Всего за 154.9 руб. Купить полную версию
При видимой простоте форм трудно сразу увидеть и осознать скрытый смысл и многозначную содержательность. Двойственность этого искусства такова, что его символика и отвлеченность как бы противоречат зрительному образу. Природные формы изображают не сами себя и даже не себя в увеличенном масштабе (камень – гора, а пруд – океан), они выражают представление людей той эпохи о бытии мира, о движении и покое, о пространстве и времени, о бесконечном и конечном. Притом что японский сад не является простым отражением натуры, а наполнен глубоким смыслом, он является типологическим искусством, где индивидуальное начало и художественная неповторимость не играют существенной роли.
Мастера при составлении сада оставались в рамках канонов композиции и пользовались одним определенным набором компонентов. Камни, вода, песок или галька, сосны, бамбук, найденные в природе и не измененные, составляют основу композиции японского сада и не меняются на протяжении многих веков. Но передать пульс и жизненный ритм природы нельзя просто хаотичным соотношением его отдельных деталей, задача художника заключается в стремлении понять внутренний смысл жизни природы и выразить в своем произведении.
Кажется удивительным, что такой немногочисленный и ограниченный набор компонентов способен передать характер эпохи, ее культуру, мировоззрение, но каждый раз они живут в условиях иной пространственно-пластической системы, характерной эпохе. В наше время, где празднуют бал типовые постройки из стекла и бетона с их сухим геометризмом, кусочек непринужденной живой природы стал необходимой эмоциональной точкой опоры человеку, отрезанному от лесов и морей, растений и птиц.
Все чаще архитекторы используют принципы японского сада, опыт создания не только пластического, но эмоционально значительного ансамбля, разрушающего монотонность типовой застройки, обогащающего впечатления жителя большого города. Так неожиданно древнее искусство, казалось бы такое отвлеченное и такое традиционное, обрело новую жизнь, оказалось нужным нашим современникам на всех континентах.
В японском саду нет определенной конкретности, но обязательно присутствует общая конструктивная схема: горы – "скелет" природы, вода – ее "кровь". Само соотношение горы – воды (по-китайски шань-шуй, то есть пейзаж) выражает главный и самый общий космогонический принцип, единство и противоположность двух начал – инь – ян. Положительное, светлое мужское начало ян олицетворялось горой или камнем, а отрицательное, темное женское начало – водой.
Основным инструментом, выражающим концепцию природы, являются камни. Особую ценность представляют причудливые камни с отверстиями от выветривания пород, а также камни, поднятые со дна рек и озер. Если есть необходимость в дополнительной обработке камня, проводить ее следует с осторожностью, так чтобы в итоге камень выглядел естественным, взятым из природы. Большое значение в японских садах имеют архитектурные сооружения – декоративные решетки, мостики.
Как искусство типологическое японский сад имеет свою азбуку. Ее знание необходимо для понимания и восприятия тех простейших элементов, которыми оперирует художник при создании сада. Сочетание деталей, подбираемых тщательно и скрупулезно, с идеей естественной природы, сложного буддийского подтекста с апелляцией к чувству и открытой эмоции, интуитивному постижению красоты природных форм – все это требует некоторой подготовленности, знания "кода", позволяющего раскрыть зашифрованный смысл японского сада.
Элементы композиции каждого сада – это одновременно и материал, который преобразует фантазия художника, и его лексикон, "словарь", без которого этого искусства просто не существовало бы. Вместе с тем само наличие определенных типов каждого элемента (например, десять типов водопадов) как бы содержит в себе коллективный, накопленный и зафиксированный опыт преобразования природного материала и метод этого преобразования. Это исключает любую хаотичность, случайность и произвол.
Древние и более поздние руководства (относящиеся к началу XIX века) поражают необыкновенной полнотой классификации. Существует три формы создания композиций: развернутая, полная форма – син, полусокращенная форма – гё и сокращенная форма – со. Существование таких форм прослеживается и в живописи, каллиграфии, искусстве составления букетов.
