости. Фото С.М. Прокудина-Горского. 1909 год
Так, именно он занимался ремонтом древней Георгиевской церкви. Как отмечает известный искусствовед Владимир Дмитриевич Сарабьянов, вопрос о необходимости научной реставрации церкви был остро поставлен еще одним из основоположников русской реставрационной школы академиком В.В. Сусловым в 1890-х годах, но отсутствие средств не позволило тогда же приступить к реализации этих планов. Только в 1902 году на выделенную государством субсидию в храме удалось провести ремонтно-реставрационные работы, контроль за которыми осуществляла Императорская Археологическая комиссия. Ее председатель граф А.А. Бобринский привлек для осуществления контроля инженера Н.Ф. Романченко.
С.М. Прокудин-Горский. Церковь Иоанна Предтечи на Малышевой горе. Старая Ладога, 1909 год
Ремонт Георгиевской церкви считали в ту пору как последним словом реставрационной науки и практики, однако в дальнейшем оказалось, что это утверждение было поспешным. Дело в том, что при ремонте использовался цемент, который к тому времени еще редко использовался при реставрации объектов старины. Между тем, как отмечает В.Д. Сарабьянов, в ходе работ 1903–1904 годов в Георгиевской церкви Старой Ладоги наружную обмазку полностью заменили на цементную штукатурку, а также установили новый цементный карниз под четырехскатную кровлю.
"Эти работы явились одним из первых и печальных опытов широкого применения цемента в архитектурной реставрации – его губительные последствия, проявившиеся уже в ближайшие годы, ликвидировались затем в течение нескольких десятилетий, – констатирует В.Д. Сарабьянов. – Одним из первых тревогу забил историк древнерусского искусства К.К. Романов, в мае 1916 года посетивший Старую Ладогу и Георгиевскую церковь. В его заключении говорится о разрушении цоколей стен и об отслоении цементной обмазки, которая "отпадает крупными кусками, обнажая осыпающуюся кладку". Внутри церкви им была отмечена повышенная сырость, а на фресках – налет плесени и выступавших кристаллов солей, которые были окончательно удалены лишь в ходе последней реставрации".
С.М. Прокудин-Горский. Монастырь Св. Николая Чудотворца. Старая Ладога, 1909 год
Впрочем, все это было потом, а тогда, в начале ХХ века, когда в короткий срок удалось возродить к жизни древний Георгиевский храм и возобновить пришедшую в полную ветхость деревянную церковь Дмитрия Солунского, Николай Филиппович Романченко торжествовал.
В ту пору он посвятил несколько своих книг Старой Ладоге, среди них – "Святыни и древности Старой Ладоги" (1902 г.), "Древности Старой Ладоги в памятниках зодчества" (1905–1906 гг.). Кроме того, Старой Ладоге посвящалась созданная им и отдельно опубликованная в 1905 году стихотворная поэма "по случаю закладки возобновленной, древней церкви св. Димитрия Солунского, в Старой Ладоге, 15 июля 1901 г.". В ней были и такие строки, навеянные древнерусскими балладами:
Была городом – была гордостью,
Стала поселком – стала бедностью.
Лишь одно у ней утешеньице
На конец дней ее, ей осталося:
Это древняя, всеми чтимая,
Церковь славная, в честь Георгия.
Рядом с ней стоит, что страдалица,
Церковь Димитрия, да Солунского.
А завершалась поэма жизнеутверждающими строками, повествовавшими о возрождении церкви Дмитрия Солунского:
Так совершилась работа сия,
Димитрия храм стародавний,
Снова засветится словно свеча,
В первой столице избранной!..
"Золотое дно археологии"
Хотя источником этого очерка и не стали материалы ЦГИА Санкт-Петербурга, он органично продолжает предыдущий сюжет о том, как спасали в начале ХХ века Староладожскую крепость.
Нам уже трудно представить, что еще относительно недавно крепость Старая Ладога выглядела совсем иначе, нежели сегодня. Ведь сегодня мы наблюдаем плоды деятельности ленинградских реставраторов 60-х, 70-х и 80-х годов прошлого века. До этого крепость представляла собой живописные руины, с давних пор привлекавшие археологов.
Научные раскопки в Старой Ладоге начались еще в XIX веке. В 1870–1880-х годах они велись под руководством известного археолога, военного историка, музейного работника генерал-лейтенанта Н.Е. Бранденбурга.
С 1909 года каждое лето начали вестись археологические раскопки на земляном городище, под руководством археолога Н.И. Репникова. "Снимают гряды с капустой и глубоко, до самого материка, раскапывают земляную насыпь", – рассказывал очевидец.
