Всего за 169 руб. Купить полную версию
Однако военно-административная машина Ассирии на тот момент несла в себе системные пороки. Старая армия, комплектовавшаяся преимущественно через ополчения, уже не могла обеспечить военного превосходства над противниками. К минусам её можно отнести недостаточные централизацию, качественный и количественный состав, так как войско набиралось по территориальному принципу и, по-видимому, на основе самоэкипировки. Армия насильственно рекрутировалась из сельского, в значительной части покорённого населения, соответственно особой надёжи на таких рекрутов не было, практиковалась палочная дисциплина. Негативным являлось и изъятие от воинской повинности значительных масс населения вольных городов, способных обеспечить боеспособных воинов.
При этом не было серьёзного источника пополнения военных рядов. И вот почему. До 745 г. переселения населения в больших количествах производились сравнительно редко и не имели особого размаха. Переселялось, как правило, 500-1000 человек. Происходило это потому, что целью войн данного периода были прежде всего контроль торговых маршрутов, грабёж плюс закрепление на завоёванных территориях. Массовый увод пленных не практиковался в силу того, что необходимость в рабочей силе до поры до времени удовлетворялась за счёт закабаления соотечественников. Ассирийский нобилитет и проворных, хозяйственных землевладельцев такое положение дел, может, и устраивало, но вот количество дееспособных ополченцев всё убывало. Военный потенциал государства сокращался. Кстати сказать, разложение ассирийской общины, протекавшее уже со среднеассирийского периода, ухудшение социально-правового положения её рядовых членов приводили к внутренней политической нестабильности – волнениям 827–822, 772–758, 746–745 гг. до н. э. Массовые волнения поддерживались и даже подогревались теми или иными придворными группировками, предлагавшими своих претендентов на царский престол. Всё это внутренне-ассирийское неустройство только ободряло внешних врагов и развязывало им руки. Меж тем ассирийскими правящими мужами эксплуатация присоединённых территорий в задачу не ставилась. За время правления Ашшурнацирапала с лица земли было стёрто свыше 900 населённых пунктов. Не нужно было обживаться, необходимо было лишь захватить в свои руки источники ввоза товаров и сырья, а также пути караванной торговли. Итогом всего этого стало сокращение населения и разрушение сельского хозяйства. Люди же поверженного противника, потенциально годные к военной службе, в массе своей уничтожались, и таким образом у Ассирии терялась возможность увеличить свой боевой потенциал за счёт их привлечения.
Большой проблемой было усиление к первой половине VIII века до н. э. наместников. Вся держава была разделена на 20–30 областей во главе с наместниками (шакну). Области же делились на округа во главе с окружными начальниками. Особую важность во всё разраставшейся державе приобретали приграничные области, особенно по верховьям, а также среднему течению Тигра и Евфрата. Здесь, на тревожном пограничье, требовалась сильная рука в лице эффективных губернаторов и приданных им мощных войсковых сил. В обязанности наместников входило обеспечение поступления податей и повинностей, плюс набор воинских контингентов. При сильных царях система наместников работала, но при слабых владыках губернаторы своими обязанностями всё чаще злоупотребляли. В описываемый момент они были весьма самостоятельными фигурами: собственной властью могли давать освобождение от податей и повинностей, строить города и храмы, и даже, вероятно, вести войны на свой страх и риск.
