Всего за 514.9 руб. Купить полную версию
Если такое патрулирование вообще имело место. Валы по своей сути - границы, не оборонительные укрепления. Они делали границу четкой, и было легко проверить, проникают ли через нее валлийские племена. На некоторых его участках открывался великолепный вид на Уэльс. Валы не были предназначены, как Адрианов вал, для ведения постоянных наблюдений. Даже Оффа не мог поставить гарнизоны у этого земляного сооружения, тянущегося вдоль границы с Уэльсом. Вал Уота тянулся от устья реки Ди (немного западнее вала Уота) до Бристольского залива. Какую-то часть своей траектории он шел вдоль реки Уай, так что граница была природной. В некоторых других местах, особенно на севере, он так и остался незаконченным. Но он остается великолепным свершением (достижением). В недавние годы его подробное комплексное исследование проводил сэр Сирил Фокс, а результаты изложил в своей книге "Вал Оффы" (1955). С помощью его текста, карт, планов и фотографий можно исследовать вал Оффы и в то же время получить удовольствие от наблюдений за методами ведения полевых раскопок, доведенными до совершенства, и от зрелища реконструкции одного из великих достижений инженерного искусства Средних веков. Концентрация усилий, огромные трудовые ресурсы, необходимые на такой большой площади, показывают нам энергию и решимость Оффы. Умелое ведение вала по прямой, использование природных особенностей рельефа, усовершенствование технических приемов при прокладке вала Уота обнаруживают опыт и мастерство инженера, который его спроектировал. Во всем видно главенство ума одного человека, но местные различия в технических приемах показывают, что отдельные части вала прокладывали, надо полагать, под руководством местных чиновников. Их неспособность завершить порученные им работы на севере, возможно, является результатом их неумения на этом участке или недостаточности ресурсов в той части Англии, которая, по всей вероятности, была там малонаселенна. Или это может говорить о том, что Оффа меньше беспокоился за эту часть границы.
Оффа носил необычное имя: формально это укороченная форма более длинного имени. То ли по инициативе его родителей, то ли (что вполне возможно) по своей собственной, он был единственным правителем Мерсии, который носил имя великого короля расположенной на континенте области под названием Англия (или Ангельн), от которого, по их собственному утверждению, произошли короли Мерсии. О первом Оффе мы знаем мало, но загадочный сборник легенд, известный как "Видсид", нам сообщает: "Оффа правил Ангельном, Алевих - данами. Он был самым смелым, но все же не совершил более великих подвигов, чем Оффа. А Оффа, первый из людей, когда был еще юношей, добился для себя величайшего из королевств. Никто из людей такого возраста не совершал больших геройских подвигов в сражении: лишь одним своим мечом он установил границу с мюрьингами у Фифельдора". Нам неизвестно, знал ли Оффа о "Видсиде", но мы не можем сомневаться в том, что он знал легенды о своем великом тезке и что они побудили его установить границу с валлийцами.
Совершенно ясно, что Этельбальд и Оффа считали себя преемниками правивших ранее бретвальд, и имели на то основания. То немногое, что мы знаем об Этельбальде, сильно наводит на мысль о том, что он по природе был жестоким варваром. К концу своей карьеры он навлек на себя серьезное недовольство св. Бонифация и других епископов английского происхождения, работавших в Германии: его проступки возымели дурное действие на его народ; монахини должны были находиться в своих монастырях; привилегии церкви следовало уважать. Бонифаций признал, что Этельбальд обеспечил в стране мир и щедро раздавал милостыню, но высказанный им упрек и другие намеки подготавливают нас к развязке - в 757 г. Этельбальд был убит своими приближенными.
Оффа, как и Этельбальд, был силен и безжалостен. И как об Этельбальде, мы очень мало знаем о нем как о человеке. Но то, что нам известно, демонстрирует широту интересов и ум, который выделяет его из числа его предшественников. В более поздние годы своей жизни он был "королем англичан", и это не было пустым хвастовством. У нас нет связного рассказа о его правлении, но хартии дали возможность восстановить в общих чертах те этапы, по которым он распространял свою власть на весь юг Англии, что, ясное дело, часто случалось вопреки жесткому противодействию на местах, и иногда терпел поражение. Но в конце жизни он был бесспорным хозяином Англии на территории к югу от реки Хамбер, а Нортумбрия была в руках пользовавшегося уважением его зятя. Он был единственным монархом того века, с которым Карл Великий обращался как с равным, - эти два великих человека искали дружбы друг друга, по крайней мере официальным путем.
