Флотилии Чжэн Хэ всегда покидали тайнинскую гавань в декабре - январе и завершали переход через Восточно- и Южно-Китайское моря к середине марта.
Иначе и быть не могло, поскольку именно эти месяцы - сезон северо-восточных муссонов - наиболее благоприятны для плавания в страны южных морей из гаваней Китая.
Механизм муссонов, действующий с таким постоянством из века в век и из года в год, органически связан с сезонными различиями в нагревании северного и южного полушарий. В ноябре - феврале, когда в северном полушарии зима, на огромных пространствах Восточной Азии развивается и стойко удерживается зона повышенного давления; одновременно район австралийского материка оказывается в зоне пониженного давления. Этот перепад давления вызывает движение воздушных масс с севера на юг. В мае - сентябре, когда в северном полушарии лето, эти воздушные потоки текут в обратном направлении от зоны повышенного давления в южном полушарии.
Зимний муссон устанавливается сначала в Восточно-Китайском и в северной части Южно-Китайского морей, а затем постепенно распространяется к югу. Обычно у берегов Чжэцзяна северо-восточные муссоны начинаются примерно в середине сентября, в средней части Южно-Китайского моря - в октябре, а южной его части - в ноябре или даже декабре. При этом в октябре и первой половине ноября ветры часто достигают ураганной силы. Поэтому лучше всего парусным кораблям совершать переход из устья Янцзы или от берегов Фуцзяни к Яве, Камбодже и Суматре в ту пору, когда муссонный режим распространяется на все моря, омывающие берега Китая и Вьетнама, то есть в декабре и январе. В это время реже случаются и тайфуны, циклоны, которые возникают в местных воздушных депрессиях на небольшой площади, но в пределах этих очагов достигают огромной силы.
Летописцы великих походов
Многое в деятельности Колумба осталось бы неизвестным последующим поколениям, если бы его любознательные современники - скромный приходской священник Бернальдес и историк-гуманист Лас-Касас не оставили бы описаний плаваний великого мореплавателя.
Теми скудными сведениями, которые сохранились об экспедиции Магеллана, мы обязаны ее сверхштатному участнику полуматросу-полупассажиру итальянцу Пигафетте. К сожалению, имена Бернальдеса, Лас-Касаса, Пигафетты известны далеко не в меру их неоценимого вклада в историю географических открытий и о них далеко не всегда упоминают те, кто пишут о Колумбе и Магеллане.
У Чжэн Хэ были свои Бернальдесы и свои Пигафетты, и, начиная описание его походов, нельзя не упомянуть о летописцах замечательных событий, связанных с этими отважными рейдами в Западный океан. К тому же трое из них - Ма Хуань, Фэй Синь и Гун Чжэнь - были непосредственными участниками плаваний Чжэн Хэ.
С них мы и начнем эту главу, посвященную тем, кто сохранил для нас бесценные сведения об экспедициях 1405–1433 годов.
Ма Хуань, китайский мусульманин, уроженец города Шаосина в Чжэцзяне, трижды участвовал в качестве переводчика в плаваниях Чжэн Хэ.
Еще при жизни Чжэн Хэ, между 1425 и 1432 годами, он написал трактат "Обозрение берегов океана" ("Инъяшэн-лань"). В предисловии Ма Хуань писал:
"Тому назад много лет читал я "Июйчжи", где речь шла о чужедальних странах, их климате, жителях и о том, что в этих странах растет и добывается. Тогда еще одолело меня сомнение - неужто в самом деле существуют на свете вещи, столь диковинные и отличные от того, что мы знаем. Но вот в год Цзи-сы царствования Чэн-цзу [1413 год] император назначил… ЧжэнХэ во главе флотилии и послал его на запад, чтобы доведаться о иноземных народах, и я был удостоен чести и назначен толмачом в эту миссию.
Пройдя тысячи и тысячи ли через безграничные и бурные океанские воды и своими очами увидя множество всяких стран с различным климатом и различными богатствами, понял я, что то, о чем некогда довелось мне прочесть в "Июйчжи", не только не ложно, но что есть вещи еще более удивительные и чудесные.
И я собрал все, будь то хорошее или плохое, о народах каждой страны и о том, что имеется в этих странах, и описал их обычаи и то, что дает их земля, и рубежи тех земель, и все это изложил по порядку. Так появилась моя книга, которую я назвал "Обозрением берегов океана". В ней пишу я обо всем, что касается иноземных стран, и я полагаю, что никогда во время предшествующей династии священное влияние императорского престола не распространялось столь широко, как ныне.
