Оказалось, что "потесню" соответствовало истине. Ложа была тесноватой для пятерых, и графине пришлось сидеть вплотную к Роберту, но она, кажется, совсем не беспокоилась по этому поводу.
Ванда принципиально не смотрела в их сторону. Если ему хочется строить из себя дурака и флиртовать с замужней женщиной, это его личное дело.
Они слушали оперу "Манон" - историю о женщине легкого поведения, которая искренне полюбила, но вынуждена была расплачиваться за все свои грехи.
В перерыве графиня, впав в сентиментальность, сочувственно вздыхала:
-Ах, как же это печально! Но при всей своей трагичности "Манон" - история о великой любви, вы не находите?
Она умильно смотрела на Роберта.
Ванда позволила себе выйти с двумя кавалерами в фойе. Она убеждала себя, что прекрасно проводит время - шампанское, романтическая обстановка... Но на душе у нее было невесело. Все ее мысли были направлены туда, где за закрытой дверью остались наедине Роберт и графиня.
- Может, вернемся? - сказала она наконец. - Невежливо оставлять их так надолго!
Они вернулись в ложу, когда огни уже начали гаснуть, поэтому Ванда не смогла рассмотреть, действительно ли Роберт и графиня не сводили глаз друг с друга. Они сели и сосредоточились на происходящем на сцене.
Когда наступил очередной антракт и снова зажгли свет, Роберт поднялся и объявил, что хочет разыскать бар. Вся компания покинула ложу вслед за ним. Вскоре графиню окликнули какие-то друзья, и она отошла их поприветствовать.
Франсуа взял Ванду под руку и повлек в сторону, чтобы поговорить наедине. Роберт остался в компании Пьеро, который тоже хотел побеседовать с ним.
-Я рад возможности поговорить наедине, - сказал Пьеро. - Мне нужно обсудить очень важное дело.
- Правда? - ответил Роберт холодным тоном, который наверняка насторожил бы проницательного человека. - Я удивлен, что вы отвлеклись от "очень важных дел" с Ва... моей сестрой.
-А, так вы заметили? Bene! Я рад, потому что дело, о котором я хочу поговорить, касается ее. Я даже никогда не мечтал встретить такую женщину. Невероятно, что она еще не замужем.
- Она вдова.
-Si. Она рассказывала мне о своем муже, об этой трагедии... Она говорит, что ее сердце умерло. И я хочу спросить вас, верите ли вы этому.
- Если это ее сердце, откуда, черт возьми, мне об этом знать? - спросил Роберт, широко раскрыв глаза.
- Но вы должны знать лучше, чем кто-либо другой!
-Я тоже так думал, - пробормотал Роберт.
- Что, простите?
- Ничего. Да, думаю, что я знаю ее довольно хорошо.
После этих слов повисла пауза, в течение которой Пьеро размышлял о холодности англичан, а Роберт думал, как бы поскорее закончить этот разговор.
Наконец Пьеро решился:
- Тогда, как по-вашему, не пора ли ей снова полюбить?
- Не пора ли - что?! А сама она что говорит?
- Увы, она ничего не говорит. Только смеется и скрывает свое разбитое сердце. Но вы же ей как отец, правда?
- Нет! - твердо сказал Роберт.
Пьеро смотрел на него озадаченно.
- Но вы глава дома. У вас есть влияние. Невозможно себе представить, что она выйдет замуж без вашего согласия.
- Моя сестра не признает влияния ни одного мужчины. У ее мужа постоянно были с этим проблемы, так что я вас предупреждаю.
Но Пьеро уже прикинул стоимость жемчугов и теперь не хотел слушать никаких предупреждений.
- Такая волевая женщина! - вздохнул Пьеро.
-Да, это так, - коротко признал Роберт. -Но вы должны знать, что я считаю своим долгом оберегать сестру от всяких затруднительных положений. А теперь, полагаю, нам пора возвращаться в зал.
Последний акт стал тяжким испытанием для каждого из них. И все по разным причинам вздохнули с облегчением, когда занавес наконец-то опустился и они смогли уехать.
Графиня всю дорогу умоляла их поужинать с ней, но и Роберт, и Ванда одинаково решительно отказались. Ей ничего не оставалось, как отвезти их в отель и пожелать спокойной ночи.
- Я закажу большой чайник чаю, - предложила Ванда. - Присоединишься ко мне?
- С удовольствием. Обычный английский чай - какое облегчение после латинских страстей сегодняшнего вечера!
-Да, музыка была слишком эмоциональной.
-Я говорю не о музыке, - жестко сказал граф.
Спустя полчаса он пришел в ее номер, и они молча выпили по чашке чая.
- Я думала, ты захочешь поужинать с графиней, - начала Ванда. - Мы втроем могли бы незаметно исчезнуть.
- Спасибо за столь трогательную отзывчивость, - ответил он, криво усмехнувшись. - Я рад, что ты этого не сделала.
- Но почему? - спросила Ванда. - Ты сегодня явно наслаждался ее обществом.
- В определенной мере, - ответил Роберт. - Но она слишком серьезно нацелилась завоевать меня.
-Да, я заметила. А что скажет ее муж?
