Всего за 29.95 руб. Купить полную версию
- Ну не все сразу! - великодушно сказала Валя. - Быстро только кошки родятся…
- А если он… ну, это… А если он захочет, чтобы мы занимались любовью? - прошептала Лида. - Пирогова, что мне тогда делать? Я же не смогу ему отказать, не смогу, не смогу…
- Ну я не знаю, - честно произнесла Валя. - Вообще, мне кажется, это рано. И лучше это делать после замужества.
- Какая же ты дикая! Прямо как неандерталец! - с восторгом и злостью воскликнула Лида - она не могла говорить спокойно, ее слишком волновала затронутая тема. - Я тебе знаешь, что скажу…
- Что?
- Что мы с тобой, наверное, последние девственницы на свете! Ты посмотри, что вокруг творится… Нам уже шестнадцать лет, а мы… Джульетта в четырнадцать лет была замужем за Ромео.
Так то времена были другие! - возразила Валя. - Тогда люди жили лет до тридцати, максимум сорока.
- Что, правда?! - поразилась Лида.
- Я сама в одной книжке читала! Тогда были страшная грязь и антисанитария… Если вовремя не женишься, то все, поезд ушел - или чума тебя подкосит, или холера.
- Нет, но все равно, - упрямо произнесла Лида. - Нам шестнадцать. Джульетта уже два года как была в гробу, а мы…
- И что ж теперь, на первого встречного бросаться?
- Нет, но… И вообще, Илья не первый встречный, я его люблю.
- Если это будет, то должно быть красиво, - вдруг задумчиво произнесла Валя. - Просто так заниматься сексом - скучно, я так думаю.
- А ты? - с жадным любопытством спросила Лида. - Тебе ведь тоже Ваня нравится, да?
- Да, - кивнула Валя. И вдруг вспомнила, как тот вызволял ее из куста смородины, как они потом лежали рядом в гамаке, как он положил ее руку на свое лицо. - Говорят, что человек только один раз в своей жизни может по-настоящему любить.
- Это как в песне Анны Герман? "Один раз в год сады цветут…" Нет, если б все так было, то человечество давно бы вымерло. Даже быстрее, чем от холеры!
На завтрак Клавдия Петровна приготовила хек, который с боем отвоевала ранним утром в автолавке. Хек был старым, с резким, специфическим рыбным запахом, который не могли отбить даже специи. Кроме того, он был сварен с большим количеством лука, а Валя не любила вареный лук.
Она сидела над тарелкой и грустно водила по ее краю ложкой. Улучив момент, когда мать вышла на минуту, Валя повернулась к Арсению Никитичу и шепотом спросила:
- Дед, тебе не кажется, что эту рыбу поймали в водоеме, зараженном сине-зелеными водорослями, о которых ты мне рассказывал на прошлой неделе?
- Что? - рассеянно вскинул голову Арсений Никитич, отрываясь от чтения газеты. - Брось, Валюта, прекрасная рыба!
- Это не рыба, а ЧТО-ТО другое, еще неизвестное в океанологии… - пробурчала себе под нос Валя.
- Не нравится? - скорбно спросила Клавдия Петровна, выходя на веранду. - Если вам не нравится, то сами в магазин ходите, сами готовьте…
- Я просто не люблю лук! - взмолилась Валя. - Мамочка, честное слово, все очень вкусно, но просто я не люблю вареный лук!
- Так отгреби его в сторону!
Арсений Никитич стрельнул в их сторону глазами, отложил газету и бодро произнес:
- Как сейчас помню - в конце тридцатых годов мы отправились на "Садко" искать так называемую Землю Джиллиса. Мне только-только исполнилось двадцать пять лет…
- Какую землю? - с недоумением спросила Клавдия Петровна.
- Вопрос интересный! - поднял палец Арсений Никитич. - Надо сказать, многоуважаемая Клавочка и дорогая Валюта, что в те времена северные моря были еще недостаточно изучены. На арктических картах того времени существовало немало белых пятен. А также значилось немало таинственных "земель" - мифических, полулегендарных, нанесенных пунктиром по отрывочным сообщениям мореплавателей, по догадкам ученых, по рассказам землепроходцев, промышленников, путешественников…
- Как Земля Санникова, что ли? - хмуро спросила Клавдия Петровна. - Сейчас чаю вам налью…
- Именно! - обрадовался Арсений Никитич. - Кстати, их было три, этих Земель Санникова, а не одна, как многие считают. А еще были Земля Андреева, Земля Петермана, Земля Гарриса, Земля Брэдли, Земля Крокера…
- И что, нашли вы там эту свою Землю Джиллиса? - с любопытством перебила деда Валя.
- Нет, здесь надобно все по порядку… Так вот, как сейчас помню, "Садко" вышел из Архангельска восьмого июля и после короткого захода в Мурманск направился в Гренландское море. Уже первые наблюдения моего учителя, возглавлявшего эту экспедицию, профессора Николая Николаевича Зубова, подтвердили его мысль о продолжающемся потеплении Арктики… Пройдя по восьмидесятой параллели, "Садко" пошел на северо-восток - туда, где на картах была обозначена таинственная Земля Джиллиса.
- Так нашли ее или нет? - опять нетерпеливо перебила его Валя.