Продолжились раскопки и в советское время. В 1945 году в Старой Ладоге была создана научная музейно-археологическая база Ленинградского государственного университета. Как отмечал в конце 1940-х годов директор Музейно-археологического заповедника при ЛГУ Сергей Николаевич Орлов, археологические заповедники велись в заповеднике систематически, начиная с 1938 года, не считая перерыва, связанного с войной.
"Каменная крепость, остатки укреплений "земляного городища", образцы древнерусской архитектуры и живописи XII века, погребения предков славян – "сопки" и остатки древних жилищ, обнаруженных в земле, все эти памятники старины, взятые под охрану государства, давно привлекают внимание крупнейших ученых к городу-музею – Старой Ладоге, – говорилось в одной из газетных публикаций конца 1940-х годов. – Раскопки, которые велись на сравнительно небольшой глубине, позволили найти остатки деревянных сооружений – изб, конюшен и других хозяйственных построек, домашнюю утварь, орудия производства, относящиеся к VIII веку. Особый интерес представляют остатки сельскохозяйственных орудий – сохи и бороны, ткацкого стана, бондарных изделий, свидетельствующих о высокой в то время культуре производства".
Упомянутый С.Н. Орлов был автором небольшой книги о Старой Ладоге, вышедшей в свет в 1949 году. В ней рассказывалось об историческом прошлом Старой Ладоги, о ее значении в защите русской земли, о том, как через нее проходил великий путь "из варяг в греки". "Наша задача, – говорилось в книге, – превратить Ладогу в центр распространения исторических знаний о Приладожье, в место культурного отдыха трудящихся, в место изучения отечественной истории на величественных остатках прошлого".
Вообще, на личности археолога, историка, доктора исторических наук Сергея Николаевича Орлова (1906–1992) стоит остановиться подробнее. Еще до войны, учась на историческом факультете Ленинградского университета, он стал постоянным участником археологических раскопок под руководством профессора В.И. Равдоникаса в Старой Ладоге. Ежегодно самостоятельно проводил обследования низовьев реки Волхов. Студенческая работа Сергея Николаевича "Древнейшие погребальные памятники Старой Ладоги" получила 3-ю премию на конкурсе среди лучших студенческих работ в 1941 году.
Когда началась война, он ушел добровольцем на фронт. Попал в окружение, был пленен, работал на литейном заводе близ Ганновера. В 1946 году смог вернуться в Ленинград, где получил направление на работу заведующим учебно-методической базой исторического факультета ЛГУ в Старой Ладоге, затем хранителем фондов музея-заповедника Старой Ладоги. Вел в это время научно-исследовательскую работу, проводил раскопки и изучение различных археологических памятников. В 1954 году защитил кандидатскую диссертацию на тему "Деревянные изделия Старой Ладоги VII–X вв.". С 1956 года и до самой смерти С.Н. Орлов работал преподавателем кафедры истории в Новгородском государственном педагогическом институте. Занимался историей древних славян, археологией и историей Новгорода и Старой Ладоги…
"Теперь Старая Ладога представляет большой село, вокруг которого раскинулись десятки колхозов, выращивающих богатый урожай, – говорилось в одной из газет в конце 1940-х годов. – В самой Старой Ладоге есть Дом культуры, электричество, кино, радио".
"4 июля 1949 года вновь начались археологические раскопки в Старой Ладоге, – сообщал в своей газетной заметке С.Н. Орлов. – В составе экспедиции принимают участие научные сотрудники Государственного Эрмитажа, Института истории и материальной культуры Академии наук СССР, сотрудники Ленинградского университета.
Группа студентов-археологов Ленинградского университета будет проходить здесь свою полевую производственную практику. Возглавляет экспедицию член-корреспондент Академии наук В.И. Равдоникас. Основные археологические исследования будут сосредоточены на "Земляном городище", то есть в центре древнейшей части города Старой Ладоги.
Большой интерес вызывает продолжение исследования городской улицы, относящейся к жизни города в IX–X веках. Проезжая часть улицы, мостовая была выстлана поперек лежащими чурками, а панель для пешеходов досками и продольными лежнями. Эта древнейшая традиция благоустройства улиц в древнерусских городах, как известно, продолжала существовать и позднее. Например, раскопками в Новгороде обнаружено до 17 рядов такой мостовой, которые лежат один над другим и отражают жизнь улицы в течение пяти веков – с X по XV столетие".