Один из таких независимых военачальников нам уже известен – это туртан Шамши-илу. Шамши-илу занимал высокие посты при Адад-нерари III, Салманасаре IV, Ашшур-дане III и Ашшур-нерари V. Первое его упоминание как туртану относится к 800 г., и пребывал он в этом качестве до 752 (745?) г. Три раза, в 780, 770 и 752 гг. побывал он в должности эпонима (лимму). Уже около 800 г. Шамши-илу вместе с царём Адад-нерари III в качестве третьей стороны участвуют в разграничении земель Закура хаматского и Аттаар-шумки арпадского, сына Аби-раму. Позже Шамши-илу заключает соглашение с Матиилу, сыном Аттаар-шумки. При Салманасаре IV, как мы знаем, амбициозный туртану совершил поход на Дамаск, после чего тамошний царь выплатил Ассирии дань. В своей резиденции в Кар-Салманасаре (Тиль Барсипе) Шамши-илу велел высечь на двух огромных каменных львах памятные надписи. Тиль-Барсип Шамши-илу называет "городом, над которым он господин", а ассирийского царя вообще в надписи не упоминает. Имя всесильного губернатора здесь сопровождается титулами "главнокомандующий, верховный глашатай, управляющий дворцами, глава обширных сил" и прочими серьёзными эпитетами. Возможно, Шамши-илу построил селение Шарру-иддина – пригород Ашшура.
Среди всесильных вельмож того времени отметим также дворцового глашатая Бел-харран-бели-уцура, основавшего город своего имени, и наместника области Рацаппа – Нергал-эриша, принимавшего участие в западных кампаниях Адад-нерари III; в этом же ряду стоят Бел-тарци-илума, наместник Кальху, и наместник Суху и Мари – Шамаш-реша-уцур.
Подобная самостоятельность локальных властей подрывала монолитность и количественный потенциал ассирийского войска.
А враги Ассирии, как мы убедились, сумели учесть прошлые ошибки – они переняли многие военные приёмы и вооружение своих победителей, сумели сконсолидироваться. В данных условиях жизненно важным стало проведение военно-административных реформ, направленных на наращивание эффективности ассирийской государственной машины.
Глава V
Новоассирийская империя и её армия: плоды реформ Тиглатпаласара третьего
Как отмечено историками, в создании Новоассирийской империи можно проследить две стадии. Первая стадия (ранняя Новоассирийская держава) проходила под руководством уже знакомых нам Ашурнацирапала Второго и его сына Салманасара Третьего. На этом этапе ассирийская империя была такой же по сути, как и другие месопотамские державы – чуть ли не каждый год её армия выступала с целью собрать дань или подчинить себе новые страны. Ассирия представляла собой державу-гегемон, окружённую вассальными и буферными клиентскими государствами, с которых она высасывала ресурсы. Но далее, как мы увидели, эта система перестала эффективно действовать. Более того, в гегемоны уже выбивалось Урарту.
Задачу возрождения военно-политической мощи Ассирийской державы суждено было осуществить очередному герою нашего повествования – Тиглатпаласару Третьему, который сумел разрешить возникшие проблемы и довершить оформление "железной" ассирийской империи.
Империя. Если даже, не вдаваясь в подробности, мы признаем, что первой в истории империей была держава Саргона Аккадского, то всё же Новоассирийское государство останется для нас первым образцом империи с классическими её характеристиками. Действительно, имперский центр в Ниневии или Кальху возглавлял огромное по территории и населению унитарное объединение разнородных частей, отличавшихся по уровню развития и для эффективности управления и безопасности разделённых на провинции; для администрирования многочисленных провинций и центрального царского хозяйства действовала мощная разветвлённая бюрократическая система, в конечном счёте завязанная на царя; нельзя отрицать также принудительный характер ассирийского имперского подданства, так как, несмотря на ряд плюсов этого статуса, желавших добровольно стать подданными царей Ассирии практически не наблюдалось; системные взаимоотношения ассирийского государства состояли в том, что центр державы использовал провинции как источник геополитических и экономических ресурсов; проводилась активная внешняя политика, ориентированная на экспансию; про наличие сильной ассирийской армии уже говорилось и ещё будет ниже говориться; на всей территории огромного ассирийского государства действовали единые правовые акты, существовала отрегулированная система мер и весов, жители Новоассирийской державы пользовались единым официальным языком (аккадским, затем ещё и арамейским); подспорьем внешней и внутренней политики служила продуманная государственная идеология; вся ойкумена признавала большое внешнеполитическое влияние "земли Ашшура", и многие страны и народы боялись её и одновременно искали её дружбы.
Что же известно нам об отце-основателе этой великой империи?