Всего за 209 руб. Купить полную версию
Княгиня Екатерина Одоевская происходила из семьи мелкого чиновника, прапорщика Филиппова. Их дом был в приходе церкви Св. Власия.
Здесь провел раннее детство их единственный сын Владимир, последний представитель старинного и благородного княжеского рода, известный в будущем писатель, педагог, библиотечный деятель, музыкальный критик. После смерти отца (он скончался в этом доме молодым - ему было в 1808 г. всего 37 лет) вдова его уезжает из Москвы, а сын остался на попечении сначала деда, а потом родственника князя П.И. Одоевского.
В конце 1805 г. в одном из домов на участке Одоевских поселяется Сергей Львович Пушкин с семьей. Это была его последняя квартира в Огородной слободе, отсюда он переезжает в район Арбата - на Поварскую.
В 1895 г. на бывшем участке Одоевских построены для благотворительных целей два здания - на углу краснокирпичное здание Ксениевского приюта (№ 1, архитектор М.К. Геппенер; в конце 1920-х гг. была школа № 49) и далее по переулку - Долгоруковский приют (№ 3, архитектор Д.В. Шапошников). В 1919–1922 гг. здесь находился авиатехникум, директором которого был Н.Е. Жуковский. Позднее техникум стал Академией воздушного флота.
Четная сторона Малого Козловского переулка не блещет архитектурными памятниками, и скромный двухэтажный дом (№ 4, 1891 г.) ничем не выдает руки своего автора, будущего ведущего архитектора модерна Л.Н. Кекушева. Это одна из его первых построек в Москве.
Ближе к концу переулка, на месте домов № 10 и 12, жила бабушка Александра Пушкина Мария Алексеевна Ганнибал. Она наняла в июле 1801 г. у статской советницы И.И. Штриттер "в собственном деревянном ее доме… пять покоев с мебелью", и возможно, что маленького Пушкина привозили сюда в гости.
Фурманный переулок
Малый Козловский выходит примерно к середине Фурманного переулка. На углу этого переулка с Земляным валом - на месте дома № 16 по Садовой-Черногрязской улице находился Казенный фурманный (или пожарный) двор, отчего и произошло название. Переулок назывался еще и Трубным - по пожарным трубам, хранившимся на фурманном дворе.
Переулок начинается жилыми домами - справа (№ 2) более старым, 1875 г., а слева более молодыми - № 1 (1900 г., архитектор К.А. Михайлов) и № 3 (1899 г., архитектор Н.Д. Бутусов). В нем в 1930-х гг. жил писатель, автор многих известных пьес, и в том числе популярной пьесы "Шторм", В.Н. Билль-Белоцерковский. Далее идут дома № 5 (1897 г., архитектор И.Д. Боголепов), № 7 (1911 г., архитектор О.Г. Пиотрович) и № 9 (1909 г., архитектор Н.И. Жерихов).
Из строений на четной стороне переулка необходимо отметить четырехэтажный дом (№ 6), на котором помещена мемориальная доска: "В этом доме в 1903–1933 гг. жил и работал выдающийся русский художник Аполлинарий Михайлович Васнецов". В тексте доски ошибка: сюда А.М. Васнецов переехал в только что отстроенный дом, а начали его строить в начале 1904 г. и закончили осенью того же года (проект архитектора И.Г. Кондратенко).
А.М. Васнецов в течение многих лет был членом комиссии "Старая Москва", ее почетным председателем. "Многие задают мне вопрос: почему я занялся "Старой Москвой", - вспоминал художник в автобиографических записках, - и так увлекся ею? На это трудно ответить. Может быть, потому, что я люблю все родное, народное… в жизни прошлого". Широко известны картины Васнецова, живо рисующие облик и быт Москвы, написанные на основе долгих подготовительных работ, изучения старых планов, документов и исторических сочинений.
Как вспоминал его сын Всеволод, "московская квартира наша состояла из шести комнат, вернее, из пяти жилых и большой передней, где стояла вешалка, стулья, а по стенам висели автолитографии…
В передней четыре двери. Одна из них вела в самую большую комнату - гостиную, куда препровождали малознакомых или официальных посетителей. Пол ее, во всю площадь, был застлан красивым и мягким персидским ковром.
Меблировка состояла из старинного, красного дерева, гарнитура павловских времен. У стен стояли кресла и диван… У противоположной стены - пианино с бронзовыми подсвечниками. Посередине гостиной стоял восьмиугольный стол, вокруг него кресла. По стенам, так же как и в кабинете и столовой, висели картины Архипова, Левитана, Коровина, Поленова, Степанова, Виноградова, В. Васнецова, Жуковского, Серова, Первухина, Исупова и других, друзей и близких знакомых, подаренные ими Аполлинарию Михайловичу. Стены гостиной были оклеены темно-красными обоями с легким золотым орнаментом. Вторая дверь из передней комнаты открывалась в столовую, обставленную очень скромно. Посередине - раздвижной стол, окруженный дубовыми стульями. В одном углу стоял большой дубовый шкаф-буфет, в другом маленький дубовый стол, украшенный резными орнаментами в русском стиле.
