- Мне тоже очень понравилось, - подхватила Фейт, испытывая легкое разочарование от того, что Брэд уезжает. - Хорошо, что мы зашли с тобой в собор Святого Патрика.
- Очень хорошо. Может быть, соберусь и поставлю за Джека свечу где-нибудь в Сан-Франциско. Для меня это очень важно.
- Знаю, - кивнула Фейт. - А я поставлю свечу в полночную службу в сочельник. Зоя тоже обычно ходит со мной.
Слова Фейт навели Брэда на мысль, что лучше и ему пойти в храм, чем торчать на рождественском приеме, куда Пэм пригласила сто человек. Хотя в сочельник они особенно не заняты: обычно ужинают у ее отца, возвращаются домой и ложатся спать. Сыновей нет, и в этом году они решили не украшать елку.
- Когда приезжает Зоя? - Брэд не помнил дату, только знал, что через несколько дней. А Алекс - завтра.
Накануне, когда он проводил ее домой, Фейт пригласила его на несколько минут в особняк, завела в кабинет и показала компьютер, на котором набирала свои электронные письма. Кабинет оказался маленькой уютной комнаткой со множеством фотографий и всякой, как она выражалась, сентиментальной чепухой. Брэд обрадовался, что воочию увидел место, откуда она ему пишет. Теперь он мог живо представлять ее за клавиатурой.
- Зоя приезжает сегодня вечером, - ответила Фейт. - После этого все пойдет кувырком: круглые сутки гости, по всему дому разбросанная одежда, пицца на заказ за полночь.
- А я теперь скучаю по таким денькам, - грустно проговорил Брэд. Ему не хотелось расставаться с Фейт. - Позвоню тебе в выходные. Оба дня буду работать в своей конторе. Береги себя, Фред.
- И ты тоже. И спасибо за два восхитительных вечера. Мне безумно понравилось.
- И мне, помолись за меня, когда будешь в церкви. Мне постоянно требуется помощь.
В это время объявили посадку на его рейс.
- Непременно, счастливого полета.
Брэд поспешил к стойке, а она сидела, не переставая думать о нем. Так странно и так прекрасно, что он вернулся в ее жизнь. Настоящий подарок. Самый лучший на Рождество. Лучше может быть только приезд Элли. Фейт еще предстояло сказать Зое, что ее сестра едет на праздники в Швейцарию. Но сейчас она думала только о Брэде и о том, что значили для нее эти два коротких вечера. Поразительно, как быстро они открылись друг другу: словно в прежние деньки, только гораздо интереснее, потому что оба стали мудрее. Такое утешение говорить с ним - в каких-то отношениях даже легче, чем с Джеком. С братом она постоянно спорила по поводу брака матери. Фейт видела, какой она всю жизнь была одинокой и несчастной женщиной. Джек же считал Чарльза славным малым и журил сестру за то, что она несправедлива к отчиму. И еще они избегали говорить о супругах. Фейт не любила Дебби, а брат терпеть не мог Алекса. Но когда она разговаривала с Брэдом, их не сдерживали родственные связи, и оказывалось, что они одинаково смотрят на многие вещи. Фейт расстроилась, когда узнала, сколь многим Брэд поступился в браке. Она его жалела. Пэм явно ему не подходила, но Брэд не собирался с ней расставаться. Конечно, благородно, но, на взгляд Фейт, не совсем верно. Но он мог сказать то же самое про Алекса. Ни у одного из них не сложился удачно брак, и ни один не обзавелся подходящим партнером. Хотя таких они сами выбрали и сами решили терпеть. Фейт уважала за это Брэда и одновременно сочувствовала.
Тем же вечером она послала ему электронное письмо - поблагодарила за ужины и за каток. И как только сообщение ушло, в доме появилась Зоя с четырьмя чемоданами, теннисной ракеткой, футляром с камерой и лэптопом в руке. Она свалила все это в холле и побежала на кухню. Налила себе стакан молока, и тут на пороге появилась мать.
- Добро пожаловать домой.
Фейт тепло обняла дочь и предложила поесть, но Зоя отказалась, заявив, что перехватила сандвич в аэропорту. Она положила себе мороженое и с сияющим лицом примостилась на столе. Фейт улыбнулась в ответ.
- Вот отрадное зрелище для истомившихся глаз. - Фейт была в восторге от того, что Зоя приехала на целых три недели.
- Так здорово снова оказаться дома. - Девушка лизнула ванильное мороженое и спросила: - Элли уже здесь?
- Нет. - Лицо Фейт заметно омрачилось. - Она отправилась в Швейцарию, в Санкт-Мориц, кататься на лыжах с Джеффом и его родственниками.
- Ты серьезно? - изумилась Зоя. - Она что, собралась за него замуж? - По мнению дочери, помолвка могла быть единственной причиной, по которой сестра решила праздновать Рождество в Европе.
- Насколько я знаю, нет, - ответила Фейт, - просто решила поразвлечься.
- И ты ей разрешила? - не поверила Зоя. Она знала, как важен этот праздник для матери, и не понимала, как она позволила Элли уехать. Но если так вышло, ясно, что не обошлось без Алекса.