- И правда что, нашли или нет? - подперла голову рукой Клавдия Петровна. - Вы, папа, очень любите длинные прелюдии делать…
Английский китобой Джиллис увидел свою землю в 1607 году к северо-востоку от Шпицбергена. С тех пор она не однажды появлялась на картах, а потом снова исчезала с них. Никто не мог пробраться к этой Земле, никто не мог с полной уверенностью утверждать, что действительно ее видел, и никто не мог доказать, что она существует… - словно не слыша нетерпеливых вопросов своих слушательниц, продолжал Арсений Никитич. - Мы медленно дрейфовали среди льдов на "Садко" - стояли дни исключительной видимости. И на горизонте снова возник призрак Земли. Мираж, далекое изображение, поднятое рефракцией? Наша команда очень надеялась прекратить двухсотлетний спор мореплавателей. Так вот, не буду вас больше мучить - никакой Земли Джиллиса не существовало! Позже это лишний раз доказала аэроразведка. Но зато возле Северной земли мы нашли целых три острова, о существовании которых до нас никто не подозревал. Кстати, после этой экспедиции правительство наградило Николая Николаевича легковой машиной, - с удовлетворением подытожил дедушка. - Он ее сам водил, между прочим…
- Тьфу ты! - с досадой произнесла Клавдия Петровна. - Я уж в самом деле начала думать, что вы нашли эту землю, как ее там… А ее, оказывается, и вовсе не существовало! И чего, спрашивается, весь сыр-бор городить…
Она ушла, захватив с собой грязную посуду, а Валя с любопытством спросила:
- А что потом стало с твоим учителем? Он умер?
- Давно… В ноябре шестидесятого. В звании инженер-контр-адмирала, - с гордостью произнес Арсений Никитич. - Похоронили его на Новодевичьем, еще на старой территории… Мы как-нибудь сходим туда, Валя. Строгая плита из лабрадорита, а перед ней - маленький бронзовый кораблик, распустив паруса, неизменно стремится вперед. Вечный покой и вечное движение…
"Вечный покой и вечное движение", - машинально повторила про себя Валя.
- Замечательная у тебя была профессия, - вздохнула она, положив голову на скрещенные руки. - Плавай себе, открывай новые земли…
- Собачья работа! - вдруг засмеялся Арсений Никитич. - В гидрологи женщин не брали.
- Это почему же? - обиделась за всех женщин Валя.
Да они и сами не пошли бы… Представь себе, часами раскачиваться над морской пучиной - вокруг ветер, лед… Невыносимо ноют кисти рук - мокрые, застывшие… Озноб! Труженики моря, одним словом.
- А зачем часами раскачиваться над морской пучиной? - спросила Валя.
- А пробы воды брать? А измерять скорость и направление течений? Ледовый режим? Кроме того, надо было еще выяснить места скоплений рыбных стад, пути их миграции - все эти исследования необходимы для рыболовецкого флота. Пробы грунта с морского дна, температура воды на глубине… Обычно на вахте работало по двое гидрологов - один у лебедки с тросом, а другой раскачивался на откидной площадке за бортом судна, навешивая и снимая приборы на трос. А как иначе, без этих приборов, узнаешь, что творится на морском дне? Брызги, даже потоки воды, ветер - скоро одежда на гидрологе превращается в ледяной скафандр…
- Бр-р! - с ужасом воскликнула Валя. - Как ты только не умер там, дед!
- Да, собачья работа. Она очень сильно подорвала мое здоровье, - с удовлетворением произнес Арсений Никитич, словно гордясь этим. - Вот видишь, пальцы почти не слушаются - артрит… Я, наверное, недолго протяну.
- Ты что такое говоришь! - совсем перепугалась она. Вскочила, обняла деда, звонко поцеловала в блестящую лысину, которая зеркально отражала солнечный свет.
- Валя, задушишь… - с трудом просипел Арсений Никитич. - Отпусти… И чего ты так паникуешь? Надо быть ко всему готовой. Вспомни статистику, до какого возраста доживает современный мужчина? До шестидесяти, шестидесяти пяти, а то и меньше… Так что, исходя из данных статистики, меня уже давно заждались на том свете.
- Глупый, глупый, вредный дед…
- Ай, ты меня больно ущипнула, негодница… Валя, я серьезно… Отпусти же! И потом, при таком питании…
На веранду немедленно выглянула Клавдия Петровна. Она перетирала тарелки салфеткой.
- Вы что, опять меня критикуете? - подозрительно спросила она. - Я же говорила - сами тогда в магазин ходите, сами готовьте… И вообще, вы ничего не понимаете в здоровом питании!
- Валя, я тебя уже сто лет жду! - крикнула из-за забора Лида. - Ты где? Пошли на речку…
- Ладно, до вечера… - Валя еще раз чмокнула Арсения Никитича в блестящую загорелую лысину и выскочила со двора.
- Они нас уже на Иволге ждут. Давно, - деловито сообщила Лида, быстро шагая в сторону реки.
- Они?
- Да, они! У Ильи времени в обрез - он завтра вечером опять в Москву уезжает, на целых два дня.
- Когда же он к своим экзаменам готовится? - удивилась Валя.
- Он говорит - ночью, - небрежно произнесла Лида.