Но я лишь простак, неученый и несведущий, и поэтому, описывая посольство Чжэн Хэ, позволяю себе только скромно упомянуть о многих диковинках и не посягаю на большее; нет у меня книжного лоска, и не могу я украшать свою речь и говорить сравнениями, а пишу только о том, что есть, и пишу так, как об этом мне ведомо".
В этой простой, безыскусной книге Ма Хуань описал девятнадцать стран, причем все эти страны он посетил лично.
По роду деятельности Ма Хуань был тесно связан с "внешним миром": он присутствовал на торжественных приемах, где свято соблюдался замысловатый церемониал китайской дипломатической службы, он посещал рынки, храмы, склады, дома богатых купцов, вел переговоры с поставщиками и торговыми агентами. Он знал языки "западных варваров" и был мусульманином. А как раз в ту пору ислам одержал решительные успехи в странах южных морей. Все купцы на пространстве от Гранады до яванских торговых городов молились о ниспослании им успеха, обращаясь лицом к Мекке, религия Мухаммеда была космополитическим культом "деловых людей" - ив Марокко, и в Аравии, и на берегах Суматры.
Естественно, что Ма Хуань быстро осваивался в "чужедальних странах" и собирал нужные и ценные сведения везде, где останавливались флотилии Чжэн Хэ.
Стиль его суховат, сдержан и, действительно, совершенно лишен литературных красот. Отвлеченные материи - философия, искусство, поэзия - Ма Хуаня совершенно не интересуют. О религии зато он говорит много и часто, но в сугубо "земном" плане. Для Ма Хуаня решительно все религии, будь то ислам, буддизм или индуистические культы, - это лишь торговые марки: "скажи мне како веруешь - и я отвечу тебе, чем ты торгуешь…"
В высшей степени его интересуют обычаи "западных варваров", государственный строй заморских стран, пошлины, меры веса, цены на различные товары и то, чем богата та или иная земля и чем она торгует.
Другой спутник Чжэн Хэ - Фэй Синь, уроженец городка Кунынань в Цзянсу, в 1436 году написал книгу "Победное шествие звездных плотов" ("Синьчашэнланъ"). Фэй Синь принимал участие в третьем, четвертом, пятом и седьмом плаваниях Чжэн Хэ и собрал обильный материал о "варварских странах".
О себе он писал:
"…На 31 году плавания Хун-у [1398 год], мой старший брат, был приписан в охрану порта Тайцан ; вскоре брат преждевременно скончался, и мне не было еще 14 лет, когда меня вместо него взяли в армию. Дом наш был беден и убог, но я желал учиться и дни и ночи напролет, похищал у себя часы досуга, выпрашивая в долг книги, я учился читать. Так все шло, пока не исполнилось мне 22 года. При императорах Чэн-цзу и Сюань-цзуне [1425–1433] четырежды посылали меня в Западный океан… И я исписал два свитка и назвал свою книгу "Победным шествием звездных плотов". В первой части говорю я о том, что видел сам, во второй сообщаю о том, до чего дознался с помощью толмачей".
Весьма возможно, что военную и флотскую службу Фэй Синь отбывал в принудительном порядке как сын политического преступника. Такого рода потомственные репрессии были обычны в средневековом Китае, и немало сыновей, отвечающих за грехи своих отцов, было отправлено в заморские плавания.
Фэй Синь описывает сорок стран, в том числе африканские земли, где он лично побывал в пятом плавании Чжэн Хэ.
Фэй Синь отмечает, что он составлял в пути карты (ту). Это место в его книге - чрезвычайно существенно и свидетельствует, что в ходе экспедиций Чжэн Хэ шла работа по составлению новых карт и лоций.
Третий автор, участник плаваний Гун Чжэнь, написал труд "Обозрение чужеземных стран Запада" ("Сияньфан-гочжи"), который до нас не дошел, но был использован китайскими историками XVI и XVII веков.
Как это ни странно, ни Ма Хуань, ни Фэй Синь, ни Гун Чжэнь почти ничего не сообщают о самих экспедициях, их составе, кораблях, участниках плавания. Кроме того, те даты, которые приводятся в их сочинениях, трудно согласовать между собой. Долгое время поэтому шли споры, на какие годы приходится та или иная экспедиция.