- Элоиз сначала позвонила папе, и он дал согласие, поэтому я разрешила ей на этот раз, но сказала, что на будущий год ее присутствие дома обязательно. Так что и ты ничего не бери в голову. - Фейт погрозила дочери пальцем, и Зоя хмыкнула.
- Не беспокойся, мам, никуда не денусь. Только очень странно справлять Рождество без нее. - Девушка внезапно погрустнела. Она не представляла праздник без сестры, даже если они не всегда ладили. - Необычно и немного печально.
- Понимаю, - согласилась мать. - Но в течение трех недель ты будешь единственным ребенком в семье.
Зоя просияла.
- Это очень приятно. Кстати, а где отец?
- Летит из Калифорнии. Будет дома через несколько часов. Позвонил из аэропорта и сказал, что вылетает на день раньше и что до смерти устал.
- Я так, только спросила. - Зоя схватилась за телефон.
Через полчаса она сидела в своей комнате, распаковывая чемоданы и разбрасывая по полу одежду. Компьютер был включен, в дверь уже трижды звонили - это приходили ее школьные подружки. Доставили пиццу, и к тому времени, когда вернулся Алекс, гремела музыка, девушки хохотали, и Зоя заявила, что они уходят. Фейт была на грани обморока, когда на пороге спальни появился муж.
- У нас нашествие марсиан, - пожаловался он. - Когда я входил в дом, меня чуть не сбил с ног разносчик пиццы. Был еще какой-то, из китайского ресторана. Зоя заняла сто долларов, и в ее комнате не меньше двух сотен девчонок. Я уже отвык от того, что здесь творится, когда она дома. Не помнишь, как долго длятся рождественские каникулы? - Алекс выглядел совершенно измученным.
А Фейт только что закрыла кран в умывальнике Зои, иначе раковина непременно бы переполнилась. Но ей нравился шум, который приносила с собой дочь. Фейт чувствовала, что в дом возвращается жизнь.
- Она приехала на три недели. Как прошла поездка?
- Измотался, но относительно спокойно. Как ты думаешь, мы можем попросить ее сделать музыку потише. Или на все три недели придется вставить в уши затычки? Неужели так было всегда? - Он выглядел подавленным, поставил кейс и рухнул в кресло.
- Да, - ответила Фейт. - Именно поэтому мне так тоскливо, когда девочек нет дома. - Она посмотрела на мужа в упор. - Ты мне не сказал, что разрешил Элоиз не приезжать на Рождество домой. - Фейт изо всех сил старалась, чтобы в ее тоне не почувствовалось обвинения, но и так было ясно, что она недовольна. Супруги не разговаривали целую неделю. Пока Алекс находился в Лос-Анджелесе, ни один не позвонил другому.
- Наверное, забыл, - рассеянно объяснил он.
- Мог бы посоветоваться, прежде чем давать согласие. Элоиз застала меня врасплох.
- Так она едет домой или нет? - В голосе Алекса чувствовалась не столько вина, сколько озабоченность. Еще один человек в доме сведет его с ума. Муж успел забыть, что творится, когда собираются дочери.
- Нет, не приезжает. Объявила мне, что получила твое согласие. Что мне оставалось делать? Запретить ехать в Санкт-Мориц, чтобы выглядеть злобной ведьмой? Я разрешила.
- Пусть повеселится, - буркнул Алекс, снимая ботинки.
- Я ей заявила, чтобы это было в последний раз. Что бы там ни случилось, на Рождество дочери должны быть дома. Но стоит создать прецедент, и мы их больше никогда не увидим.
- С ней будет все в порядке, - примирительно проговорил Алекс.
- Не сомневаюсь, но я же по ней скучаю. - В это время музыка в комнате Зои стала громче на несколько децибел, затем громко хлопнула дверь.
- А я нет, - честно признался Алекс. - К тому же девочки поцапались на День благодарения. Так что даже неплохо, если они немного отдохнут друг от друга.
- Было бы лучше, если бы они пообщались и помирились, - упрямо возразила Фейт.
Она свято верила в семью и во все, что из этого вытекало. И теперь, слушая Алекса, Фейт вспоминала, о чем они два вечера говорили с Брэдом. Случались времена, когда они с мужем казались двумя противоположными полюсами. Хотя нет, они оставались на разных полюсах почти постоянно.
- Ну что, ты сможешь убедить Зою приглушить звук? Иначе я за три недели свихнусь, - жалобно попросил Алекс, направляясь в душ.
- Будешь ужинать? - спросила его Фейт, стараясь перекричать грохот.
Муж остановился на пороге ванной и сделал мученическую гримасу.
- Я ел в самолете. Единственное, чего я хочу, это поскорее лечь в кровать. Но молодежь скорее всего будет гулять всю ночь.
- Зоя говорила, что они собирались уходить. Я попрошу ее делать звук потише.
- Спасибо, - поблагодарил Алекс и закрыл за собой дверь.
Не было никаких поцелуев, никаких объятий. Он появился в комнате и сразу начал жаловаться на громкую музыку. Фейт понимала его раздражение из-за кавардака, устроенного дочерью. Но она была бы ему благодарна, если бы после трехдневной отлучки муж соблаговолил что-нибудь сказать ей лично.