В каллиграфии син – это полная форма иероглифа, четкая и ясная; в гё – какие-то элементы иероглифа сокращены и упрощены; со – скорописная форма, лаконичная, до предела сжатая, но все-таки выразительная и читаемая. Таким образом, самая краткая форма – не самая простая, а в каком-то отношении даже самая сложная. Отброшенные элементы не просто отсутствуют, но как бы подразумеваются зрителем, а оставшиеся обладают повышенной выразительностью, несут добавочную смысловую нагрузку.
В садах процесс обобщения формы заключается не только в уменьшении количества элементов, но и в переходе от изобразительности к символике. Сокращенная форма могла возникнуть только после развитой, полной формы. То, что в развернутой форме непосредственно предстает перед глазами зрителей, в сокращенной форме только подразумевается. Отсутствие важных деталей становится главнейшим средством выразительности, основным художественным приемом.
Приступая к устройству сада, выбирают его "главного героя" и в зависимости от этого создают сад камней, сад воды, сад мхов. Но независимо от того, каким будет сад, он должен содержать два основных компонента, взаимодополняющие друг друга и невозможные один без другого: это инь-ян сада, его отрицательное и положительное начала, его "кровь" и его "скелет" – вода и камни. Вода может быть натуральная или символизированная песком, галькой. Камни же, за редким исключением (в специальных песчаных садах), присутствуют всегда.
Искусство расстановки камней – сутэ-иси
Камни подбираются по форме, цвету, фактуре и соответствию всех этих качеств стилю и характеру сада. По форме камни разделяются на пять разновидностей: статуя, низкая вертикаль, плоский, лежачий и изогнутый. Из них составляются главные и второстепенные композиции. Определяет композицию главный камень. С двумя меньшими по размеру он образует триаду (по аналогии с триадой божеств в буддийском храме). В отобранных камнях следует определить лицо, отыскать позу.
Задача художника состоит в том, чтобы почувствовать пластические возможности каждого камня и сгруппировать их наиболее выразительно. Он должен найти точное соотношение камней и таким образом организовать пространство сада. Форма главного камня и главной группы определяет и высоту холмов, и величину водоема, и его очертания, и распределение растений в саду. В композицию центральной группы могут включаться и водопад и деревья. Вторая группа – вспомогательная – должна подчиняться основной и подчеркивать ее главную пластическую идею. Третья группа (так называемая гостевая) устанавливается несколько поодаль, не подчиняясь первой, но контрастируя с ней и уравновешивая ее. Помимо основных групп, может быть значительное число добавочных, в зависимости от величины и типа сада. Точно так же и внутри каждой группы варьируется количество элементов, образующих ее ансамбль.
Принципиальная схема композиции каждой группы обычно приближается к разностороннему треугольнику. Самая длинная его сторона обращена к входу. Самая короткая сторона помещается слева, а средняя справа (по закону движения, всегда соблюдаемому в искусстве садов).
Направление слева направо называлось "каттэ" (сильная рука), а противоположное – "хи-гаттэ" (слабая рука). Соблюдение этого закона в композиции группы камней дает ощущение глубины пространства, а также общего равновесия масс. Если главный камень – "омо-иси" – располагается в центре, то два фланговых камня – "ваки-исп" – по степени важности будут, соответственно, слева и справа, перед этой группой – "хикаэ-иси" (передний камень), а за главной группой – "микоси-иси" (выглядывающий камень), подчеркивающий глубину пейзажа. Эта основная схема лежит в основе композиции практически каждого сада. Но, будучи каждый раз осмыслена в конкретной ситуации, она исчезает как рациональная схема, организуя живой пластический материал.
Композиция составляется, как правило, из нечетного числа камней: семь, пять, три. В первом варианте камни группируются по схеме "три-два-два" или "два-три-два". Композиция из трех камней, включающая один большой центральный камень и два небольших, – традиционная и наиболее популярная. В композиции из пяти и более камней вершины должны составлять треугольники с одной общей точкой, которая может быть опущена.
Камни устанавливают на поверхности или частично зарывают в землю, иногда наклонно, под углом к поверхности земли. Пространство между ними можно использовать под посадки травянистых растений. Каменные группы можно размещать вдоль берега. Уровень воды – основная поверхность, относительно которой располагают камни.