- Ничего. Думаю, будет только рад. Она подарила ему трех сыновей и дочь, так что если теперь она захочет жить своей собственной жизнью, это даст и ему свободу жить так, как ему нравится.
Какое-то время Ванда молчала. Потом заметила:
- Это, конечно, не ново. В Лондоне тоже есть пары, которые так живут. Я их встречала, да и ты, я уверена, тоже. Пока они соблюдают осторожность, общество не придает этому значения. Но меня такое положение не устроило бы.
- Меня тоже. Женившись, я хочу надеяться, что моя жена будет верна мне так же, как я ей.
- Это ты теперь так говоришь, - усомнилась Ванда. - Но когда детская будет полна, вы с женой, может быть, с удовольствием последуете такому примеру и будете жить каждый своей жизнью.
- Никогда! - пылко возразил он.
Ванда рассмеялась.
-Так тебе не понравилась "пылкая итальянская страсть" графини? Хотела бы я знать, что она тебе говорила!
- Ты этого не узнаешь, - холодно ответил он. - И я имею в виду не только ее. Пьеро расспрашивал меня о тебе. Если я не ошибаюсь, он планирует сделать тебе предложение и хотел знать, не буду ли я возражать.
Ванда кашлянула, но потом захихикала.
- Ну и как? - поинтересовался он, и в его тоне прозвучали угрожающие нотки.
-А ты дал свое согласие? - глухо спросила она в ответ.
-Я оставил вопрос открытым. Что еще мне оставалось, если я не знаю, что именно ты ему говорила? Он не мог отвести глаз от твоих жемчугов, но мне кажется, что дело не только в них. Твой покойный муж случайно не был миллионером?
Ванда неопределенно махнула рукой.
- Ну, может, я немного и приукрасила.
- Немного? Достаточно, чтобы он захотел жениться на тебе. Я предупреждал, что язык не доведет тебя до добра.
- Но это же очень просто. Ты откажешь ему от моего имени - вот и все.
- О нет, - быстро возразил граф. - Я не хочу участвовать в этом. Сама ему об этом скажешь. Это научит тебя быть осторожной в следующий раз.
- Не могу поверить, что мой дорогой брат отказывается защитить меня, - сказала она с печальным вздохом.
- Еще одна такая выходка, мисс, и твой "дорогой брат" вообще откажется иметь с тобой дело. И не хихикай. Это не смешно.
- Нет, смешно, - возразила девушка. - Это ужасно смешно! Хотела бы я видеть выражение твоего лица, когда Пьеро говорил с тобой об этом.
Роберт усмехнулся.
- Он хотел знать, правда ли, что твое сердце умерло после кончины мужа.
- Роберт, он не мог такое говорить!
- Говорил, клянусь тебе! Не знаю, как мне удалось сохранить серьезность. Потом он уверенно предположил, что ты никогда не выйдешь замуж против моей воли, поскольку я для тебя - как отец.
Ванда расхохоталась, и Роберт рассмеялся вместе с ней.
- Я ответил ему, что он ошибается, - сказал он дрогнувшим голосом. - Я совсем не похож на твоего отца.
- Нет, не похож, - подтвердила она уверенно.
В комнате повисла неловкая тишина. Роберт невольно засуетился.
- Спокойной ночи, - торопливо попрощался он и вышел.
Глава 5
Для бала у Фонтеллаков Ванда выбрала бриллианты, потому что они хорошо смотрелись с ее черным бархатным нарядом.
- Ты снова привлечешь всеобщее внимание, - заметил Роберт. - Женщина-тайна - романтичная и богатая. У тебя такая идея?
- Можешь смеяться сколько угодно, - фыркнула Ванда. - Мне все равно.
- Когда я думаю, в какую интригу ты еще можешь меня втянуть, у меня пропадает всякое желание смеяться, - угрюмо ответил он.
Граф был одет, как и в прошлый вечер, и выглядел таким красавцем, что Ванда сказала себе, что это просто несправедливо.
Карета доставила их в загородное поместье Фонтеллаков, и в сгущающихся сумерках они еще издали увидели сверкающий огнями замок и услышали доносившиеся оттуда звуки музыки.
В распахнутые створки огромных кованых ворот одна за другой въезжали кареты.
Когда Роберт с Вандой подъехали к парадному входу, лакей опустил ступеньки кареты и Роберт помог Ванде выйти.
В ярко освещенном холле их встретили хозяева замка. Графиня приветствовала Ванду поцелуем, бросив цепкий взгляд на ее наряд и прежде всего - на бриллианты. Затем все свое внимание она обратила на Роберта. Улыбка, которой она одарила гостя, ясно давала понять, что его рассматривают как потенциального любовника.
Когда Ванда вошла в залу, лакей подал ей бальную книжку для записи партнеров по танцам. Пьеро и Франсуа тут же внесли в нее свои имена - и наверняка заняли бы все позиции, если бы не вмешался Роберт.
- Не более двух танцев с одним и тем же джентльменом, дорогая сестра, - мягко сказал он. - Дай и другим шанс!
- Ты прав, - согласилась она. - Так будет больше разнообразия.