Годы его правления увидели первую прочную английскую серебряную валюту, результативный старт серебряного пенни, которому было суждено обеспечивать Англии основу денежной экономики с VIII по XIV в., когда добавилась чеканка золотых монет. Его интересовала внешняя торговля Англии. Он был покровителем нескольких монастырей и продемонстрировал свою власть, сделав Мерсию (на короткое время) архиепископством.
В 787 г. он сделал своего сына Эгфрида королем Мерсии, чтобы обеспечить мирное престолонаследие. Но этот план провалился. Эгфрид пережил своего отца всего на несколько месяцев, королевство перешло к далекому родственнику, а мерсийцы больше никогда не обладали властью Оффы. Они оставались ведущей державой еще четверть века, но в 825 г. король Уэссекса Эгберт разгромил короля Мерсии в сражении при Эллендуне, и главенство перешло к Уэссексу. На какое-то время Эгберт был хозяином всего юга Англии и заработал себе (по крайней мере, в глазах своих подданных) титул бретвальды. С 830 г. Мерсия снова стала независимой. Но Эгберт продолжал быть властелином остальной части Южной Англии. В королевстве Восточной Англии по-прежнему существовала местная династия, как правило под властью сюзерена в лице западных саксов до 870 г., когда она, наконец, уничтожила датчан. Кент, Суссекс и Эссекс были королевствами, зависимыми от западносаксонского королевского рода, и время от времени Эгберт, его сын и его преемник Этельвульф передавали их то одному, то другому из своих сыновей. На самом деле на тот момент существовало три английских королевства - Уэссекс, Мерсия и Нортумбрия; понятие "Англия" было на слуху.
Будущее было за Уэссексом. Отчасти это произошло благодаря династии Эгберта, отчасти благодаря датчанам. Уже во времена Эгберта случилось первое серьезное нападение датчан. До середины века они становились все более жестокими и частыми; в 865 г. было организовано серьезное вторжение: датчане пришли, чтобы поселиться. Их жертвами пали Восточная Англия, Нортумбрия и Мерсия; устоял только Уэссекс. И даже Уэссекс, казалось, не переживет 870-е, если бы не героическая оборона, которую организовал внук Эгберта Альфред.
Глава 7
АЛЬФРЕД
Вступление на престол Альфреда было выдающимся событием. Во-первых, удивительно, что он вообще стал королем. Известно, что у его отца Этельвульфа было шестеро детей: Этельстан, Этельбальд, Этельберт, Этельред, Этельсвит (его единственная дочь) и Альфред. Его старший брат умер раньше отца; трое других братьев правили Уэссексом по очереди. Когда Этельред в 871 г. умер, он оставил двух сыновей, но оба они были несовершеннолетними, а лишь опытный вождь мог рассчитывать спасти Уэссекс от датчан. Наследственное право Альфреда на престол не ставилось под вопрос, хотя один из его племянников попытался получить трон после его смерти.
Во-вторых, замечательным было то, что в такой переломный момент Уэссекс попал в руки самого многообещающего короля из всего своего рода, человека, обладающего воображением и решительностью для того, чтобы спланировать действительно успешную оборону и дать своему королевству надежду на безопасность в будущем. И что даже еще более удивительно, у Альфреда хватало времени и воображения на то, чтобы думать о монастырях, библиотеках и книгах, которые могли бы читать миряне.
В жизни Альфреда многое было бы для нас неясным, если бы у нас не было его биографии, написанной Ассером. Но следует признать, что Ассер часто сообщает нам что-то только для того, чтобы подразнить: занавес поднят лишь для того, чтобы упасть; Ассер предан, многословен и неуклюж.
Ясно, что жизнь Альфреда была даже еще более тяжелой, чем мы можем предполагать. Его воспитывали так, чтобы он вырос набожным и невежественным; он постоянно боялся своих недостатков, неудач и расстройств здоровья - возможно, отчасти это было результатом некой внутренней тревоги. Его карьера и письма свидетельствуют о том, что он был человеком здоровым и вменяемым. Однако удивительно путаный рассказ Ассера о его болезнях и тревогах показывает, что это здравомыслие досталось ему дорогой ценой. Самый тяжелый недуг поразил его в день его свадьбы, и это, как прямо намекает Ассер, не было совпадением. Перед нами встает образ человека с сильным воображением, беспокойного и темпераментного, всегда боящегося самого себя, страшащегося недуга и немощи до болезненной мнительности, человека, который сознавал, что есть мир больший, чем тот, в котором он живет, отчаянно хотел жить в нем и дать такую возможность другим.