Вечером отец снимал с обеденного стола скатерть, раскладывал на нем всевозможные старинные карты, планы, гравюры и книги и засаживался работать над своими произведениями по старой Москве. Он тщательно прорабатывал угольный рисунок, фиксировал его. а заканчивать свою вещь акварелью уносил в мастерскую".
В 1965 г. в бережно сохраняемой квартире был открыт Мемориальный музей А.М. Васнецова.
Соседом этого большого доходного дома долгие годы был маленький особняк (№ 8), где жил профессор Московского университета, математик А.Ю. Давидов. В его доме в 1864 г. происходило первое заседание Московского математического общества; участком (№ 10) вплоть до Октябрьского переворота 1917 г. владел известный историк Сергей Константинович Богоявленский (1872–1947). Его отцом был настоятель Покровского собора, мать - дочерью профессора и ректора Московской духовной академии С.К. Смирнова (его полного тезки), известного трудами по истории.
Художник Аполлинарий Михайлович Васнецов
Богоявленский учился в 3-й гимназии на Большой Лубянке, поступил на историко-филологический факультет Московского университета, где получил твердые навыки работы с документами. После окончания университета он преподавал в одном из лучших реальных училищ - К.П. Воскресенского, а потом и в Московском главном архиве Министерства иностранных дел, где проработал более 30 лет, став в конце концов управляющим. Там он и сформировался как выдающийся историк-архивист, непревзойденный знаток документов по русской истории XVII в.
Советские власти, как могли, мешали научной работе талантливых людей - Богоявленского арестовали в 1930 г., обвинили в "заговоре", приговорили к конфискации имущества и заключению в концентрационный лагерь, но почему-то не отправили в Соловки, а увезли в ссылку в Западную Сибирь, но ему повезло: тогда приговоры и исполнение их не были такими безжалостными, как позднее, во времена Большого террора, и Богоявленского выпустили. На старой работе его не восстановили, но он смог продолжать заниматься историей и даже печататься, хотя и весьма редко.
Среди работ Богоявленского выделяются его исследования по истории и топографии Москвы. Он был одним из учредителей комиссии "Старая Москва" и делал доклады на ее заседаниях, участвовал в издании в 1909–1912 гг. сборника статей "Москва в ее прошлом и настоящем" и написал для него статьи "Управление Москвой в XVI–XVII вв.", "Войско в Москве в XVI–XVII вв.", "Московские смуты XVII в." и "Театр в Москве при царе Алексее Михайловиче". Его материалы использовались при написании первого тома "Истории Москвы", вышедшего после его смерти, а в 1980 г. увидели свет его интереснейшие исследования по истории Мещанской слободы и другие по топографии города.
Сохранились оба дома на участке № 10 - левый был построен в 1878 г., а правый позднее - в 1911 г. (архитектор П.В. Харко), и тогда же левый надстроили двумя этажами.
В 1830-х гг. недалеко отсюда, во дворе дома № 14, деревянный флигель снимал художник Карл Рабус, рисовавший, в частности, и виды Москвы.
За Малым Козловским переулком, на земле бывшей юсуповской усадьбы, там, где у него за парадным садом стояли деревянные "людские" избы, в 1927 г. построен большой жилой дом (№ 15) по проекту архитектора А.И. Ржепишевского. Эта сторона переулка заканчивается зданиями Московской глазной больницы, из которых строение под № 17 возведено недавно (архитекторы А.Ю. Минервин и М.Н. Шишкин). Это современное, оборудованное по последнему слову техники медицинское учреждение - НИИ глазных болезней имени Гельмгольца, а ближе к Садовому кольцу (№ 19) - постройки 1900 г. (архитектор П.А. Ушаков). Тогда богатая купчиха В.А. Алексеева пожертвовала для сооружения бесплатной Городской глазной больницы имени В.А. и А.А. Алексеевых 250 тысяч рублей, и на казенной земле бывшего Фурманного двора, а потом Яузской полицейской части развернулось строительство второй в Москве глазной больницы. Первая была открыта на Тверской улице. С инициативой ее открытия выступил глазной врач Константин Львович Адельгейм, и 17 ноября 1900 г. она была открыта, а в 1936 г. стала научно-исследовательским институтом имени, что удивительно, не какого-нибудь Молотова-Калинина, а знаменитого немецкого ученого Германа Гельмгольца, автора фундаментальных трудов по физиологии зрения, а также физике, биофизике, психологии. В больнице работали крупнейшие специалисты, в ней начинал свою врачебную деятельность выдающийся офтальмолог академик М.И. Авербах, который с 1903 г. и до кончины в 1944 г. являлся главным врачом и директором больницы.