Всего за 109 руб. Купить полную версию
Примечания:
* В том числе в составе финских, румынских и венгерских войск – 900 тыс. человек, 5200 орудий и минометов, 260 танков, 980 боевых самолетов, 15 боевых кораблей основных классов.
** В том числе 12 135 50-мм минометов, 5975 зенитных пушек.
*** Из них 469 танков KB и 832 Т-34.
Приведенные цифры требуют некоторых комментариев. В уже упоминавшемся выше труде Б. Мюллер-Гиллебранта "Сухопутная армия Германии" численность германских войск, выделенных для Восточной кампании, оценивается в 3 300 000 человек (из общей численности вооруженных сил в 7 234 000 человек). 4-й том официального немецкого издания "Третий Рейх во Второй мировой войне" уточняет: кроме сухопутных сил, были выделены 650 000 человек от ВВС и 100 000 от ВМФ – следовательно, всего немецкая армия выставила 4 050 000 человек. Почему-то здесь не учитываются войска СС (по Мюллер-Гиллебранту они насчитывали 150 000 человек), большая часть которых находилась на Восточном фронте.
Румыния, вступившая в войну одновременно с Германией, выставила около 360 000 человек, Финляндия – 340 000, Венгрия и Словакия – по 45 тысяч человек. В сумме получается около 800 тысяч. Финская авиация имела 307 боевых самолетов, практически все они были брошены против СССР У Румынии насчитывалось 620 боевых самолетов, из них на фронт было направлено около 300. Венгрия имела 363 боевых самолета, из которых в первые две недели войны в боевых действиях приняло участие 145 машин. ВВС Словакии насчитывали 120 самолетов, из которых на фронт было направлено около 50. Как мы видим, официальный справочник российского Министерства обороны заметно (на 10 %) завысил численность войск противника – но примерно на столько же занизил количество имеющихся у него танков.
Однако многие современные историки не согласны с приведенной численностью советских войск. М. Мельтюхов, опираясь на данные статистического справочника "Боевой и численный состав Вооруженных сил СССР в годы Великой Отечественной войны", утверждает, что "группировка советских войск на западных границах" была гораздо больше – она составляла 3289 тысяч человек.
В данном случае мы имеем место с прямым подлогом. Выделенная курсивом фраза подразумевает, что учитываются войска, стоящие на границе и принявшие участие в Приграничном сражении. Между тем М. Мельтюхов включает в свои подсчеты не только 153 608 человек в войсках НКВД и 215 878 – в составе ВМФ, но и 201 619 человек, 1763 танка и 2746 орудий и минометов в тех соединениях, что к началу войны перебрасывались на Запад из центральных и восточных округов. Более того, здесь же автор "Упущенного шанса Сталина" волевым усилием сократил немецкую группировку на 488 тысяч человек и 359 танков, которые были выделены для кампании, но не шли в первом эшелоне, находясь в оперативном резерве или в составе РГК. В итоге получаются удивительные цифры: воюющая Германия, заранее готовя нападение, задействовала в нем 49 % своих вооруженных сил, в то время как СССР успел подтянуть к границе 57 % своих вооруженных сил – на конец июля вместе с флотом и войсками НКВД насчитывавших 5 774 211 человек.
Причина такой аберрации проста – приграничные округа (Ленинградский, Прибалтийский, Западный, Киевский и Одесский) простирались далеко вглубь страны, и далеко не все войска в них относились к боевым. Здесь располагались тыловые и транспортные структуры, склады и административные учреждения, учебные и запасные подразделения – словом, все, что в Третьем рейхе проходило по ведомству Армии резерва, "Организации Тодта", внутренних структур сухопутных войск, ВМС и ВВС, и на первом этапе "Барбароссы" никоим образом не задействовалось. Аналогом войск НКВД в Германии была фельджандармерия и подразделения службы безопасности (СД) – но они, как и пограничные войска, в составе "армии вторжения", естественно, отражены не были. Немецкие соединения РГК, даже числившиеся во втором эшелоне, находились в составе ударных группировок и вслед за ними выдвигались на территорию Советского Союза в полной готовности к бою – в то время как перебрасываемые на Запад из внутренних округов части РККА находились еще далеко от границы и даже в сложившейся крайне тяжелой ситуации основная их масса смогла вступить в бой лишь к середине июля – когда Пограничное сражение давно закончилось.
Застрявшие в болоте и брошенные БТ-7. Юго-Западный фронт, июнь 1941 года
Еще более интересная картина выявляется, если мы пытаемся выяснить степень мобильности противостоящих армий – то есть уровень их оснащения транспортными средствами. В этом отношении Мюллер-Гиллеб-рант очень скуп – он лишь вскользь упоминает, что в армии на Востоке имелось около полумиллиона автомобилей. Численность автотранспорта в РККА на 22 июня 1941 года известна хорошо – 272 600 автомобилей и мотоциклов всех типов (см. Приложение к настоящему сборнику). Исходя из распределения войск по округам, вряд ли на Западе их находилось больше половины.
В целом можно констатировать, что в ходе Пограничного сражения, развернувшегося в первые две недели войны и во многом определившего дальнейший ход боевых действий, соотношение сил было следующим. Красная Армия в два раза превосходила противника по танкам – но как минимум в полтора, а то и в два раза уступала ему по численности живой силы. Численность артиллерии сторон была примерно равной, но следует учесть больший уровень моторизации немецкой артиллерии.
Проведем мысленный эксперимент: сократим противостоящие армии до двух пропорционально оснащенных отрядов. При примерно равном количестве артиллерии (8-10 орудий разных калибров) советский отряд численностью в 500 человек будет иметь два танка и один автомобиль, да еще и окажется разбросан на большой территории. Немецкий отряд, уже сосредоточенный для атаки, будет иметь 800 человек, всего один танк, но зато три-четыре автомобиля. Понятно, что исход столкновения будет решен отнюдь не танком, даже если это окажется могучий КВ…